Эрагон. Вирда

      Последние лучи солнца озаряли город. Было глупо прямо сейчас вступать в бой, так как долгий перелет ослабил Всадников и их драконов, поэтому они решили сначала лететь в Илирию, а после того как к ним присоединится Муртаг, то отправится в Белатону.       Эрагон решил не привлекать к себе и к Сапфире внимание, поэтому воспользовался заклинанием невидимости, так как его бы не правильно поняли и решили бы, что он вернулся навсегда. Поэтому все согласились, чтобы никто не узнал, что Эрагон и Сапфира снова в Алагейзии.       Дозорные на стенах города заметили трех драконов и сразу же оповестили об их приближении. Пролетев над разросшимся городом, они приземлились у ступенек замка. Эрагона потрясло, что стражей было больше чем в памяти Арьи. Их увеличилось вдвое, с тех пор как она была здесь. Сапфира неохотно восприняла идею, чтобы остаться снаружи, но другого выхода не было. С помощью Элдунари, которые поддерживали заклятие невидимости, Сапфира могла беспрепятственно кружить над городом, но она вместе с остальными драконами отправилась в башню, которую специально для драконов сделали эльфы.       Войдя в замок, Эрагон шел позади Арьи по длинным коридорам полным солдат. Когда дверь в тронный зал, наконец, открылась, перед ними предстала Насуада. Сзади нее на мягкой подушке сидел Муртаг, который был явно чем-то расстроен. — Я думала, что Эрагон прибудет с вами, — сказала Насуада, когда тяжелые двери закрылись позади путников. — Я и прибыл, но мы решили, что никто не должен знать о моем присутствии, — сказал Эрагон, снимая с себя заклинание невидимости. — Я понимаю, не надо давать людям неосуществимую надежду. — Я рад, что ты тоже так считаешь.       Муртаг встал с мягкой подушки и подошел к брату, протягивая руку. Они поздоровались, но старшему брату явно было очень неудобно из-за того, что произошло в прошлом. — Рад видеть тебя, братец. Насуада уже рассказала тебе о том, в какой опасности Алагейзия? — Я здесь из-за того, что Насуаде и Рамале требуется учитель. И как ты знаешь я не самый лучший из кандидатов. Но и с раззаками я вам помогу, если конечно позовешь, — ответил Муртаг.       Эрагон рассмеялся и обнял своего единоутробного брата, чем смутил того. После чего он подошел к маленькому столу возле стены, на котором лежала подробная карта Алагейзии и принялся наглядно объяснять свои задумки по поводу предстоящего сражения.       Следующие полчаса они обсуждали план действий. Было решено, что войска людей не будут задействованы в битве, так как раззаки испускают одурманивающее зловоние, от которого враг теряет дух. Поэтому было решено, что Арья, Муртаг, Хэдрок и Сторок возьмут на себя раззаков, пока Эрагон будет сражаться с Фейлесом.       План был довольно прост: окружить город с разных сторон и пока драконы отвлекают раззаков, Арья освободит людей и незаметно выведет их из города. После подробного плана, представленного Эрагоном, было много споров по поводу лучшего времени наступления. Но после того, как все согласились, что оптимальный вариант наступления это полночь, когда людей выводят на улицы, то все споры завершились и всех удовлетворил план нападения. Была уже поздняя ночь, когда они закончили разбирать позиции. — Вы наверно сильно устали, стражники проводят вас в свои комнаты, — сказала Насуада.       Хэдрок и Сторок поклонились королеве, и первыми вышли из тронного зала, оставляя старых друзей наедине. Некоторое время Эрагон рассказывал брату и подруге об острове. После этого Муртаг рассказал, как путешествовал на севере. А Насуада рассказала о Рамале. В конце рассказа она позвала свою золотую дракониху. Смущенная происходящим, дракониха вышла из своего укрытия. Рамала медленно подошла к Эрагону и обнюхала протянутую к ней ладонь. Она была ростом чуть меньше пони, на которых ездили гномы. Ее чешуя переливалась в свете сотен свечей, освещающих тронный зал Илирии. — Симпатичная дракониха, правда ноги тонковаты, как и у всех самок, но зато крылья сильные. Она хорошо сложена. Прекрасная самка. Сапфира будет счастлива познакомится с тобой, — сказал Эрагон, обращаясь к Рамале.       Рамала гордо подняла голову и заурчала от удовольствия. Но как только Насуада тихо хихикнула, то золотая дракониха быстро скрылась в свое убежище. Все засмеялись, вспоминая своих еще маленьких дракончиков. — Эрагон, тебе придется спать со мной в одной комнате, чтобы не вызвать подозрений, — сказал Муртаг, когда они собирались покидать тронный зал. — Я пожалуй прогуляюсь, — соврал Эрагон, снова становясь невидимым.       Сам Эрагон пошел следом за Арьей. Один из стражников проводил ее до комнаты, дойдя до двери, он спросил, нужно ли ей что-либо, на что эльфийка сказала, что он может идти.       Войдя в комнату, Эрагон убрал заклятие невидимости. Арья заперла дверь и повернулась, после чего танцующей походкой направилась к нему, развязывая шнуровку своей туники. Она крепко поцеловала его, обвивая его шею руками. А он крепче прижал ее к себе. В страстном поцелуе эльфийка стянула с него тунику, проводя ладонями по его обнаженной груди. Спустя несколько минут они уже лежали на кровати и мысли Арьи дотронулись до его сознания. Он открыл ей свои мысли, а она ему свои. Мысли обоих были наполнены страстью, любовью и нежностью.