Пари

Ох, в голове такая картинка была. Надеюсь, я смогла красочно описать, что представляла сама. И как не хочется раскрывать все карты, но Песня, под которую танцевал Тайга - Marilyn Manson – Tainted Love Под конец - Slipknot – Snuff Обыкновенный пятничный вечер не обещал ничего особенного, кроме работы, конечно. Как не хотелось Тайге сегодня идти в бар, он бы с удовольствием посидел в этот вечер дома, взял бы какой-нибудь жрачки из супермаркета и посмотрел бы какой-нибудь матч по телеку. Заодно отдохнул бы от Аомине. Он в конец обнаглел. Мало того, что он целыми днями сидит дома, так и не делает ни хрена. На прошлой неделе он захотел полежать в ванне, обернулось все тем, что Тайга потом полночи бегал с тряпкой пытаясь убрать воду из квартиры, потому что этот мудильник забыл про открытый кран, а сам резался в приставку. Тайга тогда ему таких люлей навешал, что он потом два дня как шелковый ходил. Про разбросанные по всей квартире шмотки, пачки от сигарет, обертки презервативов и говорить нечего - хотя последнее это их общая заслуга. И вот сегодня выдался спокойный вечер, Аомине, как всегда, в баре. Надо же было Теппею именно сегодня травануться. Сожрал какую-то гадость и теперь целый день сидит на толчке. На часах было около 12, народ толпился вокруг барной стойки, у входа, туалетов. Да куда ни плюнь. Ночка обещала быть жаркой! Наливая, наверное, 1000 по счету стакан пива, Кагами заметил какую-то суматоху у входа. - Что-то рано они сегодня. – Буркнул Тайга и, как ни в чем не бывало, продолжил готовить напитки. - Эй, бровастый! – растолкав всех посетителей у барной стойки, перед ним возникла наглая смуглая рожа. – Мне как обычно! Аомине стоял, держась за край столешницы и сверлил Кагами взглядом. Сзади, сквозь толпу, неугомонных посетителей, с обеспокоенным лицом пытался протиснуться Кисе. Видно, что этот неугомонный спиртоглот его изрядно достал, но все же бросить друга было бы по-свински. Да и беспокоился он явно больше за окружающих, нежели за самого Дайки, поэтому изо всех сил старался увести его к столику, пока тот не натворил чего. - О! Кагами, привет! – улыбнулся Рета, - Аомине, пойдем сядем. Нам сейчас все принесут. - Тупогами! Шевели булками и дай мне выпить! – не обращая внимания на Кисе, он продолжил сверлить Кагами взглядом, будто пытался загипнотизировать. - В каком зоопарке таких обезьян держат? Охрана у них ни к черту! – обреченно вздохнул Тайга. – Да ты стакан мимо рта пронесешь. Опойло! - Уж с этим-то у меня проблем не будет! - Чем докажешь? - Наливай и я тебе продемонстрирую. - Держи карман шире! Вон дартс! Два раза в яблочко попадешь, что вряд ли, – хоть упейся! - Да, раз плюнуть! - Ну, и на что спорим? - Мммм…Ну, выпивка за твой счет это само собой! – Кагами закатил глаза, этому мудаку только бы зенки залить. – А вот что бы мне тебя еще заставить сделать? - Может стриптиз? – лукаво заявил Рета. Две пары глаз уставились на него. Багряные с изумлением, а лазурные с предвкушением. - Тупогами, готовься сверкать сосками! **** - Попадос! Да как он только умудрился три раза в яблочко зарядить? – Кагами стоял и не мог поверить глазам. - Ну, Аомине всегда так, если на кону что-то очень ценное. – Ответил Куроко, глядя как его друг весело прыгает с дротиками около мишени, закинув руку на шею уже изрядно подвыпившему Такао. - Эй, балерун, ты там музычку поживее какую-нибудь поставь. – Сверкая скалистой улыбкой, прокричал Дайки. Он был явно собой доволен. Еще бы, халявная выпивка, да и бонус в виде стриптиза от Тайги. День явно удался. Еще бы горячего секса на десерт. Вообще в баре не было места для такого рода представлений, но когда проходили какие-то мероприятия, приглашенные девушки-танцовщицы, занимали барную стойку. Конечно, Кагами никогда подобными вещами не занимался, но спор есть спор. Проиграл – подставляй жопу. Ну, или в его случае – раздевайся. Когда заиграла музыка, Кагами с ухмылкой запрыгнул на столешницу. Взяв в руки шейкер и пару бутылок, он крикнул на весь зал, привлекая внимание. Хотелось приготовить что-то необычное. - Особенный напиток для нашего постоянного посетителя. – Указав шейкером на Дайки, он поманил его пальцем к барной стойке. Аомине тут же сорвался с места, пытаясь пробраться через толпу людей, окруживших Тайгу. Двигаясь в такт музыке, Кагами поставил напитки и шейкер рядом с собой и начал медленно расстегивать пуговицы на рубашке. Качая бедрами, он подпевал голосу вокалиста, ревущему из колонок. Тяжелая музыка и темное освещение бара создавала отличную атмосферу. Он с вызовом смотрел в глаза Дайки, будто намекая, приди и забери свой приз. Все посетители, включая друзей Кагами, открыв рты, смотрели на то, как всегда добродушный и отзывчивый бармен сексуально играет краями рубашки, словно дразня, щекоча нервы. Музыка становилась громче и под рев вокалиста рубашка Кагами летит в толпу. Дайки перехватывает ее в воздухе и с нахальным видом усаживается на стул перед Тайгой. Довольно облизнувшись, он уже предвкушает лакомство. Кагами медленно наклоняется за бутылками. Мышцы на его спине напрягаются, сплетаясь в узоры, которые в тусклом освещение приобретают потрясающий вид. Он подбрасывает бутылки в воздух. Ловит их ладоням, а затем, не поднимая шейкера, с высоты своего роста он вливает в него коричневую и прозрачную жидкость. Джин и виски, подумал Дайки. Запах алкоголя ударил в нос. Снова перекрутив бутылки, он ставит их на место. Подняв с бара шейкер и последнюю бутылку, он подбрасывает ее и, поймав локтем, направляет прямо в шейкер. Зеленая жидкость струиться вниз, обещая наполнить коктейль терпким, крепким вкусом. Закинув бутылку за спину, Кагами быстро берет металлический стакан в другую руку, и, перекрутившись на пятках, ловит бутылку. Дайки с удовольствием наблюдает за всеми движениями, как перекатываются тугие мышцы на прессе, как кожа натягивается, как стройное сильное тело двигается в такт музыке. Так хочется дотронуться до него. Отправив последнюю бутылку в полет в сторону своего партнера по бару, Тайга поднимает крышку стакана, и закрывает шейкер. Смешивая все ингредиенты, приходиться прилагать немного усилий, как следует, перемешивая напитки со льдом. Руки напряжены, демонстрируя бицепс и широкую спину. Кагами усаживается на столешницу прямо перед Дайки, переливает содержимое в стакан, отделив лед. От холодной напитка стенки бокала моментально запотевают. Дайки сглотнул и потянулся за бокалом. Кагами самодовольно улыбается, качает головой. Он протягивает руку, наклоняет голову Аомине. Взяв его за подбородок, он открывает его рот и начинает медленно вливать прохладную жидкость. Часть коктейля стекает по щеке и подбородку, Тайга вытирает большим пальцем струйку алкоголя и демонстративно облизывает его. Бац! Либо «Землетрясение», которое только что попало в горло Дайки, либо вид до жути сексуального Тайги – у Аомине окончательно сорвало крышняк, он резко встает, закидывает Кагами на плечо и тащит в сторону черного выхода. Оказавшись на улице, он припечатывает Кагами к стене и грубо впивается в губы. Он кусается, рычит, царапает плечи, ещё сильнее вжимая Тайгу в кирпичную стену. Тайга ревет, когда шершавое покрытие режет голую спину. Дайки держит крепко, до синяков. Кожу щиплет. На губах вкус метала, и горечь абсента. Аомине тянется к ремню на его джинсах. Еще немного, и он дотронется до члена Кагами. Будет сминать его плоть пока Кагами не будет скулить на весь квартал от наслаждения. Успокаивается он лишь только, когда Тайга хорошенько приложился кулаком по его скуле. Он тяжело дышит, потирает ушибленную щеку и вызывающе смотрит на любовника. - И что это было только что? - Я трахаться хочу! - Блять, вот ты объясняешь. Аомине молчит, если сейчас начнет препираться, то ему вообще ничего не светит. - Пойдем внутрь, надо лед приложить, а то потом будешь с пряником ходить. – Дайки слушается и идет следом, смотря на исцарапанную спину. В мелких порезах, с крошками камня. Наверное, больно. Его даже передернуло. Кагами достает лед, заворачивает в салфетку и прикладывает к щеке Дайки. Лед остужает, приятно холодит кожу. Кажется, голова не так болит. Сидит, как какой-то школьник после уличной потасовки – остужает синяк. Смотрит, пока Кагами копошится рядом, достает аптечку, цыкает, когда касается спины. - Давай я обработаю. Он опустил лед, берет вату и добротно смачивает антисептиком. Кагами выгибается, когда вата соприкасается с кожей. Аомине осторожно водит по спине, старательно обрабатывая каждую ранку. Он видит, как Тайга сжимает край стола, упираясь в него руками. Шипит, когда особенно крупные раны соприкасаются со спиртовым раствором. Спина такая напряженная, такие яркие порезы на бледной коже. Дайки мысленно бьет себя по лбу – он находит это красивым. Наклоняется, слегка касается губами одного из порезов. Облизывается. Вкус спирта, соленой кожи и запах Тайги. Он проводит языком вдоль позвоночника. Сминает бедра, чувствуя, как тело в его руках сжимается в пружину. Целует шею, проводя руками по животу, сильнее прижимается к горячему и желанному телу. - Ты чего делаешь? Собака что ли, раны мне зализывать? - Да, ну тебя нахуй! – разворачивается и выходит на улицу. Холодный ветер бьет в лицо. Черт, курить. Он хлопает по карманам – нету. Оборачивается – нет, он не хочет даже рожу этого придурка видеть. Завтра с ребятами объясниться. А сейчас спать! Кагами вернулся в зал. Остаток ночи ему докучали посетители – «Отличное представление, ты был так крут. А может, ты еще раз такой шоу покажешь?». И вроде бы все так же, как и было. Ребята сидят на своем обычном месте, такие же шутки Такао, недовольное лицо Шинтаро, Кисе, липнущий к Куроко. Только Дайки нет. Возвращался он уже засветло. В воздухе прохлада и свежесть. Немного зябко. Холодный ветер забирается под куртку, футболку, щекотит ледяными пальцами. Тайга поежился, достал из кармана сигарету, закурил. Выдыхая теплый, едкий табачный дым, он уставился в небо. Наверное, завтра снег пойдет. Тяжелые серые тучи заволокли небо. Аомине уже спит. А у него и сна ни в одном глазу. Бросает недокуренную сигарету и заходит в подъезд. В квартире темно, холодно. Тайга раздевается и встает под ледяные струи воды. Он замерз, но ощущение холодных капель, остужает мозги – он слишком много думает. Страшно было заходить в квартиру. Но все хорошо - Дайки спит, раскинув руки на кровати, как обычно. У него спокойное, красивое лицо, а в сумерках немного мрачное, но не менее притягательное. Тайга хватается за камеру. Щелк. Аомине шевелится, моргает. Только бы не разбудить. Щелк. Пару раз моргнув, Дайки снова прикрывает глаза. Посмотрев на дисплей камеры, Кагами понимает, что никогда не расскажет ему об этих снимках. Это еще хуже признания.