Глава 12
31 декабря 2013 г., 20:38
Воскресенье проходило как обычно. Группа собралась в студии и записывала новое творение. Строчки про ад и огонь проникли во все их тексты. Песни оказались гораздо более агрессивными, чем в предыдущем мрачно-мелодичном альбоме. Роль гитары во много раз увеличилась, она не замолкала ни на секунду, часто выражая основную мысль произведения вместо голоса. Бас тоже стал звучать громче и чётче. Хотару играла с таким напором, словно ураганный ветер проносился в старом лесу, валя за собой деревья.
На мгновение все инструменты замолкли. И вот зазвучал мощный голос баса, сигнализировавший о том, что началось соло. Сколько ярости, сколько злобы можно было в нём услышать! Оно словно погружало слушателя в самое пекло Армагеддона, оголяя его душу, проникая в самые отдалённые уголки сознания, показывая, что даже гнев и ненависть могут быть прекрасными…
— Знаете что? – спросил у своих подруг Минасэ после записи. – Это самая сносящая песня, которую я когда-либо слышал. Столько ярости, столько огня, так и хочется что-нибудь разбить. Как ты умудрилась её написать, Рэй?
— Я просто исполняла волю своего сердца. Я должна была куда-то выплеснуть всё, что во мне накопилось за последнюю неделю.
— Понимаю, — ласково ответил гитарист.
В этот момент все четверо почувствовали что-то странное. Что-то, чего они уже давно не чувствовали. От этого на душе становилось легче. Приятное ощущение.
— Сходим куда-нибудь? – предложила Хотару.
— Извини, но я не могу. В универе завалили, я сюда еле смогла выбраться. Может в следующий раз.
— Никак. После этой истории с Капитаном мне надо, так сказать, подтянуть свою ментальную устойчивость.
— А вот я свободен. Можем рвануть хоть на край света!
— Только пилот из тебя никакой, — подколола его ударница.
— Ну не настолько же…
— Утешай себя.
— Значит только Минасэ сможет, да?
— Выходит, что да. Желаю весело провести время! – Кохэйри бодро удалилась из комнаты.
— Вы это, только никаких глупостей не натворите, а то мало ли что, — предупредила перед прощанием Рэй.
Минасэ засмеялся, а вот Хотару слегка покраснела. Но никто не обратил на это внимания: девочки спешили, а Сан на секунду о чём-то задумался.
Оставшись наедине с Хотару, Минасэ предложил ей просто прогуляться по городу. Она с радостью согласилась. Выйдя на улицу, они сразу же почувствовали освежающее дыхание октябрьского ветра. Небо опять затянуто тучами, но дожди не шли. Листья начинали желтеть, постепенно покидая родные ветви. Хорошо.
— Люблю такую погоду, — спокойно произнёс Минасэ. — Прохладно, сухо, мрачновато...
— Но лучше бы шёл дождь, — ответила Хотару, держа своего спутника за руку и положа свою голову ему на плечо. – Вода… нечто приятное.
— Да уж. Какие-то мы с тобой меланхоличные, не находишь?
— Разве это недостаток? — удивилась девушка.
— А разве я говорил, что это недостаток?
— И правда, — Хотару грустно улыбнулась. Минасэ упрекал себя за свои мысли, но эта улыбка показалась ему самым прекрасным её выражением лица.
Во время прогулки к ним часто подходили фанаты. Некоторые увязывались за ними, некоторые просто подходили со словами благодарности, многие просили автограф. Были и те, кто просто здоровались. Находились даже те, которые желали им счастливой совместной жизни, что заставляло музыкантов залиться краской. Но каждая встреча, даже с весьма надоедливыми людьми, доставляла им удовольствие, разбавляя их атмосферу безысходности.
Спустя пару часов таких скитаний, они дошли до дома Хотару. Уже начинало смеркаться, солнце давно зашло за железобетонных гигантов. Друзья, как всегда, в обнимку расположились на диване.
— Знаешь, я бы никогда не подумал, что буду вот так просто прогуливаться с кем-нибудь по городу и спокойно отдыхать, сидя на диване и обнимая девушку.
— Минасэ, не недооценивай себя. Ты милый и добрый, с тобой приятно находиться рядом. Мне с тобой чертовски повезло.
— Что значит «мне с тобой»? Разве вы с Кохэйри…
— Она пока что ничего не предпринимает, — подмигнула Хотару, — так что пока ты в самом деле мой.
— Как эгоистично это звучит!
— Да, пожалуй. Хотя, так и должно быть, разве нет? – Минасэ утвердительно кивнул. Хотару улыбнулась, той искренней улыбкой, которая каждый раз появлялась на её лице в присутствии гитариста.
— Я, пожалуй, сделаю кофе.
— Было бы неплохо.
Минасэ встал с дивана, а Хотару продолжала сидеть. Её сердцебиение участилось, температура тела немного увеличилась, а зрачки сильно расширились. Она всё никак не могла собраться мыслями. По правде говоря, она сама до конца не верила, что совершит то, что задумала. Но отступать было поздно.
Встав с дивана, она направилась на кухню. Просторное помещение с плитой, многофункциональной печкой, обширным столом для готовки, большой блестящей раковинной и шкафчиками с приборами и посудой из дерева возле окна, напротив которого располагался холодильник и прочие вместилища ингредиентов. Минасэ стоял возле плиты и ждал, пока не приготовиться кофе. Он не хотел пропустить момент до вскипания – обжигать язык ему совсем не хотелось.
Хотару встала возле выхода. Она облокотилась о холодильник, стоявший чуть правее двери. Скрестив руки на груди, она начала наблюдать за Минасэ. Она любила молча смотреть, как он работает. Было в этом для неё нечто успокаивающее и завораживающее.
— А, ты тут! Сейчас всё будет готово!
— Я просто, — девушка немного замялась, — я просто хотела посмотреть, как ты работаешь, вот и всё.
— Третья вещь, ну конечно, — улыбнулся повар.
Он выключил плиту и разлил бодрящий напиток. Высыпав в свою кружку пакетик сахара, он протянул другую Хотару: она любила неподслащённый.
— Спасибо.
Они начали пробовать напиток. Старый добрый эспрессо – что может быть лучше? Тепло разливалось по их венам и артериям, заполняя собой всё тело. Хотару это прибавило решительности.
Пройдя в гостиную, Минасэ было хотел сесть на диван. Но он заметил, что Хотару остановилась в дверях. Её вид выражал некую обеспокоенность.
— Что случилось? – спросил он, подойдя к ней.
— Ничего, просто, — девушка начала тяжело дышать, — я хотела тебе кое-что сказать.
— Я тебя слушаю.
Хотару кинулась на него. Её горячие губы тут же прильнул к его. Не прошло и нескольких секунд, как Минасэ почувствовал удар со стенкой: Хотару прижала его к ней. Внутри Минасэ что-то ёкнуло, им овладела страсть, он начал испытывать ужасное томление, уже начав подчиняться ему. Наконец, она закончила свой продолжительный поцелуй, слегка отдалившись от него. Парень сумел затушить появившиеся во время поцелуя первобытные инстинкты.
— Я, — Хотару залила краска. Было ясно, что она хочет что-то предложить, но стеснялась этого. – Я хочу тебя.
— Что?! – удивлению Минасэ не было предела. Он офигел от такого заявления.
— Не заставляй меня это повторять! Просто… просто ответь мне.
— Я не могу, — парень склонил свою голову. Он понимал, что его спутница не просто захотела испытать что-то новое – она в самом деле этого вожделела. – Прости, но я не могу. Хотару, дело не в тебе. Ты умная, добрая, красивая, обаятельная, уверенная в себе, милая, в конце концов, девушка. Но я не могу позволить себе… очернить тебя.
— Что ты такое говоришь? Минасэ, я люблю тебя!
— Милая Хотару, — Минасэ улыбнулся своей доброй улыбкой. – Пойми, я просто не могу. Возможно, при других обстоятельствах всё бы получилось. Мне жаль, — добавил он после секундной паузы, — но ты должна это принять. Когда-нибудь ты найдёшь человека, который бы…
— А что если этот человек – ты? – на глазах девушки начинали появляться слёзы.
— Возможно. Но нам не следует этого делать. Можешь дать мне хлороформ, но, я думаю, тебе будет не слишком приятно, — попытался развеселить хозяйку Минасэ.
— Ладно. Извини меня. Я не должна была этого делать. Просто… Даже не знаю. У меня странное чувство, будто это наша последняя возможность для подобного.
— Не унывай, Хотару. Всё будет в порядке. Я гарантирую это.
