Колония

Идти среди людей. Смотреть на людей. Можно даже заговорить с кем-то. И никто не умрёт от страха, не завопит и не потеряет дар речи от ужаса. Просто ответят, который час. Идти среди людей. Никаких великих свершений, никаких колоссальных экспериментов, никакого спасения и разрушения мира. Здесь это невозможно. Никаких надменных эльфов, погруженных в работу гномов, грубых орков. Здесь нет всех этих однобоких, «картонных», как говорят здесь, рас. Здесь только люди. И сейчас я иду среди этих людей, не изображая из себя великого владыку, чудовищного духа, и всех тех, кем делает меня их воображение. Я просто иду среди людей. Где-то впереди, идёт девушка. Мои силы не сохранились здесь, но моих знаний хватает, для того чтобы колдовать по меркам этого мира. Так что я вижу её. И не только её. Она думает, что у неё проблемы. Она думает, что если ёё исключат из университета, то жизнь кончена. Наивная. Она думает, что родители её не понимают. Но я иду за ней не ради того чтобы прочитать эти мысли. *** На Главной площади людей не было. После недавних событий все здравомыслящие держались от неё подальше. Однако Хранители всегда собирались здесь, у камня начала дорог. Как всегда, как положено по уставу, ровно в 19:33, один вышел из-за Дворца, другой из метро, третий уже был на месте. Никаких приветствий и ритуалов – не положено. Нужна секретность. Все трое, не говоря ни слова, обошли Дворец и двинулись к церкви. Заговорил третий, тот, кто всегда был на месте заранее, он держал в руке посох, невидимый людям. - Я почувствовал двух Сосланных. Они в нашем городе. Двое молчали. - Они из одного мира, они идут навстречу друг другу. Наш мир дрожит от их тяжести, от предчувствия схватки, что может разгореться, - его голос стал вдруг очень высоким и бесконечно тихим, словно все слёзы мира наполнили его немыслимой скорбью, - уже можно назвать район. Между площадью Торжества и площадью Вождя натянута струна. Мир дрожит. – Повторил он. Двое переглянулись, один, единственный коротко стриженный, в свитере и джинсах, заговорил: - Мы можем направиться к одной из этих точек. Если же мы ошибемся, то сможем воспользоваться метро. - Сейчас мы останемся здесь. Я буду слушать Великую Песнь, и искать более тонкие отклонения. Тогда мы двинемся. *** И, тем не менее, мне вас жаль, люди. Вы знаете больше чем надо для жизни, но меньше чем надо для счастья. Попав сюда, я даже начал понимать это давно забытое слово, забытое с тех пор как пал последний дракон, с тех пор как рухнули пики твердыни, с тех пор как ушёл Учитель… Счастье это когда кто-то радуется, необязательно ты сам. Глупая расстроенная девочка, тебе всего-то нужно опоздать на трамвай. А моих знаний хватает, для того чтобы колдовать по меркам этого мира. Замри. Ты слышишь мелодию. Мелодию из твоего детства. Слушай, слушай. Забудь обо всём, пока звучит музыка. Как легко вас обманывать, как легко помыкать вами. Великие часто расплачиваться за такие мысли поражением. Кому, как ни мне знать это. Постой ещё минутку, всем этим людям не до тебя, не стесняйся их, слушай музыку из своего детства. *** - Площадь Торжества, почти у самого вечного огня! Хранители побежали. Силы Мира помогли им. Втроём они уничтожат любого Сосланного. Они не имеют права разделятся, иначе есть вероятность гибели одного из Хранителей, тогда мир будет беззащитен. Они не должны допустить схватки Сосланных – это подвергнет опасности жизни простых людей. Они не должны тянуть и мешкать, ведь каждый миг пребывания Сосланных в Мире нарушает гармонию Великой Песни, как говорит Олорин. Ни Максим, ни Сфайрат эту Песнь не слышали, однако Олорин не ошибался. Он был самым старшим из них, он первым научился магии, он собрал Хранителей. Вот и Вечный огонь. Олорин был в трансе и бежал на подсознании. - Он сказал возле Вечного огня! – Максим уже запыхался, - И оттуда всё как на ладони. Вниз по лестнице, вверх по лестнице – Вечный огонь. Никого. - Он контролирует чье-то сознание, - прохрипел Олорин. Сознание и вмешательство в его работу было дело Максима. Конечно, зная, что искать он почувствовал его сразу. «вот он» - прозвучало уже в сознании остальных, вместе с возникшим слепком ауры. Пятно тьмы и голубые полосы. *** Можно тебя и отпускать, ведь на следующий трамвай ты должна успеть. Сфокусируй взгляд, заметь уходящий трамвай, расстроилась. Хорошо. И медленно иди к остановке. Теперь всё будет хорошо, и без моей помощи, но… Сила? Здесь есть маг? Есть. Эта Сила так похожа на ту, которой когда-то владел я. …и другая, совсем не такая, более… человеческая. И третья, иная, непохожая на две другие. И вот эта третья сила смотрит на меня. За мной следят? За мной!? За мной теперь можно следить, здесь я не Властелин. С девушкой всё будет в порядке. А я могу поговорить с местными магами. Думаю, мне есть о чём им рассказать. Надеюсь, предубеждения нам не помешают. «идите ко мне» *** «идите ко мне» - голос, как чёрная речка в астрале. - Не поддавайтесь! Это лиходейские чары! Олорин открыл глаза. В них горели солнца иных миров. Никаких команд, никаких приказов. Каждый делает своё дело. Максим внушит людям, что здесь не происходит ничего интересного, что они должны уйти отсюда. Олорин выследил Сосланного и теперь творит великое заклинание, чтобы лишить его сил. А Сфайрат продержится достаточно долго и убьёт Сосланного. Всё как предписано. Всё как всегда. Как должно. Человеческий поток иссякал, разбивался на тысячи капелек, каждая из которых пыталась покинуть площадь максимально быстрее. Остались лишь Хранители, Сосланный, да парень и девушка на остановке. Максим ручался, что эти ничего не замечают. Вперёд вышел Сфайрат. *** Они ни чем не отличаются от магов в других мирах. Они, как впрочем, и все люди, бояться того чего не понимают. Разубеждать их бессмысленно. Запугать ещё больше невозможно. Надо узнать, чем они владеют. А потом придётся убить. *** Любой город построен на костях, а мёртвые не любят когда их давит что-то тяжелее могильной плиты. Сфайрат звал их, Сфайрат давал им силу и возможность отомстить. Он дал им цель. Бесплотные тени поднялись сквозь асфальт. Со стороны кладбища звучал вой – спешило подкрепление. Волей Сфайрата тени преобразились в нечто совсем непохожее на людей. Гигантские черепа и лапы с когтями. Магия просто позволила их ненависти принять самый удобный ей облик. Призраки атаковали. И вновь в астрале зазвучал этот голос из чёрного льда. «тени бесплотные, в вас погас огонь жизни, вас пробудили от вечного сна и вернут обратно, когда вы станете ненужными. Я позволю вам остаться здесь. Присягните и серые пределы забудут вас». Призраки остановились. Их вела ненависть, их вела жажда жить, пусть тенями, но жить. Сфайрат вложил в них силу, и, пока она не иссякнет, он не мог упокоить их вновь. - Олорин! Упокой их! – Впервые за сегодня заговорил Сфайрат. Призраки уже развернулись. Олорин молитвенно сложил руки. Посох засветился, окажись здесь человек, он вспомнил бы всё самое прекрасное, что было в его жизни. Зазвучала музыка, в которой прощание и надежда слились вместе. - Намо ждёт вас. - Прошептал Олорин. Таяли огромные черепа, превращаясь в обычных людей. И эти люди, улыбаясь, поднимались к небу. Сосланный убегал. После могучего заклятия Сфайрат должен был перевести дух, значит, пришло время Максима. Файерболы – самое надёжное оружие. Десяток огненных шаров оставил в воздухе десяток дымных шлейфов. *** Страх. Жажда смерти. Моей смерти. Им нельзя думать и это им удается. Все всегда действуют одинаково. - Пламя, услышь голос того, в ком горит Неугасимый Пламень! Услышь голос того, кто прозван Владеющим Силой Пламени! Отпускаю тебя! Духи огня обрели свободу, а я скрылся за поворотом. Ищите меня. Устраивайте западню. А я буду охотиться на вас. *** У Хранителей нет штаба. Если нет центра, значит, нет уязвимого места. Хранители сидели в парке. Подобное случалось и раньше, но никогда Сосланные не побеждали, не применив ни одного заклятия. А в том, что это небыли заклятья Олорин был уверен. Олорин и заговорил первым. - Огонь против него бессилен. Максим, что ты можешь предложить иное? - Если из боевых, то «фриз», тройное лезвие, а если очень постараться то Копьё страдания. - Отлично, Сфайрат, почему он смог взять ТВОИХ призраков под контроль? – Олорин даже не спрашивал, он обвинял. Ведь Сфайрат основная боевая сила Хранителей. Сфайрат всегда готов к неожиданностям. Именно поэтому его жуткую магию терпели. Именно поэтому Олорин не высказывал своих подозрений. - У него сильная воля. – Сфайрат не среагировал на тон. – Он может без всякого чародейства подчинять себе… всё. Это некая Высшая магия. А это уже по твоей части, Олорин. – Сфайрат сухо констатировал факт, и никто не сказал бы, что он обвиняет старшего хранителя. – Я боюсь, что вся некромантия ему нипочем. В нём нечто родственное. - Уж, не бога ли смерти нам прислали? А, Олорин? - Максим, это никак ни может быть, ни бог смерти, ни племянник костлявой, ни великий некромант. Потому что он владеет огнём, помнишь, как он твои файерболы взорвал? Максим на секунду замешкался, что бы вспомнить все подробности. - Заклинание не было разорвано, а… разъято, разобрано аккуратненько так. Он будто отпустил духов огня. Иначе не скажешь. Олорин помрачнел. - Я знаю одного, кто владел силой пламени и повелевал силами смерти. Ты немного неправ, Сфайрат. Он не бог смерти. Он наместник тёмного бога. Сфайрат резко поднялся и глухо произнёс. - Не говори загадками. Кто он? Вместо ответа Олорин тоже встал и пошёл. Хранители пошли за ним. Они подошли к кинотеатру. Олорин молча указал на афишу. Сфайрат прочитал название фильма. - Он оттуда? - Да. Затянувшуюся тишину нарушил Максим: - Не люблю я экранизации. *** Что меня тянет на площадь Вождя? Я просто не могу сопротивляться. Что ж, значит, этих магов я буду ждать там. Вот и главный, как они говорят, «универ». Зачем придумывать длинные слова, если их всё равно сокращают? Зачем строить по всей стране «универы», если все хотят учиться в главном? Но мне не до этого. Меня здесь кто-то ждёт. Его сюда привело, как и меня. Возможно, он даже не понял этого. Я чувствую его взгляд. Он там, за людьми. Надеюсь этот не броситься… Когда я увидел его, я вздрогнул. Я никак не ожидал увидеть его. Того смертного кто бросил мне вызов. Он тоже вздрогнул. Его рука привычно упала на меч, …ничтожная боль плоти, я не почувствовал потери пальцев. Расставание с собой, потеря того, что составляло мою сущность. Я потерял свою боль, свою ярость. Свою силу… вот только меча не было. Интересно, как он меня узнал? - Приветствую тебя, король. - Я впервые вижу тебя воочию, Враг, но не узнать тебя нельзя. Видевший лишь «тень Врага», как прозвали меня «свободные народы», он меня узнал. - Ты более не жаждешь покончить со мной? - Если ты забыл, Властелин, мы покончили с тобой. А потом… ты ведь знаешь, когда умираешь, а потом рождаешься вновь, когда понимаешь что ты в ссылке, как и твой враг, я давно тебя почуял, тогда на всё смотришь по-другому. - Гордый потомок королей, уж не признаёшь ли ты, что был неправ? Что нас просто стоило оставить в покое? - Нет. Не вороши прошлое, хотя без этого никуда. Я хочу, что бы ты мне помог. Что бы ты ответил на вопрос, почему Я здесь? Почему вообще нас сюда ссылают? Кто это делает? И как вырваться отсюда? Пусть даже в следующей жизни. Гордый дунадан, ты готов помириться с Врагом, я же вижу, что для тебя война не окончилась. А всё ради ответа на самый простой вопрос… - Ты ведь тоже не безгрешен, вспомни. - Ты о короле-чародее? Это тактическая хитрость, отвлекающие манёвры. А вот нашёлся один и написал… Книгу, «Последний Кольценосец», читал? - Конечно, автор увлёкся полётом творческой мысли, но некоторые факты заслуживают внимания. - Да-да. Не все согласились признать нового правителя, не все признавали владычество Гондора, но ведь всё для всеобщего блага! Как можно судить за это. Он казался таким разбитым и обескураженным, а я смотрел в глубину его души. Я видел, что на самом деле он не верит в принцип наименьшего зла, что он не верит в свои слова. Он проклял сам себя за все последствия развязанной войны. И именно поэтому он здесь. В ссылке. Я хотел объяснить ему это, но в этот миг с площади пропали люди. А нас накрыл серый купол. Местные маги нашли нас. - Это за нами. За обоими. Им всё равно кем ты был. Потомок короля не растерялся. *** Сфайрат накрыл Сосланных куполом праха, а теперь сжимал его. Всё прошедшее через купол умирало. Даже уже мёртвое. Вместо асфальта осталось крошево, случайно задетый бампер рассыпался ржавчиной. Сфайрат не думал о том, что люди будут долго восстанавливать площадь, о том, что люди понесли ущерб. Он спасал мир. Максим словно держал в руках два больших шара. На правой руке тройное лезвие, на левой «фриз». Максим готовил для другого Сосланного ментальный удар, чтобы не тратить на него время. Олорин стоял с закрытыми глазами и руки его покоились на дереве посоха. Он готовился призвать мощь Валар. Но и Олорин и Максим молились. Молились каждый своим покровителям, но молились об одном. О том, чтобы всё закончилось заклятием Сфайрата. *** Я смотрел на приближающийся купол. Прозванный Элессаром смотрел на магов. На миг я ощутил досаду – даже сейчас он не испугался. - Из нас двоих ты, Враг, разбираешься в чародействе лучше. Твои предложения? - Загляни в себя. - Что? - Моих сил не хватит. Здесь я не маг, не великий дух. Элессар, кивнул. В глазах появилось умиротворение. - Я не говорил - готовься к смерти. Я сказал - загляни в себя. Потомок нуменорских королей вопросительно глянул на меня. Он не хотел омрачать последние минуты жизни суетой. - Арагорн, ты здесь, потому что ты этого хотел. С тех пор, как сгинул Мордор, ты винишь себя в том, что нарушал кодекс чести, в том, что погибло слишком много людей. Ты проклял себя. И обрёк себя на муки. И вот итог, – я показал рукой на окружающий мир, - Ты сослан. Сослан в самый жуткий для тебя мир. Арагорн молчал. Я не знал, что он сейчас спросит. - Неужели ты раскаивался в своих поступках? - Нет, Арагорн. Я не проклинал себя за сделанное. Я хотел покоя. И вот я здесь. Арагорн молчал. Он понял. - Ад и Рай в твоей душе, приняв новое рождение как наказание, ты смотрел через Ад и не видел всего прекрасного, что есть в этом мире. Это избитые фразы. Но всё зависит только от тебя. - Если это правда, то мы ещё увидимся. *** Купол сомкнулся. Тел не было, только пепел и прах. Хранители поздравили друг друга с победой. Максим зачаровал место, так, чтобы всем казалось, что здесь что-то взорвалось. Мир продолжал жить. Мир, который для кого-то был колонией, куда ссылают за преступления. Для кого-то это был дом. А для кого-то это было место, где можно отдохнуть от великих свершений, от колоссальных экспериментов, от спасения и разрушения мира. Местом, где не было так надоевших надменных эльфов, погруженных в работу гномов, грубых орков. Герои и злодеи тоже должны отдыхать.