Фальшивый свет, настоящее счастье

Я сидел неподвижно в окружающей меня темноте. Эта темнота уже стала моей частью, я едва замечал ее. Яркие картинки, меняющиеся быстро, как в калейдоскопе, схожие с обрывками давних воспоминаний, мелькали перед моими глазами, то и дело меняясь, складываясь по-новому... Да, по-новому. Новизна...Я слишком долго не позволял свежему ветру перемен повеять на меня, и вот теперь, пожалуй, пришла пора платить за это. Мир так сильно изменился! Это пугает...и одновременно завораживает. Завораживает почти так же сильно, как когда-то давно вампир Лестат одним своим взором умел завораживать наивных смертных...Да, можно сказать, мир берет реванш - я смотрю на него, не в силах оторваться. Точь-в-точь так же когда-то на меня, явившегося ответом на все молитвы, смотрел мой милый зеленоглазый страдалец, мой Луи... - Лестат! - голос достиг меня даже раньше, чем знакомый аромат, заставивший сердце сладко ёкнуть. - Ты что, собрался всю ночь так сидеть? Оторвись ты уже от телевизора! - О, Луи, ты вернулся! - разноцветный хаос на экране тут же утратил свою притягательность. Я повернулся, с удовольствием глядя на Луи. Прекрасен, бодр, самую малость нахмурен - кажется, так бы и скрестил выразительно руки на груди, но не может: руки заняты. - А я думал, ходьба по магазинам - долгое занятие... - Только не для меня, - Луи небрежно бросил занимавшие его руки пакеты на диван. - А ты так и сидел всё это время? Лестат, я уже жалею, что купил телевизор! - Не жалеешь, - парировал я, поднимаясь с кресла. - Ты же сам говорил - мне нужно знакомиться с современным миром! - Говорил. Но одной теории, - небрежный взмах руки в сторону чуда техники, - тут явно мало. Нужна практика, ты ведь это понимаешь? - О, разумеется, - я едва не рассмеялся. Видел бы ты себя сейчас, Луи! Смесь хлопотливой мамочки-наседки и сурового наставника. Порой я ловил себя на странной мысли, что ты поменялся ролями со мной прежним - тем, каким я был когда-то. Как во сне - тонкий хрусталь, кружевные манжеты, огни бесчисленных свечей, и причудливые мелодии спинета, разносящиеся по комнатам дома...Нашего дома. Ты помнишь это, Луи? - Посмотри, я кое-что принес для тебя. - ты смотришь на меня и даже не пытаешься скрыть улыбки, пока я нарочито неторопливо разворачиваю твои покупки. Белоснежные и легкомысленно-пестрые рубашки, джинсы, ботинки, и пара кожаных курток - коричневая и черная. Ощущение мягкой кожи под ладонью так приятно...Я улыбаюсь: - Луи, ты снова решил одеть меня с ног до головы? - А вы возражаете, мсье де Лионкур? Сегодня Новый Орлеан ждет вас при полном параде, - Луи нетерпеливо кивнул, явно желая, чтобы я переоделся немедленно. - Я ведь уже охотился сегодня, Луи, - словно бы нерешительно протянул я, перебирая рубашки. - Второй завтрак, - отозвался Луи с такой серьезностью, что мне захотелось расхохотаться. Почти позабытое желание... - Ночь еще не кончилась, Лестат, а кровь в Новом Орлеане только-только начинает разогреваться. - Ну что ж, поверю тебе...- я остановил свой выбор на темно-синей рубашке, прикинул ее на себя, и тут же поймал взгляд Луи, придирчиво изучающий моё лицо. - Да уж, поверь...И Новый Орлеан в благодарность за это вернет тебе румянец на щеки. - Я не сомневаюсь. Еще немного - и в доме опять будут зеркала. Изумрудные глаза Луи на мгновение потемнели. - Прости, - поспешно прибавил я. Луи сделал шаг ко мне, мимолетно коснулся выбившейся пряди моих волос, и тихо произнес, то ли утешая, то ли просто констатируя факт: - Ты всё тот же Лестат. Я улыбнулся тебе в ответ - одними уголками губ, почти робко. Знал бы ты, как я сейчас боюсь спугнуть тебя Луи, боюсь потерять...Боюсь куда сильнее, нежели изменившегося мира. Но ты здесь, ты со мной...И я намерен сделать всё, чтобы так было и дальше. С легким сожалением выключив телевизор, я вслед за тобой вышел на улицу, подняв воротник новой куртки. Не от холода, нет. Просто мне так больше нравится...Вернее, нам обоим. Я это вижу, Луи. Вижу в твоей улыбке, в твоих глазах - этой зеленой бездне, в которой сейчас играют отблески бесчисленных городских огней. Это не настоящий свет, сказал ты мне. Но счастье, которое эти огоньки так ясно высвечивают в твоих глазах, да и в моих тоже - я уверен, оно настоящее.