Элу, глава клана Кассиль

      Через пару дней у Айре состоялся приём по какому-то, его самого раздражавшему поводу, но отвертеться от обязанности он не мог, а я был только рад. Проживание в клане Айре Наянс оказалось скучным до скрежета зубовного, даже подшучивание над обитателями не спасало, я чувствовал, что начинаю медленно, но верно сползать в хандру. Не прибавляло настроения и общение со знакомыми. Когда-то в юности мы были друзьями, но с годами стали совсем далеки. Они становились старше и серьёзнее, у них появлялись семьи и новые, семейные, интересы; я шатался по чужим мирам, оставаясь вечным раздолбаем, не меняясь почти совсем никак. Я уже сожалел о затеянной авантюре, приём был шансом поднять себе настроение, отвлечься.       Приём проходил буднично. Тайне прогуливались по парадным залам, договаривались против кого дружить, занимались очередным переделом территорий, планировали совместные походы и коммерцию. И, конечно же, флиртовали и сплетничали. Особенно второе. Особенно обо мне, какое посмешище я сделал из собственного клана. Собственно, эта тема всегда всплывает на любых более-менее многочисленных сборищах, даже если в действительности я ещё ничего нового не отколол, а если и отколол, то совсем по мелочи, не заслуживающее внимания. Первое время я ловил косвенные признаки внимания к моей персоне от Сайфе, который не хотел позориться как старший воин, если гостя убьют, но и у него нашлись дела поважнее, а свиту из глуповато-сладкого вида девочки удалось отшить довольно быстро. Надо будет не забыть потом перед ней извиниться и спасти от начальственного гнева…       — Элу! Наконец-то я тебя нашел. Скажи, ты совсем рассудком поехал? Ты защиты попросил – от собственного клана? И я хотел спросить, не ты ли случаем сказал Эрле, что дела выгоднее вести не со мной, а с Чииль?!       Я мысленно недовольно поморщился, глава Бертен успел мне надоесть еще в первые годы его правления. Каждый раз, как видит меня, устраивает тупые расспросы! Как его только главой выбрали? Но широко улыбнулся ему:       — Бертен!!! Как я рад тебя видеть!!! Как ты умудряешься всегда быть в курсе всего? Я даже не успел еще мысль додумать, что Эн Эрле в последнее время торгует с тобой явно себе в убыток, а оказывается, я ему уже об этом сказал… Только сам подумай, мне-то с этого какая выгода? Но все равно, спасибо, что поделился, всегда рад чужим неприятностям. А еще смотри, смотри, не Эн сейчас беседует с твоей дочерью? Тебе не кажется, что это будет со всех сторон выгодный брак? Стоп, я, наверное, чего-то путаю, у тебя же сын, а это не дочь, а жена… Эй, ты куда так быстро побежал? Мы ж еще не поболтали!       Избавившись от назойливого внимания Бертена, я занялся любимым делом. Задавал вопросы. О, это великое искусство, уметь сказать что-нибудь такое, чтоб вокруг в считанные минуты образовалась оживленная перепалка, и остаться как бы не при делах. И самая сладкая, пусть и самая легкая добыча – тайне от науки, увлеченные… И чем сложней и малодоказуемей область их изучения, тем фееричней результат… вот только жаль, быстро становится скучно, я не понимаю, о чем идет спор, в теоретических науках даже не плаваю, сразу тону. Вот, например, Гэлис, практически мой коллега по изучению путей, только он предпочитает теорию, а я – практику. Осталось найти ещё одного теоретика и побеседовать о высоких материях…       Полчаса спустя я, налюбовавшись скандалом, тихонько свалил.       — О, Элу! — воскликнул девичий голосок.       Обернулся, расплываясь в улыбке. Прекрасное создание, златоволосое и зеленоглазое, в золотом и зеленом клана Таннак. Тени мысли на лице не читается, но что-то в ней есть. Это Льяса сама себе такую фрейлину подобрала или ей Таннак подсуетил, с расчетом на личное пользование? У меня пошлые мысли… Надеюсь, это не их дочь…       — Светлая…— полувопросительно начал я, на грани приличий целуя внутреннюю сторону запястья.       — Миэль, — девушка отдернула руку, но не возмутилась. Действительно, есть. Нежная кожа. И фигурка под свободным платьем тоже ничего так…       — Светлая Миэль, дозволено ли мне нарушить Ваше одиночество?       Миэль улыбнулась.       — Светлый Элу, дозволено ли мне спросить… если это не будет нарушением приличий с моей стороны…       — Знаешь что, давай перейдём на «ты» и без этих церемоний. Тем более, что ты воскликнула «О, Элу!» вспомнив про примету, а не желая обратиться ко мне с приветственной речью, — подмигнул ей. — Что ты хотела спросить? Улыбка в ответ. Чуть замявшись, Миэль выпалила:       — Элу, почему ты живешь у Айре?       — Потому, что он не выгнал. Ну почему я слышу сегодня только это? Даже от прекрасной девушки. Всех интересует только политика! И никто не скажет: «Элу, пошли веселиться». А я танцевать хочу. Составишь мне компанию?       Миэль радостно кивнула. О, эта постоянная проблема всех миров: танцующих девушек всегда больше, чем согласных танцевать мужчин. Так было, есть и будет, и да будет так, потому что я танцевать умею и люблю, чем выгодно отличаюсь от большинства братьев по полу. И предложением пойти танцевать можно отвертеться от любой скользкой темы. И перевести на более приятную…       Через несколько танцев мы с Миэль почувствовали настоятельную потребность отдохнуть где-нибудь, где поменьше народу.       — Ты изумительно танцуешь!       Миэль улыбается и трещит всякую ерунду. Слушаю, несу встречный поток сознания. В пальцах покалывает, готовая выплеснуться, демоническая магия, способность тактильным контактом запустить возбуждение. Это нечестный приём, да ещё незнакомый в этом мире, к тому же совершенно не нужный: Миэль готова последовать за мной, как только я дам повод. Неопытная девочка, она еще не встречала цель, которая бы балансировала на грани приличий и делала вид, что кроме дружеского общения ничего не будет. Не знаешь, что делать с тем, кто зеркалит твое поведение? Наслаждаться игрой, конечно же! Но, пожалуй, стоит поискать какое-нибудь укромное местечко.       — Погуляем? — Я повел Миэль к тихим переходам между официальным крылом и жилым.       Очень скоро нам повстречалась увитая плющом арка, почти скрытая за причудливой колонной. Здесь царил непроглядный мрак. У Айре продумано всё, особенно вот этот закуток для нетерпеливых парочек. Мы с Миэль проскользнули сквозь листья в темноту, ощупью преодолели пару поворотов, чтоб спрятаться надёжнее. Какая же она красивая! Ничего не видно, но это только добавляет остроты ощущениям. Какая у неё нежная кожа! Особенно на груди! Платье слегка шелестит, Миэль почти повисла на шее, прижимаясь бедрами.       — Элу! — Простонала она.       Кто-то тихо фыркнул. Миэль ахнула и мигом спряталась за моей спиной. Мы здесь не одни. Ничего не видно! Принюхиваюсь, но духи прижавшейся ко мне Миэль заглушают прочие запахи, а на ищейку, что вычленит самый лёгкий аромат, я похожу мало. Здорово продуманный закуток? Вот с утра мимо проходил – его здесь не было! Значит, он образовался совсем недавно, во время приёма. Кому-то понадобилось срочно ускользнуть, но ненадолго, иначе проще уйти подальше, в жилое крыло… Кому-то из клана Айре, высшему магу, чтоб быстро связаться с Тайне Айре, создать помещение, а это вам не мох постелить…       С пальцев сорвался крохотный тусклый светлячок. Так и есть, в нескольких шагах от нас – Айре… и Ниорэ! Делают вид, что просто мимо проходили. У нас с Миэль больше шансов, мы хотя бы одеты…       — Ну вот, спалил такую интрижку! — проворчала Ниорэ. — Что теперь обо мне девочка подумает?       — А не надо было палиться, — теперь фыркнул уже я. Миэль гордо вздёрнула носик, и мы спешно покинули сладкую парочку. Ниорэ с Айре слаженно уточнили, куда именно нам следует направиться.       — Ничего, — утешал я Миэль уже в одном из пустынных коридоров, — Айре и Ниорэ никому ничего не скажут, мы про них – тоже.       — Я так и знала, что связаться с тобой – значит угодить в анекдот!       — О, ты много про меня анекдотов знаешь? А я их собираю! Расскажешь?       — Дурак!       — Миэль, не злись, ничего ведь не случилось! А если б и случилось, анекдотом больше, анекдотом меньше – какая разница?       — Это про тебя анекдотом больше, анекдотом меньше – разницы никакой!       — Да не переживай ты, история сохраняет только моё имя. Всякое бывало, но ничья репутация, кроме моей, конечно же, а ей давно всё равно, ещё не пострадала. А хочешь, мы анекдот про Айре и Ниорэ сочиним? Вот, например, такой: «Ниорэ пишет объявление: «Отдам главу клана в хорошие руки, совершенно бесплатно. И ещё доплачу. Натурой».       Миэль рассмеялась.       — Ну, раз недоразумение улажено – пойдём?       — Куда? — подозрительно уточнила она.       — Продолжать. А веселиться на танцах или наслаждаться в спальне – как пожелаешь ты. Я бы предпочёл второе, никогда не встречал более красивой девушки.       — Льяса уже беспокоится, куда я запропастилась, — неубедительно протянула она, и мы пошли в мои покои. Далековато, зато без неожиданностей.       Без неожиданностей? Льяса мило беседует с Сайфе… Сговорились они все, что ли?       — О, Элу! — воскликнула Льяса. — И Миэль! Миэль, как тебе не стыдно поддаться на посулы столь знаменитой личности?       — О, Элу! — вторит ей Сайфе. — Что ты наговорил Тиамат, и почему она отказывается тебя сопровождать?       Ну вот, и здесь сорвали мне свидание. Может, это Тиамат надо было тащить в укромный уголок?       — Льяса, не ругай девочку. Как ты могла оставить её без присмотра, когда поблизости ошивается страшный маньяк? Сайфе, прости. И перед Тиамат я извинюсь. Но зачем мне охрана? Ты не доверяешь тем, кого пригласил Айре? Да и кто будет на меня покушаться? Ему же придётся стать следующей мишенью для анекдотов!       — «У Элу нет врагов. Зато как его ненавидят друзья…» — процитировал Сайфе, разворачиваясь к дамам. — Светлые, позвольте проводить вас.       Льяса на прощание шутливо пригрозила мне кулачком, Миэль опустила глаза, но на прекрасном личике ни следа огорчения. Разучился я соблазнять…       Вечером Айре пришел ругать, что я вёл себя неподобающе. А что такого? Я вёл себя как всегда: в меру шутил, в меру подставлялся как объект для шуток. Эйз и Гэлис едва не подрались, ну так я здесь ни при чём… я и из их спора ничего не понял…       — Но ведь ты начал про недоказуемость межмирового коридора, а у них это больная тема!       — Но я же не виноват, что они так сцепились! Ну как мелкие, честное слово, на такую ерунду клевать!       — А кто ссорил Эна с Бертеном?       — Не было такого, они сами поругались, я даже не знаю, из-за чего.       — Сайфе…       — Перед Тиамат я уже извинился. И перед Сайфе тоже.       — А Льяса, у которой ты совратил племянницу?       — Ну это уж совсем неправда! Мы так и не добрались до укромного уголка… Не мог больше комнаток для свиданий создать? А то всё для себя, ничего для других… Как тебе Ниорэ? Шикарная женщина, хоть и стерва…       — С тобой кто угодно остервенеет!       — Даже ты? Ты же подобен несокрушимой скале, — и, подначивая, скольжу ладонями по его плечам и груди, шалея от собственной наглости и где-то на периферии сознания отмечая, что перехожу границы дозволенного, а заодно и здравого смысла. — Ты – остервенеешь? — голос хрипнет, кончики пальцев покалывает, пожалуй, на этот раз помогу себе магией, никакого мошенничества, только немного сбить самоконтроль, а то он слишком сильный.       — Руки. Прочь. — не повышая голоса, рычит Айре. Это заводит меня:       — Могу и без рук… — вроде бы случайным прикосновением бедра передаю магический всплеск, подобно вину затуманивающий разум, ослабляющий самоконтроль. Опасная игра, здесь можно нарваться и на драку; на мгновение прижимаюсь щекой к плечу, передавая второй импульс, на гормоны, несильный, иначе не честно. Офигенное ощущение близкой мощи… и опасности…       Айре схватил меня за шиворот и отодвинул подальше, но крышу мне уже сорвало, касты начали свою обоюдоострую химию.       — Айре, — тихо зову. — Айре, ты хочешь меня? Или ты слишком дорожишь правилами? — Не знаю, чего мне хочется больше: чтобы Айре стал моим любовником или наоборот, сбежал, ругаясь; это в юности выбор был однозначен, в зрелости начинаешь ценить разнообразие развлечений. Правда, существует высокая вероятность получить по морде, но мне не привыкать. Томно освобождаюсь от одежды, глядя на Айре расширившимися зрачками. Я знаю, как выгляжу, когда творю эту магию, я всю жизнь маг-любовник. Словно невзначай облизываю пересохшие губы…       Я не ожидал, что он поддастся на эту откровенную провокацию, я и провоцировал лишь для стёба… Или перестарался с магией? Но на такую скалу тротила больше надо… или магию дозировать не по весу, а по возрасту, молодому меньше, наверное… додумать эту гениальную мысль я не успел. Айре сбил меня с ног, навис сверху. Он что, действительно собирается?.. Вот прям щаз, да безо всякой романтики, в смысле, подготовки?... Я передумал!!! Пытаюсь вывернуться, сопротивляться, но тут крышу сорвало уже у Айре, наверное, его личный заскок. Боль вспыхнула, затопила тело, накатилась второй волной… Я даже не пытался вырваться, я превратился в сгусток боли. Вроде бы Айре почти сразу прекратил, но ощущения никуда не делись. Раскусил капсулу, вплетенную в фенечку на всякий нехороший случай. Вот он, уже наступил…       Сознание вернулось ударом. Боль пришла следом. Её быть не должно. Наши химики опять нахимичили что-то не то, и вряд ли я смогу открутить им головы, но постараться надо. Для этого не стоит раскусывать вторую капсулу, тем более что неизвестно, чего напихали туда, если так лажанулись с первой. Резкий удар по щеке. Кажется, меня приводят в чувство. И судя по этим самым чувствам – долго и усердно, или у Айре рука тяжелая. Я открыл глаза. Зрение не фокусировалось, виден только силуэт. Нервный вздох. Кажется, это Айре. Не хочу его видеть. Закрыл глаза.       — Не смей!       Точно, Айре. И всем телом понимаю, что он собирается продолжить интенсивную терапию, а мне и так плохо.       — Я в порядке, — я снова провалился в небытие.       …Может, я просто перепутал капсулы? Из двух – и перепутал? Это слишком даже для меня. На правой руке – яд средней скорости действия, и я просил, очень просил, чтоб без боли, хотя все мы понимали: для полноценной разработки нужны долгие и негуманные эксперименты, а для них не хватало даже времени, не то, что всего остального… На левой – то, что должно болевые ощущения убрать. Почему я даже не подумал поинтересоваться, каким именно образом? Прислушался, открыл глаза. Кажется, Айре мне поверил и оставил в покое. Я бы не поверил, если б полутруп уверял меня в своем здоровье, и пригласил бы специалиста, проверить. И обнаружил бы химию, не свойственную тайне, даже таким эксцентричным. И сделал бы выводы. Или не обнаружил и ничего не сделал. Всё, что мне удалось притащить из других миров, держится в секрете, но неизвестно, как дело обстоит в других кланах, в этом в частности.       Или Айре не хочет делать неловкую ситуацию достоянием общественности? Умиляет меня молодёжь – её так легко смутить! Попытался встать. О, на мне плед, невесомый и уютный. Меня пробило на нервный смех, повесил картинку просыпающейся красавицы, обнаружившей, что любовник уже ушёл, но заботливо укрыл её и оставил у ложа благоуханный цветок этейвы. А где мой цветок? Некоторое время раздумывал, не послать ли картинку Айре, но всё же распылил. У Айре может не хватить чувства юмора, а я на него не злюсь, сам виноват. Хоть бы подумал, прежде чем делать! И если кастовать, то зачем же сразу на полную мощность? Уж в магии я разбираюсь, так ошибиться в дозировке – позор! Фактического веса в Айре меньше, чем кажущегося, да и гормональный фон еще очень подвижен. Самоконтроль самоконтролем, но чтоб его удержать, когда башню срывает, нужна бездна опыта. И почему светлая мысль пришла только сейчас? В ней же ничего сложного, основы магии! И ещё вопрос, зачем я кастовал. Прислонился к уже облюбованной стене, прижался к ней, закрыв глаза. Тайне Айре.       Он откликнулся сразу. Может, я его заинтересовал, а может, позвал отчётливее. А может, он включил меня в список приоритетных просителей по какой-то иной причине, понять Истинного Тайне еще труднее, чем самого себя. Чуждость. Это не может приесться, не может стать обыденностью. Подобно планктону мы, пришлые тайне, плывём в океане, который не в силах познать. Но это не мешает нам вовсю пользоваться предоставляемой мощью. Истинный Тайне менял имена неведомо сколько раз, видел приход наших предков. А может, он зародился на заре мироздания… А я прошу у него такую прозаичную вещь… Я всегда прошу прозаичные вещи, всем остальным сам могу обеспечить, в избытке…       Разорвав связь с Тайне, я некоторое время стоял опустошенный и раздавленный величием Вечности, потом, развесив вокруг себя смутные образы примитивности собственной сути, отправился купаться. Я попросил Тайне полностью поменять интерьер, и теперь ноги ступали по мягкому мху, воздух становился влажнее, ароматы менялись. Для меня это, в общем-то, обыденное явление всегда было и будет чудом большим, чем чуждость и непонятность Истинных Тайне. В конце концов, чуждость и непонятность – понятия довольно абстрактные, а изменения, да еще такие глобальные, происходящие так быстро, вот они, пощупать можно.       Расслабившись, я лежал в горячей воде. Только здесь понял, до чего измучен. А я и не замечал, что мышцы так долго были напряжены. Когда я последний раз чувствовал себя в безопасности? А когда я по-настоящему там был? Интересно, как долго Айре будет обходить мои покои по широкой дуге и на цыпочках? А может, он понадеется, что я испарюсь? Ведь я опять буду искать приключения.       А за моими химиками должок. А если б меня заживо поедали? Стая мелких хищников, чтоб не сразу? Может, надо было получше искать в иномирной фармакологии? Не настолько мы с людьми разные, что-то и мне подходит. Или, еще лучше, надо вышвырнуть обоих недоумков к людям, и не пускать обратно без диплома и опыта работы! И ученой степени! Не доживу сам – завещаю преемнику! И Хейлина вместе с ними, и пусть проводят эксперименты на ком угодно, но не на мне! Интересно (но на самом деле знать этого не хочу!), а капсула самоликвидации – с какими сюрпризами окажется она? Внезапно в горячей воде стало зябко. А может, я всё-таки перепутал? Не ту капсулу раскусил?! Сколько времени прошло? Даже если я ошибся с капсулами, почему мне уже так плохо? Почему колотится сердце и темнеет в глазах? Какая нелепая смерть! Достойное завершение бестолковой жизни! Обо мне еще долго будут рассказывать истории-анекдоты… Из последних сил выбрался из горячего бассейна, поплелся в водную, под холодный водопад. Смерть надо принять достойно. Или хотя бы попытаться это сделать. Или, может, я еще успею… Холод взбодрил, причём настолько, что я сообразил, что всего лишь перегрелся. Идиот. Достойный анекдота.       Вошел Айре, с интересом огляделся.       — Неплохо устроился, — пробормотал он. — Прежний интерьер надоел?       Я отвернулся, чтоб придать себе выражение обиды:       — Не хочу ассоциаций.       Мох полностью погасил шум его шагов.       — Я пришёл просить прощения, — сказал он, присаживаясь рядом.       Айре всё-таки молодец. Я ожидал, что он долго шарахаться от меня будет, отводить глаза, может, вообще через третьих лиц общаться, затягивая узел напряжённости. Простить сразу или поиздеваться? В памяти всплыла давешняя картинка с пробудившейся красавицей. Поиздеваться, конечно, это интереснее.       — Ну, проси, — милостиво разрешил я. Айре на миг подвис, а я порадовался за свой клан: мои бы на таком простом месте не терялись. Мои вообще редко теряются, привыкли к выходкам главы, и сами такие же, если не хуже.       — Элу, прости меня, пожалуйста. Я не должен был так поступать.       И не оправдывается, что я сам виноват. Айре нравится мне всё больше, пожалуй, не стоит ломать комедию в пяти действиях, выковыривая из него детальное перечисление всего того, что он сделал неправильно… Ещё спровоцирую по новой, а мне до сих пор нехорошо.       — Нет тебе прощения, недостойный. Почему цветок не принёс?       — Какой цветок? — Снова подвис Айре.       — Этейвы! — Я застенчиво закутался в плед и повесил ту самую картинку. Айре краснеет и бледнеет от стыда и ярости, я беззвучно смеюсь.       — Да ладно тебе, проехали. Недоразумение улажено, — продолжая смеяться уточнил я. «Проехали» вызвало новый круг ступора, но ничего, все быстро привыкают к моей речи, Айре тоже сможет. — В следующий раз, как только мои выходки перейдут грань твоего терпения, можешь сразу бить, но очень тебя прошу, ограничься одним ударом, я быстро понимаю. И лучше раскрытой ладонью, а то регенерация удаётся мне с трудом.       — При твоём характере регенерировать ты должен автоматически и непрерывно, — буркнул Айре.       — При моей-то должности можно себе позволить команду целителей.             — Тебя и в родном клане бьют? — усмехнулся Айре. — Как я их понимаю!       — Нет, я слишком редко там показываюсь. И в основном уже побитым, чтоб своих не утруждать.