Третья звезда налево

      Питер издали замечает хрупкую фигурку в голубом платье. Ветер игриво приподнимает край подола, обнажая заключённые в серые туфли ступни Дарлинг.       Венди сидит на крыше и смотрит в небо. Так пристально, будто ждёт чего-то.       Неужели его?       Пэн окидывает взглядом свою былую спутницу и вспоминает тот странный день, когда он отказался от неё. Минул год с той поры, а ему кажется, что прошла вечность, горькая и пустая.       Он столько перепробовал за это время. Искал обходные пути. Сдавался и вновь загорался единственным желанием спастись, вернуть себе былое могущество. Он тратил магию артефакта, черпал её, забывая обо всём на свете, и вот теперь она иссякла. Возродить её можно лишь ценой жизни Дарлинг. Но одного взгляда на неё Питеру достаточно, чтобы осознать – он никогда не сделает этого.       Пэн и сам не знает, зачем пришёл сюда, почему искал её на протяжении нескольких месяцев. Убийства не будет. Напрасно он убеждал себя в том, что его чувства к ней – блажь. И свобода… сомнительное счастье одиноких сердец.       Сейчас ему больше всего на свете хочется подойти к Венди, положить руки ей на плечи, прижаться щекой к спине и сидеть так долго-долго, понимая, что лишь это – настоящее. Он борется с собой несколько долгих, напряжённых минут и, наконец, делает шаг. Потом ещё один…       Венди оборачивается, когда его ноги касаются гладкого шифера.       - Питер!       Её крик пугает воробьёв, примостившихся рядом с ней. Они взлетают, раздражённо хлопая маленькими крылышками, и тут же приземляются у её ног, простив Венди «нарушение порядка».       Он подходит ближе, затем садится и ждёт, когда она перестанет смотреть на него так, точно увидела привидение. Наконец, её губы кривит грустная улыбка, Венди вздыхает и произносит, стараясь сохранять спокойствие:       - Зачем ты здесь?       Пэн пожимает плечами.       Она качает головой и протирает глаза сложенными в кулачки руками.       За этот год Венди выросла. В ней появилось что-то истинно-женское, какая-то неуловимая упругость, очарование, которое Дарлинг не может скрыть даже сейчас, когда смотрит на него почти враждебно.       Питер с сожалением думает о том, что и сам изменился. Подрос на несколько сантиметров, начал стабильно бриться… Взрослеть заново – занятие не из приятных. Первые несколько месяцев он даже использовал силу коробочки, чтобы бороться с этим гадким процессом, но потом смирился. В конец концов, нужно было экономить силы.       Жаль только, что эта предосторожность ничем ему не помогла.       - Как ты узнал, где я? – спрашивает Венди. Пэн понимает, что это совсем не тот вопрос, который ей бы хотелось задать. Но Дарлинг боится, и он сам, пожалуй, тоже…       - Я искал тебя в Нью-Йорке, но люди рассказали о том, что вы с братьями пробыли там недолго. Тогда у меня не осталось сомнений.       - И крышу помнишь?       - Я всё помню, - откликается он и пропускает через пальцы голубую ткань выбранного им когда-то платья.       Венди слегка краснеет и закусывает губу.       - Ты останешься? – решается она после нескольких минут напряжённого молчания и отворачивается, впиваясь взглядом в силуэты соседних домов.       Он долго собирается с духом, прежде чем произнести то, что так необходимо. Дарлинг принимает это молчание за отрицательный ответ и тяжело вздыхает:       - Я ждала тебя, Питер. Очень долго, - и добавляет, точно сомневается, нужно ли это, - мне всё рассказали… о твоё плане.       - Тогда ты знаешь, что я передумал, - отчаянно защищается он, не желая, чтобы его обвиняли в чём-либо. Пусть даже Дарлинг имеет на это полное право.       - Знаю, - кивает она.       - Я не буду просить прощения, - упрямо сообщает он.       Венди молчит, сгибая и разгибая пальцы.       - Я остаюсь, - произносит, наконец, Пэн, понимая, что только что шагнул в пропасть.       - Я учусь в школе. Многое приходится догонять, но это даже интересно.       Дарлинг явно не хочется комментировать его решение. Интересно, почему?       - Думаю, у меня получится, - говорит Питер, думая о нелепости происходящего. Вместо того, чтобы искать новые способы вернуть себе Неверленд, он сядет за парту. Очень похоже на бред.       Пэн придвигается к Венди и берёт её руку в свою, направляя ладонь девушки куда-то вверх:       - Видишь, эту звезду?       - Да.       - Ты знаешь её координаты?       - Нет, откуда? – удивляется Дарлинг.       Питер улыбается почти беззаботно, подмигивая ей:       - Это третья звезда налево, Венди. И именно она привела меня сюда.       Девушка не смотрит на него, но Питер чувствует, как напряглись её плечи. Дарлинг думает о чём-то, прикидывает, пытается понять…       Пэн бы сейчас многое отдал, чтобы прочесть её мысли.       Ему и самому есть о чём поразмышлять – жизнь меняется слишком быстро. И там за порогом – взросление, решения, которые не хочется принимать. Работа…       Ответственность давит на него.       Питер нащупывает в кармане кошелёк, который стащил на станции у одного из незадачливых городских жителей. Теперь, когда магия для него потеряна, больше не получится трансформировать в банкноты всё, что только под руку попадётся. Пора воскрешать прежние навыки.       Если бы он только мог убить Дарлинг. Жить, зная, что из-за него она погибла. Всё-таки он недостаточно силён для этого. Увы…       - Я ждала тебя, Питер, - повторяет уже сказанное Венди и поворачивается к нему. Кажется, она сейчас расплачется, и Пэн неловко притягивает её к себе, гладит по волосам. А потом, недолго думая (ведь все карты, так или иначе, розданы), целует.       И Дарлинг, оглушенная этим поцелуем, перестаёт плакать и даже не отбивается, подчиняясь ему.

***

      Пэн отстраняется первым. Улыбается, как довольный кот, и спрыгивает с крыши, кинув на прощание насмешливое: «Увидимся в школе!».       Венди осторожно касается горячих губ и думает о том, что всё это слишком похоже на сон. Только не счастливый и светлый, а какой-то тревожный. Холодный, словно этот Лондонский вечер. И голубое платье не согревает, а точно наоборот – забирает тепло.       Звезда над ней щурится и загадочно мигает, будто пытается предупредить о чём-то. Но Венди и без неё знает, что выбрала нелёгкий путь.       Она спускается с крыши и бредёт домой, теряясь в бесчисленных вопросах и ничего толком не понимая. Её бьёт дрожь, и она обнимает себя, пытаясь защититься от того, что принесло с собой долгожданное счастье.       И если бы наблюдающее за ней небесное светило умело бы говорить, оно бы непременно подтвердило опасения Венди…       Ведь это чертовски тяжело быть чьей-то путеводной звездою. Работа завершена. Спасибо милой музе. Спасибо вам, дорогие читатели. И пусть звезда удачи никогда не покидает вас.