За двумя зайцами

*** Придирчиво окинув взглядом своё уже бывшее рабочее место, Хелли задумалась. Ей не терпелось покинуть это душное помещение, этот душный город, давящий на неё грузом несбывшихся надежд, не терпелось перечеркнуть предыдущую страницу своей жизни и начать писать новую. Девушка думала лишь о том моменте, когда она оставит шумный и грязный Лос-Анджелес за плечами, и пусть её собственная разрушенная мечта давит на кого-то другого, а сама Хельга заживёт спокойной жизнью. Оставляя за спиной годы, насыщенные разного рода эмоциями и событиями, девушка горько усмехнулась – ей уже 30, а за душой ни гроша, в сердце дыра, в голове бардак, ровно как и в жизни. Хельга запретила себе прокручивать недавние события в мыслях снова и снова, ведь теперь рядом с ней нет вечно весёлой и неунывающей Нат, чтобы вытянуть подругу из пучины самокопаний и вызволить из засасывающей воронки боли. Шумно выдохнув, Хелли оглянулась, медленно обшаривая кабинет глазами в поисках своих вещей. «Нельзя ничего здесь забыть. Я никогда не хочу сюда возвращаться». Жаркий Лос-Анджелес теперь не воодушевлял девушку, теперь его прелесть и солнечность казались ей ненастоящими, заставляли отворачиваться от этой фальши, ненавидеть этот город. Спавшая с глаз пелена позволила ей увидеть всё в новом свете: дежурные улыбки людей вокруг меняются на презрительный оскал, горячее солнце, заставляющее кожу таять, теперь обжигает, клеймя кожу ожогами, зазывные огни улиц не поражают глаза своим великолепием – хочется зажмуриться и убежать. Что Хелли и делала. В кабинете было невыносимо душно, поэтому девушка связала в хвост тяжёлые волосы, предоставляя воздуху доступ к вспотевшей шее. Стало немного легче, но сковывающая движения юбка-карандаш и деловая блуза плотно прилегали к телу, нагревая Хельгу до предела. Внезапно выйдя из себя, девушка рывком стащила со стола коробку с личными вещами и на тонких каблуках опасно быстро устремилась к выходу. Ни разу не оглянувшись, Хельга прошла мимо людей, заверявших её в своей дружбе и преданности и сейчас сидящих на своих местах, не предпринимая ни единой попытки с ней попрощаться. Город бездушных людей с пластиковыми сердцами. «Пропадите вы все пропадом, двуличные лжецы!» Небрежно бросив коробку на заднее сидение автомобиля, Хелли в последний раз посмотрела на здание, когда-то бывшее её вторым домом. Мысль о том, что это место она не увидит больше никогда, наполняла её грудную клетку теплом, а голову предвкушением. Девушке скорее хотелось оказаться подальше от этого ненастоящего города, наедине со своими мыслями и чувствами. Ей хотелось дать воспоминаниям волю, чтобы потом заточить их в клетке навсегда. Грустно улыбаясь, Хелли оставляет бывший родным город и семь лет жизни позади. *** - Детка, всё пройдёт как по маслу, вот увидишь! Окинув взглядом мать, так ободряюще улыбавшуюся и такую лучезарную, Натали стало легче. Кучерявые волосы Адель красиво падали на плечи, а моложавые и всегда горящие огнём глаза отвлекают от заметных цепочек морщин на красивом лице. Женщина, внимательно посмотрев на дочь, в очередной раз печально вздохнула и перевела глаза на дверь в ожидании гостей. Натали же, взметнув длинными и такими же кучерявыми, как и у матери, волосами, в тысячный раз пожалела, что согласилась познакомиться с этим Дональдом. Или его зовут Дилан? - Дочка, - звучный голос отца заставил девушку в спешке обернуться вокруг своей оси. Через секунду в дверном проёме появился сам мужчина: пышная шапка светлых волос, волевые черты лица и чёрные глаза, сразу притягивающие взгляд. Мужчина обладал воистину «мужской» красотой, способной очаровать и подчинить женщину. - Доченька, помоги выбрать галстук, - обратился к Натали улыбающийся Ричард, продемонстрировав изумрудно-зелёный и коричневый в красную полоску галстуки. Критично оглядев внешний вид отца и успешно спародировав строгое лицо матери в подобных случаях, Натали указала на потрясающий своей насыщенностью изумруд. Удовлетворённо хмыкнув, Ричард протянул дочери галстук, без слов попросив её его завязать. Натали же со знанием дела стала напротив отца, пытаясь вспомнить точную последовательность скручивания петель и количество оборотов. - Ты ведь и понятия не имеешь, как это делается? – лукаво блеснув глазами, мистер Барковски улыбнулся дочери. - Ни малейшего, - рассмеялась та, уткнувшись лбом в гигантский узел, который когда-то был галстуком, на шее отца. -А ну-ка, молодёжь, расступись, - улыбающаяся Адель деликатно отпихнула дочь в сторону, принявшись за дело. Натали же, в задумчивости кусая губы и поглядывая на часы, ждала того самого момента, когда в эту дверь и в её жизнь ворвётся тот самый человек, с которым родители хотят её видеть рука об руку. «Он интеллигентный, воспитанный и добрый, не чета твоим этим рокерам, которые не знают, как себя вести, принимают наркотики и пьют как свиньи!» Больше всего её осуждал отец. Конечно же, его всегда маленькое чадо без предупреждения и объяснения причин махнуло на другой конец страны, едва окончив колледж. Не такого он хотел для своей дочери. Как-никак, единственная наследница Ричарда Барковски должна была, нет, она была обязана слыть примером для молодых девушек и быть гордостью родителей. Она должна была окончить университет, выйти замуж за такого же безупречного и блистательного мужчину и нарожать целый выводок ребятишек. А вместо этого она под руку с престарелым рокером оставила родителей и родной город. И ради чего? Чтобы вернуться? Ни мать, ни отец не сказали ни слова бледной и подавленной Натали, стоящей у них на пороге. Жестокий и холодный ливень промочил девушку насквозь, поэтому она, дрожа и не смея поднять глаза, упала в крепкие объятия отца и сконцентрировалась на медовом голосе матери, обещающей, что всё будет хорошо. И вот сейчас Натали потерянно стоит посреди гостиной, пытаясь осмыслить свою жизнь за несколько минут. Она должна быть здесь, она принадлежит этому миру, а не тому, в котором она жила последние два года. Тогда почему ей так тяжело? Боковым зрением Натали видит, как Адель хлопает мужа по крепким плечам, как бы говоря, что дело сделано, а затем будто подскакивает на месте и поворачивается к открывающейся двери. Внимание девушки привлекает высокий и красивый молодой мужчина, приветливо улыбающийся ей смутно знакомой широкой улыбкой… *** - Ты слышишь меня, бро? – перед лицом Шеннона стремительно проносится чья-то рука, привлекая к её обладателю внимание. – Ты слушаешь вообще, что я говорю? – брат хмурится и недовольно сжимает губы. - Конечно, я слушаю. Я с тобой полностью согласен, Джаред, - Лето-младший прекрасно видит, что Шеннон врёт, но развивать эту тему не видит смысла. - Хорошо, тогда если все согласны, сыграем сегодня Capricorn. – удовлетворённо заключает Джаред и, с минуту поглядев на своего брата немигающим взглядом, вихрем удаляется из общей гримёрки. - Как дитё малое, честно слово, - ворчит Шеннон, глядя на себя в зеркало. Старший из братьев Лето пребывал в некой задумчивости, приступы которой в последнее время случались с ним всё чаще и чаще. Невидимая сила тянула мужчину куда-то вперёд, хотя сам он не подозревал куда. В мыслях его всплывали картинки солнечного Лос-Анджелеса с его палящим красным солнцем, такие же красно-рыжие волосы Натали. Вот большие чёрные глаза Нат превращаются в тёплый шоколад глаз Хелли, яркая копна сменяется каштановой рекой шелковистых прядей. Перед ним она, женщина, помогающая ему идти по жизни, понимающая его и без слов принимающая таким, какой Шеннон есть. Рыжие лучи солнышка превращаются в навязчивые холодные капли, беспощадно колотящие по голове, мешающие соображать и понимать. Шеннон стоит один в неизвестном городе, на неизвестной улице. Вокруг всё такое чужое и незнакомое, что мужчина в панике оборачивается, пытаясь найти что-то, что даст ему подсказку, что делать и куда идти. Пытаясь не паниковать, Шеннон вглядывается в лица прохожих и в ступоре останавливается, поняв, что у всех людей под капюшонами и за зонтами – лицо Натали. Он порывисто обнимает девушку, сжимая в своих руках так сильно, чтобы она прочувствовала, как ему её не хватает, но Нат исчезает, оставляя после себя дымку тумана и горечь разочарования и обиды. Дождь становится тёплым и нежным, легко, почти невесомо ласкает его кожу, каплями стекает по плечам, рукам, спине. С волос капает приятная влага, Шеннон закрывает глаза, блаженствуя. Если прислушаться, можно услышать шум океана, волны разбиваются о берег, пересчитывая песчинки, над головой смеются чайки, создавая гармонию с окружающим миром. Тёплый и такой приятный дождь смывает все тревоги и волнение, принесённые предыдущим видением. В кольце его рук уютно разместилась Хелли, прикрыв глаза и нежно улыбаясь. «Наверное, так выглядит мечта», - думает Шеннон, прежде чем очнуться. От невыразимой словами злости у мужчины сжимаются руки. Яростно двинув кулаком по ни в чём не повинному столу, Лето ненавидит себя за эту сентиментальность, сидящую глубоко в его гнилом сердце. «Лучше вовсе его вырезать, проку от него нет». Рывком сняв с себя майку, Шеннон направляется к сцене, чтобы отдать всего себя людям, которые никогда не причинят ему боли, не заставят страдать и чувствовать себя чудовищем. Они всегда будут ждать его прямо здесь, всегда верные, любящие и заботливые. Шеннон знает, что как только он сядет за барабаны, его игра будет звучать молитвой в ушах этих людей, превращаясь в нервные импульсы эйфории, потоками вдохновения передающиеся и ему. Немного запаздывая, Шеннон выбегает на сцену и хватает свои именные палочки. Закрыв глаза и сконцентрировавшись на голосе брата, он начинает отбивать собственный ритм, унося свою душу в небеса и заставляя жалкую земную оболочку выполнять механические движения. Его счастье здесь. Именно здесь, в свете прожекторов под какофонию тысяч верных голосов, распевающих до боли любимые строки. Его счастье в крутящемся как юла брате, так неосторожно и необдуманно растрачивающем всю свою энергию и силы ради Семьи. В этой Самой семье. Счастье прямо здесь и сейчас. И неважно, что будет потом. ___________________________________________ Всё же не смогла оставить эту историю. Много раз порывалась удалить этот фанфик, ибо была на сто процентов уверена, что получилась у меня одна ересь, что я не смогла раскрыть девушек и Шеннона такими, какие они в моей голове, но потом поняла, что нужно придать этой истории некую завершённость. Хочется поблагодарить людей, которые прочитали этот фанфик, но самое большое спасибо идёт к The 13th virgin. Спасибо тебе огромное за тёплые, интересные и помогающие мне понять моих ребят отзывы. Огромное спасибо :з