Всего лишь друзья

Когда мы были детьми, жить было куда проще. Взрослым было интересно о нас разговаривать, но неинтересно проводить с нами время. Мы были предоставлены сами себе, а ещё друг другу. Мы с тобой одногодки. Более того, ты родилась на пару месяцев позже меня. Помню, раньше ты часто подшучивала надо мной: — И как ты тут существовал без меня целых два месяца. — Я ещё и потом четыре года без тебя жил, — беззлобно огрызался я в ответ на твои замечания. — Но в душе ты уже знал, что я где-то рядом и скоро произойдёт наша встреча, — эту заумную для пятилетней девочки фразу тебе не всегда удавалось произносить с первого раза. Ты часто этим меня смешила, а потом обижалась. Когда мы были детьми, поссориться было чересчур легко. Впрочем, как и помириться. Я тогда ещё не был таким безразличным как сейчас. А ты ещё не все разногласия решала с помощью кулаков. Ты была очень обидчивым ребенком. Ты могла перестать со мной играть и разговаривать из-за какой-то ерунды. Извиняло тебя лишь то, что будучи такой обидчивой, ты была очень отходчивой. Обычно тебе просто не хватало терпенья долго на меня дуться. Тогда ты сама подбегала ко мне, призывая посмотреть на небо: — Сикамару, Сикамару, посмотри, какое милое облачко вон над тем деревом, — когда-то у тебя было плохо с буквой «ш». Помню, мы с тобой ещё к логопеду вместе ходили. И хотя я мог прекрасно выговаривать все звуки, я всё равно посещал эту милую девушку вместе с тобой. Ведь одна ходить ты отказывалась, а мне было совсем не трудно составлять тебе компанию. — Да уж, на котёнка похоже, — широко улыбался я, показывая, что не злюсь на тебя и готов забыть о глупой ссоре. Вообще, все ссоры глупые и ненужные. Но признавать это получалось только в детстве. Когда мы были детьми, мы очень любили мечтать о том, что будет, когда мы станем взрослыми. Мы собирались в будущем дружить семьями. Ты уже тогда приглашала меня на свою свадьбу: — Сикамару, соглашайся, ты будешь почётным гостем у меня на торжестве. — У тебя ещё жениха нет, — важно возражал я, — когда ты меня с ним познакомишь, тогда я решу, хочу я к тебе на свадьбу или нет, — ты обижалась, и мы ссорились. А через некоторое время ты спрашивала: — А ты позовёшь меня на свадьбу? Ты познакомишь меня со своей невестой? Я говорил какой-то бред, что жениться я вообще не собираюсь, что я хочу на всю жизнь остаться холостяком. Мне тогда очень нравилось это слово. У моего отца был друг, он постоянно говорил ему «Ах, ты старый холостяк!». Отец показывал этим свою дружескую привязанность к этому человеку, столько чувства было в этом восклицании. Вот мне и нравилось это слово. Правда, называть себя старым холостяком, ты мне запретила: — Шикамару, мы с тобой одного возраста, а я совсем не старая, — категорично заявляла ты. Когда мы станем взрослыми, я буду другом твоего мужа и дядей твоих детей. Ведь я же тебе как брат. Когда мы станем взрослыми, я буду часто бывать в твоём семейном гнездышке. И ты будешь обращаться ко мне не иначе как «Ах ты, старый холостяк!». Твоему мужу будет интересно со мной беседовать, а детям — играть. Вот такую идиллию ты построила ещё в раннем детстве. Идиллию долгой и прекрасной дружбы, которую мы с тобой постараемся сохранить на всю жизнь.

***

Когда мы были детьми, жить было гораздо интересней. Взрослые предоставляли нам полную свободу, не особо заботясь, где мы и с кем. Всё нам разрешали. Тебе не было абсолютно никакой необходимости пробираться в мою комнату тайком. Не то, что сейчас. А ещё ко мне никто не подходил и не спрашивал, встречаемся ли мы. Знаешь, это было чудесное время. Мне хотелось бы пережить детство снова. Жаль, что это невозможно. Теперь я вот должна думать, что мне делать с тобой и Темари. Думать, должна ли я вообще что-то делать. Потому что лично я в этом не уверена. Помню, однажды ты сказал мне, что я похожа на солнышко: — Ты такая светлая и красивая. Твои волосы, словно лучики, и глаза сияют, — дети если и говорят комплименты, то только взрослым. А ты так вообще особый случай. Ты не хотел сделать мне приятное своим заявлением. Ты просто сказал, как есть. Я очень рада, что сейчас ты тоже никогда не говоришь мне ерунды. Только правду и только по делу. А у меня так уже не получается. Я слишком люблю притворяться. Ведь это так весело. Хотя иногда от этого бывает очень больно. А ещё из-за этого дурацкого притворства никто не знает, какая я настоящая. Даже для меня это тайна тайн, секрет секретов. Хотя, ты, возможно, знаешь. Ты — умный, ты всё знаешь.