Энергия.

- Я не знаю, как может на тебя отреагировать моя мама, так что держись поближе ко мне, - шепнул Вильгельм, когда они уже переступили порог огромной усадьбы. Маель кивнул, держась за руку шатена. Женщина встретила их уже в холле дома. Помещение светлое, с множеством окон, несколькими выходами и одной изогнутой дугой лестницей в стороне. Высокая шатенка сходила с лестницы, облаченная в тёмное платье в пол, руки были закрыты, что не сказать о вырезе на груди. Было заметно, что она ждала прибытие своих старших детей, потому что торопилась спуститься, насколько только ей позволяло это самое платье. - Похоже, что у нас ещё и гости будут за обедом, - улыбаясь, она наградила Элизабет и Августа поцелуями в лоб в качестве приветствия. Пара тут же ушла, а вот хозяйка дома осталась с гостями. - Мама, это Маель, брат Роберты, - заметив растерянный взгляд родительницы, произнёс старший. – Маель, это моя мама – Женевьева, - взгляд шатенки стал теплее при упоминании давно умершего человека. - Приятно познакомиться, Маель. Твоя сестра была хорошей девочкой, - она так же расцеловала обоих, но тут уже стала серьёзней, посмотрев на сына. – С тёткой сам разговаривать будешь, - пригрозила пальцем. – Она у меня уже в печёнках сидит, - развернулась и направилась в сторону лестницы. – Идёмте, я покажу вам ваши комнаты. - Мама, кстати, об этом, - остановил женщину, заставив обернуться. – Мы будем жить в одной комнате, - она повела бровью, обратив внимание на их сцепленные руки, и усмехнулась, но по-доброму, подхватила подол платья и продолжила путь. - Идёмте, твоя комната, Вильгельм, уже давно соскучилась по своему хозяину. Кстати, там ничего так и не перемещали с твоего отъезда, разве что пыль убирали, - леди проводила парочку к комнате, открыв дверь и войдя первой. Прошла к окнам, распахивая шторы в стороны. - В остальной части дома в основном уже другой стиль, более современный присутствует, что не сказать об этой комнате, - произнесла шатенка, оглядев помещение. – Ну ладно, вы пока располагайтесь, а я скажу служащему, чтоб чай вам принёс, - и тихо вышла, закрыв за собой дверь. Комната оказалась довольно-таки мрачноватой, выполненной в тёмных тонах. Единственный письменный стол был заставлен стопками старых книг, на широкой и высокой кровати всё так же было тёмное бельё, хоть и чистое и новое, подушки с рюшами, балдахин. Два окна с высокими рамами и одно с выходом на просторный балкон. На полу всё так же лежал большой ковёр, а мебель стояла всё та же, выполненная в стиле рококо из тёмного дерева. А внимание Маеля больше привлекло большое зеркало на боковой стене комнаты, в котором можно было не только себя во весь рост увидеть, но и половину комнаты в придачу. Вильгельм распахнул двустворчатую балконную дверь и впустил в комнату свежий морской воздух. - Не слишком ли мрачновато? – заметил блондин. - Я покинул это место почти две сотни лет назад и редко тут появляюсь, так что даже не обращаю на это внимание, - спокойно пояснил мужчина. – Но когда здесь происходила перестановка, я был в некоторой депрессии... Так что это отразилось на стиле отделки. - Ага... Это заметно, - огляделся и остановился взглядом на Вильгельме, который, что ни говори, а подходил под эту обстановку. Мужчина остановился на пороге балкона, оглядывая картину, что предстала перед его взором. - Тут совершенно ничего не изменилось, - тихо произнёс шатен, снова, спустя столько лет, видя всё тот же утёс, всё те же скалы и морскую гладь. Маель тихо подошёл к нему, провёл ладонью по плечу вниз. - И всё же тут мрачновато, - произнёс, слегка поморщив носик. – Может, всё-таки можно тут что-то изменить? А-то ведь нам не пойми сколько тут жить. - Мы тут и двух дней не пробудем, так что потерпи немного. Сегодня же поговорю с тётей, а вечером или завтра утром отправимся назад, - мужчина накрыл своей ладонью чужую на своём локте. В этот момент дверь со стуком открылась, и в комнату вошёл мужчина лет тридцати в костюме с подносом, на котором стояла пара чашек и чайничек с сахарницей. Пожелав доброго дня и приятного аппетита, поставил свою ношу на журнальный столик и вышел из комнаты. - Хм, он меня даже не узнал, хотя я его помню ещё в десятилетнем возрасте, - усмехнулся шатен, не двинувшись с места. – Время быстро летит, если это касается людской жизни, - прозвучал снова стук в дверь и вошёл тот же мужчина, неся в руках две сумки хозяев комнаты. Оставил их на диване. - Будут какие-то распоряжения? – ожидая, спросил слуга. - Хочу, чтоб к вечеру тут поставили телевизор, - сощурив один глаз, ответил шатен. - Нет! Никакого телека! Ты к родителям приехал, а не снова пялиться в этого монстра. Ничего не надо, можете быть свободны, - быстро воспротивился блондин, на что Вильгельм только тихо посмеялся. Служащий покинул комнату. - Да ладно тебе, Маель, - продолжая улыбаться, произнёс шатен. – В этом нет ничего плохого, всё-таки если задержимся до утра, то надо же мне будет чем-то себя занять. - То есть как это «чем-то»?! – возмущённо произнёс блондин, но осёкся, поняв, что произнёс, опустил взгляд, смущённо покраснев до самых кончиков ушей. Вильгельм удивился, но скоро улыбнулся, обняв одной рукой, притянул к себе с виду хрупкое тело. - А есть предложение? – усмехнулся, приподняв пальцами свободной руки лицо юноши за подбородок. Тот пересилил смущение, прямо посмотрев в карие глаза, ощущая, как уши начали гореть. - А если и есть? – спросил и весьма не смущённым тоном, руки обвили шею шатена и притянули. Только их губы соприкоснулись, как в дверь снова постучали, и в комнату вошла Женевьева. - Ох, прошу прощения, что прерываю, - отвела взгляд, но улыбка не сошла с губ. – Но обед уже подан, будьте добры присутствовать хоть на нём, - посмотрела на парочку, которые так и не разомкнули объятий. – А-то я тебя знаю, Вильгельм, наверняка уже завтра хотел смыться. - Хорошо, - шатен перехватил руку Маеля и вышел за родительницей из комнаты, ведя за собой блондина. Просторный зал с большими окнами, которые были на этот момент открыты, впуская лёгкий ветерок, светлые тона цвета прибрежного песка и большой овальный стол из тяжёлого дерева и стулья из того же материала с высокими спинками. За столом уже расположились шестнадцать человек, в числе которых были Август и Элизабет, севшие отдельно от остальных. Но в первую очередь Маель обратил внимание на сухопарого мужчину с волосами цвета горького шоколада. Он сидел так же отдельно, но так, будто не сам туда сел, а так, будто от него отсели. После же перевёл взгляд на девушку-альбиноску лет так восемнадцати, которая сидела не на стуле, как остальные, а в инвалидном кресле, по правую руку от неё сидела её точная копия, только уже мужского пола. Вошедшие остановились перед столом. - Прошу всех внимания, - произнесла хозяйка дома, заставляя всех тем самым обратить взоры на них. – Вильгельм прибыл со своим другом, - женщина явно забыла его имя, а потому взглянула на блондина. - Позвольте представиться, Граф Маель моро Жаке, - спокойно и непоколебимо произнёс юноша, чувствуя себя на удивление в своей тарелке в подобном обществе, как на званом обеде в замке родителей. - Приятно познакомиться, молодой человек, - произнёс тот самый мужчина. – Я Морис Камери, хозяин этого дома. Не помню, чтобы мы ранее были знакомы, но мне Ваше лицо кого-то напоминает. - Я родной брат графиня Роберты Памиж, - запомнил местное имя сестры. Мужчина вскинул брови, а некоторые старшие впали в ступор. - Что ж, проходите к столу, не стойте. Дорогая, - мужчина поднялся на ноги и помог супруге сесть за стол рядом, снова занял своё место. Пара же прошла к Элизабет и Августу, оказавшись подальше от остальных, благо до мест было ближе, а потому странным со стороны не покажется. Не осталось незамеченным и то, как Вильгельм придерживал Маеля под руку, когда тот садился на стул. Обед протекал спокойно, кто-то разговаривал с кем-то, но никто не поднимал темы для общего обсуждения, чему был рад Вильгельм, который замечал частые взгляды тёти Изабеллы, и ревнивые взгляды её дочери, которая сидела рядом с ней. К слову сказать, она была единственным ребёнком у Изабеллы, а потому частые потакания капризам девочки имели место быть. - Тётя Изабелла, я бы хотел основательно поговорить с Вами, - произнёс Вильгельм, когда большая часть родственников покинула комнату. - Я хотела тебе сказать то же самое, Вильгельм, - чуть ли не пропела женщина, улыбнувшись своему племяннику и настырно игнорируя существование Маеля. – Но сейчас я буду занята, - с напускной досадой произнесла женщина. Скоро хозяева дома покинули обеденный зал, остались лишь Маель с Вильгельмом и близнецы-альбиносы, которые будто ждали, когда их оставят наедине. - Вы ведь не из нашего мира, Маель? – произнесла нетерпеливо девушка, посмотрев своими почти бесцветными глазами на юношу, который уже поднялся из-за стола, снова поддерживаемый за руку шатеном. - Откуда Вы узнали, миледи? – слегка улыбнулся блондин, посмотрев в ответ на альбиноску. - Я не вижу Ваших мыслей, - просто ответила. – Даже Ваше выражение лица ничего мне не даёт, из Вас вышел бы хороший актёр, - воодушевлённо и отчасти восторженно продолжила говорить. Вильгельму уже начинало надоедать, хотелось скорее скрыться в своей комнате, а лучше поскорее поговорить с тянущей время тёткой и улететь домой. - Я могу посчитать это за оскорбление. - Но Вы же понимаете, что я ничего такого не имела в виду. Но я уже встречала подобных Вам, и мне было бы приятно и интересно поговорить с Вами. - При всём Вашем желании, миледи, у меня такого интереса не имеется, - девушка уже было расстроилась, но. - Быть может, если Вы согласитесь как-нибудь побывать в гостях у нас дома, тогда и выдастся хороший разговор? - поспешил её обрадовать, отчего та просияла. Вильгельм уже не вытерпел и потянул блондина из комнаты. - Была рада с Вами познакомиться! – донёсся голос девушки до того, как дверь за ними не закрылась. Вечерело, а тётка так и не объявилась, начиная раздражать тем самым Вильгельма. А когда тот пришёл к ней в комнату, её там не оказалось, а бегать по всему поместью самодурству подобно. Потому Виль сидел на краю своей кровати и буравил взглядом дверь, ожидая, что в любую минуту раздастся стук. Маель переоделся в рубаху, решив, что уже поздно и к ним зайти точно никому не придёт мысль в голову, забрался с другой стороны с книгой в обнимку. Но полистав и попытавшись хоть что-то прочесть и всё же понять, бросил эту затею, ведь не двигающийся с места шатен начинал действовать на нервы. Юноша отложил книгу на пол и подполз к Вильгельму. - Виль, - Маель ткнул его пальцем в плечо. – Ты бы это, моргнул хотя б. - И чего она только время тянет? – проговорил монотонно старший сын четы Камери. – Всё-таки сколько не жди, а мнение моё не поменяется. - Ну и ладно, - юноша поднялся на колени за спиной шатена и прикоснулся к его плечам. – Пускай тянет, завтра-то уж точно она от нас никуда не денется, - хитро произнёс, начиная поглаживать плечи мужчины, ненавязчиво так перейдя на шею и поднимаясь выше. Маель уже успел заметить, что Вильгельм неровно реагирует на прикосновения к своим волосам. Прижался грудью к чужой спине и склонился. - Кто-то хотел знать об альтернативе на вечер, - шепнул блондин и не больно прикусил край уха шатена. Тот усмехнулся и откинул голову назад, упираясь затылком в чужую грудь, потянул Маеля за золотистую прядку волос вниз. Юноша замер, когда между их губ осталось всего ничего, когда горячее дыхание уже обжигало чужую кожу, и чужой запах тела был слышен. Вильгельм потянул блондина за руку, заставляя того завалиться себе на колени спиной. Маель тут же скользнул по постели, чтоб только голова разместилась на чужих коленях. Вильгельм наклонился, снова остановившись в паре сантиметров от чужих губ, и когда уже сам юноша не выдержал и хотел уже поцеловать, на его губы легли чужие пальцы. Маель выдохнул, слегка улыбнулся и расслабился. Пальцы очертили контур губ и скользнули ниже, еле дотрагиваясь до кожи лица и шеи, заставляя появляться мурашкам. Шатен прикрыл глаза и не сводил взгляда с чужих синих глаз. Пальцы скользнули ниже, оттянув первую пуговицу вниз и отпустив. Маель прикрыл глаза, наслаждаясь лёгкой лаской. Пальцы очертили середину груди, скользнули по рёбрам и спустились к пупку, покружив вокруг, ладонь полностью опустилась на чужое тело и повела не более весомое прикосновение, скользнула по лёгкой ткани к бедру, и, проведя линию до согнутого колена, скользнула на внутреннюю сторону, ведя уже вниз. Маель рвано выдохнул, свёл колени и накрыл своей ладонью чужую руку, когда та добралась до ткани трусов. Но его руку перехватили и поднесли к губам, поцеловав пальчики. Движения были еле ощутимыми, потому блондин просто подался бёдрами к чужой ладони. - Виль, - юноша приоткрыл глаза и облизал сухие губы. – Хочу тебя, - выдохнул, едва уловимо произнеся. Шатен усмехнулся. Но склонился и накрыл чужие губы своими, дёрнув свободной рукой за шнурок на балдахине, который тут же скрыл своими тканями пару от внешнего мира. Солнце проникало своими лучами в комнату, освещая каждый её уголок. Маель вздохнул, опёрся на локти, потёрся носом о подушку и замер. Память возвращалась в сонную голову, подкидывая ещё не пришедшему в себя сознанию пикантные картинки моментов прошлой ночи. Лицо мгновенно залила краска, а робкий взгляд перешёл с подушки на соседнее место. Вторая половина кровати была пуста. Юноша облегчённо выдохнул и хотел уже подняться с постели, морщась от тянущей боли в районе поясницы, как голос за дверью заставил снова упасть на постель и подтянуть выше одеяло. - Вставай, соня, - спокойно произнёс Вильгельм, войдя в комнату. Подошёл к балконной двери и распахнут ту настежь. - Виль, - тихо позвал юноша, глаза и макушка которого только и торчали из-под одеяла. - М? – обернулся и уже направился к юноше. - Это ведь не серьёзно? Я же только подыгрываю... – мужчина остановился, внимательно смотря в синие глаза. Опустил взгляд, поднял лежащую у кровати книгу и положил её на стол рядом с сумкой Маеля. - Зачем ты сюда явился? – вдруг спросил Вильгельм, не меняя интонации. – Я же вижу, что тебя не тянет к библиотеке. Тебе не интересны любые другие книги, кроме этой истории, - произнёс уже холодно, взгляд стал серьёзным. Юноша прикрыл глаза, приподнялся и сел, отвернувшись в сторону, стал перебирать свои пальцы. - Когда я увидел тебя на балконе, то побежал сразу к отцу. Он сказал, что не доверяет тебе, что неудивительно. Сказал, чтоб я отправился с тобой и разузнал все моменты смерти Ивиал. А тебя даже спрашивать не стал... Не верил тебе... – тихо закончил. - Я-то думал, чего это таких заботливых родителей не интересует история смерти дочери, - усмехнулся шатен. – А теперь слушай первый и последний раз. Ивиал сюда прибыла и использовала магию, чтобы внушить одной знатной паре, что она их дочь, которую они потом представили ко двору на как бы совершеннолетие. Не знаю, почему она так поступила, она мне не рассказывала. Скорее всего, сыграл интерес. Но на том балу она познакомилась с моей семьёй и моим дядей в частности. Они уже тогда не могли оторваться от общества друг друга, что было по меркам тех времён дурно. Но не прошло и двух лет, как они объявили нашей семье, что решили пожениться. Мы не поверили, ведь думали, что она простой человек. Но, видимо, родителям моим дядя поведал тайну твоей сестры. Они хотели это объявить на очередном балу уже во всеуслышание. Но перед этим Ивиал уговорила моего дядю побывать у неё в гостях и остаться там на ночь. В то время начинала процветать эпоха инквизиции, скорее всего, ты уже прочитал об этом. Так вот. В эту самую ночь они и побывали в гостях у твоей сестры, - усмехнулся Вильгельм, но грустно. – А дальше тебе и говорить нечего, сам понимаешь, что за этим было, - быстро проговорил и направился к двери. – Раз уж ты всё узнал, собирайся. Улетаем, а после я тебя отправлю домой, - дверь хлопнулась за вышедшим шатеном. Маель и сказать ничего не успел, только вздрогнул от хлопка и опустил голову.