Срывая маски

Луна... Её яркий свет слепит глаза, если слишком долго смотреть в ночные небеса. Но в подземельях нет окон, сквозь которые бы смог пробиться лунный свет. Ночь. Камин. Жаркий огонь. Бокал виски. Старые воспоминания. Враги. Друзья. Любовь. Смех. Боль. Кровь. Магия. Много смертей. Волшебная палочка в дрожащих руках. Слова смертельного проклятья. Пожиратели - это не романтический клуб по интересам, это кровавый орден, посвятивший себя убийствам. Быть Пожирателем Смерти - сомнительное и опасное удовольствие. Это война, дикая и беспощадная, выворачивающая сознания и внутренности. Это боль, всепоглощающая, вызывающая зависимость. Это кровь, невероятно алая и ещё тёплая. Северус даже не успел понять, когда подсел на пыточное и смертельное проклятья. Он просто стал зависеть от всего этого. От войны. Ведь правду говорят, что попробовавший однажды войну, больше никогда не сможет вернуться к нормальной жизни. Северус настолько подсел на этот наркотик, что начал сходить с ума, как Беллатриса Лестрейндж. И это замечали многие, но не сам Снейп. Всё прекратилось в одночасье. Просто однажды рядом с ним оказался Люциус Малфой, невероятно холодный блондин со жгучим характером и именем Дьявола. Они никогда не дружили, нет. С чего эти глупые люди взяли, что между ними вообще есть что-то дружеское? Ничего такого, просто дикий секс, позволяющим им обоим раскрыться и выплеснуть собственное безумие. Но теперь Люциус в Азкабане. Орден распался. А Волдеморт просто исчез, словно его никогда и не было. Глоток терпкого виски. Тепло от огня в камине. Мягкое зелёное кресло. Полная тишина и спящий Хогвартс вокруг. И чёртовы воспоминания, что никак не хотят покинуть его голову... Весь день лил дождь, не собираясь прекращаться. Большие капли неприятно ударялись о стекло. Семейное поместье Малфоев больше походило на готический особняк. Большой зал. Все выдержано в темно-серых, темно-зеленых и черных тонах. Сквозь тяжелые, плотно задернутые портьеры пытался пробиться тусклый свет с улицы. Тьма не нуждается в свете. Двенадцать человек во главе с Темным Лордом, сидели за одним столом. Между стульями ползала Нагайна. Снова разговоры о смертях, о военных действиях против Хогвартса, о поимке Гарри Поттера. Как же это все надоело, но от этого уже не убежать, от этого уже не скрыться. Применив однажды Круциатус и насладившись болью жертв, ты уже не сможешь стать прежним. Твое мировоззрение круто меняется. Кровь. Кровь. Она везде. Она течет по твоим венам. Она на твоих руках. Она заставляет твое сердце еще биться. Бессмысленная. Ничего не стоящая. Ты ею дышишь, ты для нее и ради нее живешь... "Слишком много боли вокруг. Я больше не могу это терпеть. Но раз за разом пытаясь сбежать, я вновь и вновь возвращаюсь в самое начало. Работа на два лагеря. Море крови невинных людей. Волшебная палочка в дрожащих руках. И тёплое, крепкое плечо Люциуса. Что это? Жажда жизни? Тогда, видимо, я слишком хочу жить". Легкое прикосновение ледяных пальцев заставляет вернуться в реальность. Взгляд серых глаз из-под полуопущенных ресниц говорит сам за себя. Снейп догадывается и его догадка лишь подтверждается, когда он читает по едва шевелящимся губам Люциуса, единственного Пожирателя, которого он не презирает, многообещающую фразу: "Жду у себя". Северус не собирается сопротивляться. Зачем, если они этого оба хотят? Зачем, если только так они могут снять свои маски и быть сами собой, не прячась и не подчиняясь никому? Зачем? Дверь открывается и после сразу же закрывается на ключ. Его уже ждут. Воздух постепенно нагревается от возбуждения мужчин. Любовь это? Вряд ли... Скорее ничтожное понимание, что ты еще живой и способен хоть что-то чувствовать. Одежда быстрыми, плавными движениями-рывками оказывается на полу. Люциус опрокидывает Снейпа на широкую кровать, нависая сверху. Жаркий шепот. Сплетение тел. Отчаянные поцелуи. Сладкие стоны. Шумное дыхание. В сумерках уходящего дня в глазах обоих мужчин горят дьявольские огни. Они не теряют ни секунды, ведь время на счету и его не остановить. Тонкие пальцы Люциуса скользят по смуглому телу Северуса, пока губы терзают чувствительную кожу шеи, оставляя багровые отметины, заставляя того выгибаться под этими прикосновениями. Губы продолжают движение ниже, покусывая ключицы, спускаясь на грудь, обводя языком твердеющие соски Северуса, чувствуя его огрубевшие подушечки пальцев, обводящие каждый позвонок Люца, дарящие блаженство. Снейп тянется за каждыми ласками Малфоя, притягивая того за пряди волос для очередного жаркого поцелуя. Теперь язык, некогда скользивший по изгибам смуглого тела, проскользнул в приоткрытый рот, посасывая язык Северуса, играясь с ним, тем самым распаляя желание. Никакой крови, ее и так с лихвой хватает в жизни обоих. Аккуратно обстриженные ногти царапают впалый живот, невесомо поглаживая по внутренней стороне бедер. Люциус удобнее устраивается между ног Снейпа, лаская одной рукой его эрегированный член, размазывая капельки смазки по вспухшим, витиеватым венам до самого основания, а другой оглаживая ягодицы, проникая между них, касаясь сжатого колечка мышц. Северус издает полустон, поднимает бедра выше, насаживаясь на пальцы, которые сразу находят нужную точку, и явно просит большего. Без слов. Каждый уже выучил язык тела друг друга. Просить дважды не приходится. Малфой закидывает ноги любовника себе на плечи, прижимаясь к горячей коже плотнее, заменяя пальцы твердым членом, который входит наполовину. Протяжный стон срывается с губ обоих мужчин. Глаза в глаза. Нет лишних слов. Минутная заминка сводит их с ума. Но дальше, срываясь на бешеный темп, Люциус трахает податливое тело Северуса. Они упиваются друг в друге, они наслаждаются друг другом. Так они цепляются за белое пятно в своих прогнивших душах. Быстрые и короткие движения сменяются на медленные и глубокие. Сбившееся дыхание превращается в хриплое рычание. Возбуждение растекается по всему телу, накрывая трехметровыми волнами, заставляя тонуть в них, не давая ни малейшего шанса на спасение. Сил терпеть больше нет... Чувствуя приближающуюся разрядку, рука Снейпа тянется к возбужденной плоти, собираясь немного помочь себе, но тут же сплетается с рукой Люциуса, который и здесь задает темп, не желая отдавать частицу своего главенства. Движение вверх, движение вниз. Тело Северуса содрогается, кончая себе в кулак. Толчок назад, толчок вперед, задевая простату. Тело Малфоя-старшего напрягается, кончая в расслабленное тело Снейпа... Обессиленные тела. Тяжелое дыхание обоих. Смятые простыни. Сейчас они только во власти друг друга, без масок, лживых речей, лишь оголенные души. Так будет до рассвета... "Дружба? Полная глупость. Чушь. Между нами нет дружбы, мы просто спим друг с другом. Не понимаю, почему все вокруг так уверовали в нашу дружбу? Глупцы, - горький вздох срывается с губ. - Все они слишком глупы и никчемны, чтобы понять нас. Ведь так, Люциус?" Никто из них и не мог подумать, что это был последний момент, когда они могли быть наедине друг с другом. Через несколько дней Пожирателей Смерти уже не существовало. После проигрыша во Второй Магической войне кто-то смог сбежать, кого-то, в том числе и Люциуса Малфоя, увезли в Азкабан. Так и никто не понял, за что они боролись, зачем нужен был этот Орден? Они просто служили Волан-де-Морту, для них он был смыслом жизни последних лет, они беспрекословно верили в слепые надежды. А для него Пожиратели смерти были лишь верными псами, чьи жизни для него ничего и никогда не значили... Что это за протест? Против кого или чего он был? Министерства магии? Все это организовывалось для поимки Гарри Поттера, Мальчика-Который-Выжил? Для уничтожения Хогвартса? Увы, этого никто теперь не узнает. Пожиратели - это не романтический клуб по интересам, это кровавый орден, посвятивший себя убийствам. Быть Пожирателем Смерти - сомнительное и опасное удовольствие. "Ведь так, Люциус?"