Пятая руна

      - Ты сумасшедший? – впервые мне захотелось, как следует встряхнуть Драгнила для того, чтобы привести его в чувства и вернуть способность мыслить здраво, - Ловить заговорщиков, которые чуть не убили меня и премьер-министра, на живца, ты ненормальный! – повторила еще раз, смотря на этого идиота.       - Но ничего же не случилось, - где-то я уже это слышала.       - Ничего?! Ты уже неделю не можешь прийти в себя после магического истощения! – я была зла, хотя это слишком мягко сказано, я была в ярости, - И почему никто не запретил тебе?!       - У нас не было других вариантов, - его спокойствие добило меня окончательно, - Тем более никто кроме тайной канцелярии не знал об этом плане, - это все объясняет. Король никогда бы не разрешил пойти на такой риск.       Все-таки Нацу был единственным наследником. Да, у Игнила были еще Эльза и Ромео, но они не могли претендовать на престол. Видите ли у короля обязаны были быть розовые волосы. Традиция уходила далеко в историю, и, наверное, ни разу не нарушалась за все время существования Западного государства.       - Тем более мне уже лучше, и если бы не кое-кто, то мой постельный режим уже давно бы был закончен.       - Нет, - упрямо сказала в который раз, - Ты останешься в постели, пока полностью не восстановишься, - это было моим главным условием, так что, несмотря на заключение Макарова, что вроде бы как все в порядке, но, конечно, голова еще может иногда кружится, из кровати я принца не выпускала.       И помогала мне в этом Сесиль, которая каждое утро приходила навестить дядю и занимала его до самого вечера. У меня закрадывались сомнения, что она просто не хотела заниматься «скучными танцами» и поэтому нашла себе прекрасное, а главное полезное занятие. Эльза вроде бы дочь не раскусила и только умилялась.       - Дядя Нацу, - вот и сегодняшним утром малышка не подвела и явилась ровно к десяти, тут же залезая на кровать и протягивая Драгнилу книжку, - Сегодня я тебе расскажу сказку о прекрасном принце, - сообщила она, открывая первую страничку.       Читала Сили не очень хорошо, но вот воображение у нее было развито прекрасно. Так что она просто рассказывала историю по тем картинкам, которые видела на страницах.       - А прекрасная принцесса будет? – принц и обращался к малышке, но с усмешкой смотрел на меня.       - Еще не знаю, - девочка тоже оторвалась от рассматривания картинки и подняла на меня взгляд, - Хотя будет, - уверенно проговорила она, переворачивая страницу, - прямо как тетя Люси, - я не смогла не улыбнуться.       И с удовольствием послушала бы сказку, вот только дела еще никто не отменял.       Признаюсь честно дел у меня теперь поубавилось. Пансион уже теперь не требовал моего каждодневного участия, кое-какие поручения болеющего Драгнила выполнялись мной менее чем за пару часов. Но сегодня мы договорились встретиться с Каной, с которой не виделись уже почти полтора месяца.       - Ну как ты? – по подруге было видно, что вопрос она задала только ради приличия. Ее глаза блестели, она то и дело поправляла платье или волосы, а это могло значить лишь одно – ей срочно хотелось поделиться со мной какой-то новостью.       - Нормально, а у тебя как… - и после этого, меня буквально погрузили в пучину отношений Каны и Лексуса.       Как оказалось, на богатого герцога, владеющего несколькими картинными галереями, положила глаз одна из столичных красавец. И положила прямо-таки основательно. Я бы даже сказала, что попросту начала его преследовать, несмотря на то, что все и во дворце и в городе уже знают, что Лекс довольно прочно занят.       Дальше Кана могла и не рассказывать все так подробно. Я знаю ее столько лет, что у меня не было никаких сомнений, что дамочке уж точно не поздоровилось.       На самом деле, известие о том, что барышня еще пока абсолютно здорова немало удивило, но потом все пришло в норму. Подруженька решила мстить более изощренно, но как только в ее головушке родился план, обо всем узнал Лекс. И если вкратце, то они поругались и не разговаривали уже три дня.       И это опять таки было не все. За день до их ссоры, камеристка Каны видела Дреяра в ювелирной лавке:       - Ты представляешь, он уже хотел сделать мне предложение, а я все испортила… - ненавижу успокаивать плачущих, но кто меня вообще спрашивал.       Сегодня моя реакция на слезы была очень странной, потому как вместо того, чтобы молча гладить подругу по голове в успокаивающем жесте, я сама разрыдалась, заставив Альберону прекратить плакать и удивленно на меня посмотреть.       - Ты чего, Люсь?       - Мне так вас жалко, вы же такая красивая пара, - пару раз всхлипнула и разрыдалась еще больше.       - Ты не заболела, Хартфелия? – видимо она усомнилась в моем душевном здоровье и даже забыла уже про предложение и про то, что я-то уже не Хартфелия.       Лишь покачала головой, а слезы никак не переставали течь по щеки.       - Может Нацу позвать?       - Нет, не надо. Я в порядке, - взяла из ее рук платок, утерев мокрые дорожки, - Видимо переволновалась просто.       Несколько минут мы просидели в тишине. За это время я успела прийти в себя и осознать, что мой поступок был уж очень странным. Впервые я ревела просто за компанию, без видимой на то причины.       - Люсь, а чего ты в перчатках?       Слава Богам, ответ на этот вопрос у меня уже был заготовлен:       - Обожглась в Академии, у меня повязка, но, ты же понимаешь, не могу же я разгуливать по дворцу с бинтами на запястье.       Драгнил задал мне этот вопрос еще три дня назад и в мое объяснение вроде как поверил, по крайней мере, спрашивать перестал. Мне повезло, ведь я и вправду обожглась, вот только ожог прошел где-то две недели назад, но это не помешало руне Правды остаться на моей руке, признавая, что я не врала. Просто немного не договаривала.       Я понимала, что поступаю неправильно, скрывая от собственного мужа еще одну метку, но ничего поделать не могла. Несколько раз я прикидывала в голове, как ему сказать: «Ты когда-нибудь такое видел?» «Сама в шоке была, когда увидела» «А я решила сделать себе еще одну тату» «Ты представляешь, у меня откуда-то взялась руна Любви. Но ты не подумай, я тебя совсем не люблю, видимо Боги просто ошиблись» - как, наверное, понятно каждый новый вариант был еще бредовее предыдущих. Поэтому мне ничего не оставалось, кроме как продолжать врать, хотя самой это ситуация уже не нравилась.       Правду знала только Эльза, которая каждый раз осуждающе на меня смотрела, когда понимала, что я все еще ничего не рассказала.       - А что сам Лекс? – решила перевести тему обратно.       - Да, ничего, - плакать Кана больше не собиралась, лишь сложила руки на груди. Было понятно, что вся эта ситуация потрепала ей немало нервов, - Говорит, что любит только меня.       Не думаю, что я смогла скрыть удивление:       - Тогда какие проблемы?! Он любит тебя, ты – его.       - А вдруг он мне врет? – она рывком встала с дивана и заходила взад вперед по комнате.       - Альберона, - пришлось подняться вслед за ней, подходя и обнимая, - не будь дурой, - не очень аристократичная фраза, но смысл она выразила точно.       - Ты как всегда умеешь найти правильные слова, - Кана рассмеялась, возвращаясь вместе со мной на диван, - И все-таки, что у вас с Драгнилом?       - Все по-прежнему, - тут я тоже немного приврала. Это у Нацу было все по-прежнему, а у меня вся жизнь верх дном за последние полтора месяца перевернулась, хотя даже не за полтора месяца, а за последнюю неделю.       Я люблю этого идиота. Осознание этого факта пришло спонтанно. Просто в один момент меня как будто ледяной водой окатило и все. Жизнь поделилась на до и после. При этом ее новый этап нельзя было назвать счастливым. Каждую секунду я думала о том, как не выдать своих чувств. Очень часто просто сбегала от Драгнила, говоря о неотложных делах.       Еще и главного организатора переворота так и не нашли, и это заставляло снова и снова вспоминать мой ночной кошмар. Вот только праздников никаких, как и сказал Драгнил, не предвиделось. Только это меня и успокаивало.       На следующий день предстоял завтрак вместе со всей королевской семьей. Просыпаться организм просто-таки отказывался и никакие мои уговоры на него не действовали. Мысль о еде наоборот отталкивала. Мне, наверное, никогда в жизни не хотелось спать так сильно.       - Просыпайся, - родные руки обнимают со спины, притягивая к телу мужа, - Надо вставать, - видимо в отличие от меня он чувствует себя просто отлично.       Я закивала, утыкаясь лицом в подушку. На что Драгнил только рассмеялся, поднимая меня в сидячее положение.       - Ну, нет… - запротестовала, намереваясь вернуться обратно.       Меня, конечно, никто не послушал. Попросту подняли на руки и понесли в сторону гардеробной. Я тут же вырвалась из объятий, вставая на ноги:       - С ума сошел, ты же еще болен! – голова закружилось, так что пришлось ухватиться за локоть «больного».       - Все нормально? – Нацу подвел меня к креслу, усаживая и подавая стакан воды.       Я кивнула, хотя на самом деле все было совсем ненормально. Какого черта со мной происходит?! Надо бы наведаться к Макаровы, видимо я простудилась.       Пару минут потратила на то, чтобы прийти в себя. За это время Драгнил уже успел одеться и вернуться ко мне.       - Думаю, нам стоит пропустить завтрак, - уверенно проговорил он, намекая на то, что все мои возражения приняты не будут.       - Это первый семейный завтрак за два месяца, - вспомнилось, с какой радостью Драгнилы собирались все вместе, когда выдавалась свободная минутка. Не могла же я лишить Нацу такого маленького счастья. Понятно было, что и без меня он никуда не пойдет. Так что пришлось собраться с духом, улыбнутся мужу и заверить, что со мной все хорошо.       В гардеробной выбрала самое простое в одевании платье. Слава Богам, такое у меня имелось. Пока мы шли по коридорам дворца, Нацу все продолжал коситься на меня, пытаясь понять, как я себя чувствую и не стало ли мне хуже. Приходилось улыбаться и заговаривать ему зубы, ничего лучше, чем рассказать о ситуации с Каной и Лексом я не придумала.       Когда мы уже подошли к дверям, Драгнил пообещал, что поговорит с другом, и я выдохнула с облегчением. И подруге помогла, и себе.       За столом все внимание было приковано к малышке Сесиль, которая без умолку рассказывала о том, как ей понравилось проводить дни с дядей, а не с няней, которая ей постоянно все запрещает. Сили даже рассказала стишок, который они выучили вместе.       Драгнил просто светился от гордости, смотря на успехи своей воспитанницы.       Интересно, с нашими детьми он тоже будет себя так вести или все-таки превратиться в строгого отца? Стоп, о чем я вообще думаю, какие дети?! Мысли пришедшие в голову по-настоящему шокировали.       Хотя чего тут такого удивительного. Роду Драгнил все равно однажды понадобится розовлосый наследник. Так что…       Боги, Хартфелия, точнее уже Драгнил, остановись! Это руна на тебя так действует что ли? С каких пор ты так стремишься стать матерью?       - Люси, все в порядке? – ко мне обратилась королева Афесиар, так что пришлось отвлечься от своих размышлений, возвращаясь к действительности, - Ты совсем ничего не съела.       Ее забота немало меня удивила:       - Просто нет аппетита.       Она закивала, и ее тут же поглотили какие-то свои размышления. Вот и хорошо, не придется врать о своем самочувствии и дальше. А то ведь на самом деле у меня не то, что аппетита не было, меня в буквально смысле воротило от одного взгляда на еду.       А потом жизнь вошла вполне в привычное русло. Драгнил окончательно выздоровел, а меня перестали выпускать из королевского крыла дворца в целях безопасности. Даже несмотря на то, что возмущалась я долго, муж был непреклонен. Мне не оставалось ничего кроме как, оставаться взаперти, рисовать и иногда принимать посетителей в лице Эльзы, Каны или леди Максвелл, которая оказалась вполне приятной собеседницей и ненавязчиво рассказывала о том, что же твориться во дворце.       К Макарову я съездить забыла, тем более аппетит ко мне очень скоро вернулся, да и голова почти по утрам не кружилась.       Зато отсутствие лишних дел дало мне возможность заметить уж очень странное поведение Леви, которая то и дело краснела под взглядом Гажила, продолжающего меня охранять теперь уже почти 24 часа в сутки.       И очень скоро я узнала причину ее странного поведения:       - Ваше Высочество, - в тишине библиотеке, в которой я проводила громадную тучу времени, я даже смогла расслышать, как открывается дверь и входит разрушитель моего спокойствия в виде телохранителя.       - Ты что-то хотел? – книга была уж очень интересной, так что я даже не отвела от нее взгляда.       - Да, - к моему удивлению, голос у него был какой-то нервный, - Хотел попросить вашего разрешения…       - Какого разрешения? – все-таки решила на него посмотреть, замечая, что он был чем-то немало озадачен.       - Я хочу сделать предложение Леви Макгарден.       Это была самая неожиданная новость в моей жизни. Даже папина идея выдать меня замуж за Драгнила была не такой шокирующей, и вот на тебе… Леви и Гажил, вот уж от кого я точно не могла ожидать подобного решения.       - И что же ты хочешь от меня?       - Разрешения на брак, - более уверенно проговорил он.       Мне пришлось отложить книгу:       - Хорошо, - а почему бы и нет, - Если Леви согласиться, можете пожениться, - он поклонился и уже собирался уходить, но я его остановила, - Захотите, можете отправляться обратно в Восточное королевство, там вам выделят дом за верное служение короне, - Гажил еще раз кивнул.       Честно говоря, отпускать их домой не хотелось. Все-таки они, так или иначе, напоминали о прошлой жизни. Может быть, я даже буду скучать, если они уедут. Вот только у Леви целая орава братьев и сестер, да и вообще родственников, наверное, ей хочется быть рядом с ними.       Тяжело вздохнув, отложила книгу, вдруг почувствовав ужасно горький вкус.       Я уже успела забыть про свою маленькую способность улавливать настроение Нацу, так что теперь могла только гадать, что же он там чувствует, точно что-то малоприятное.       Стражники отказались выпускать меня в рабочую часть дворца, но ведь принцесса я или кто:       - Проводите меня к Его Высочеству, - выработанный за годы жизни при дворе приказной тон сработал и сегодня. Так что уже через минут пятнадцать я стояла около широких двухстворчатых дверей, ведущих в один из главных залов дворца.       Горечь во рту все усиливалась, не давая даже сосредоточиться. Несмотря на запрет стражников, распахнула двери. Картина была по-настоящему шокирующей.       Миллиан Розел вместе с отцом стояли… на коленях перед разозленным Драгнилом, который меня не заметил, продолжая говорить ледяным голосом:       - Премьер-министр, встаньте! Вы же сами знаете, какое наказание грозит вашей дочери за нападение на Ее Высочество.       - Ваше Высочество, - мужчина послушно поднялся, - она совершила это по дурости и ни в коем случае не хотела навредить принцессе Люсьене.       У меня был только один вариант всего происходящего. Видимо именно Миллиан наняла мага, который перенес мою кровать в первый день моего пребывания во дворце. Если бы она стояла за взрывом поезда, зная Драгнила, он бы даже не стал разговаривать с этой семейкой.       На самом деле, я уже успела забыть о том инциденте, другие события волновали меня куда больше.       - Но могла... она могла навредить принцессе, и меня не интересует, какие у нее были на то мотивы, - отрезал принц, отходя подальше от Розел.       А мне вдруг стало так ее жалко. Девушка же просто была влюблена в Нацу, и видела во мне настоящую разрушительницу счастья, ведь, если бы не я, то принцессой, с подачи премьер-министра, стала бы именно Миллиан.       Так что уже через пару секунд Нацу меня заметил. Точнее услышал мои всхлипывания, которые медленно перерастали в рыдание. Миллиан даже плакать перестала, удивленно смотря на меня.       Горький вкус во рту рассосался, видимо все «невкусные» эмоции Драгнила были вытеснены шоком.       - Все вон! – кинул он находящимся в комнате, - Стража тоже! – и подошел ко мне.       - Ваше Высочество, – премьер-министр видимо был против такого окончания разговора, - вопрос с моей дочерью еще не был решен! – я никогда ему не нравилась, и по нему было видно, как сильно этому уважаемому господину неприятно, что с моим приходом его буквально выставляют за дверь.       Беру свои слова назад, тогда Драгнил говорил совсем не ледяным голосом, так холодноватым, а вот сейчас:       - Окончательное решения примет Ее Высочество, так как именно она пострадала от сумасбродства вашей дочери.       Двери захлопнулись, и лицо принца изменилось просто до неузнаваемости. Вот минуту назад он настоящий верховный правитель, управляющий судьбами миллионов людей, а теперь просто Нацу Драгнил, по настоящему за меня беспокоящийся:       - Ты чего плачешь? – тыльной стороной ладони он вытер соленые дорожки с моих щек, приподнимая мое лицо за подбородок, всматриваясь в мои глаза.       - Миллиан жалко, - всхлипываю еще несколько раз, обнимая мужа, щекой прислоняюсь к его груди.       - Значит, отпустим, если жалко, - уверенно отвечает, начиная успокаивающе поглаживать меня по спине.       - Прямо так и отпустим?       - Ну, нет, - по интонации понимаю, что он улыбается, - На плантациях полгода поработает, а потом замуж выдадим куда-нибудь подальше. И вообще, раньше не замечал за тобой такое слезливости, - Драгнил отрывает меня от себя, вглядываясь в мое лицо, пытаясь найти причину таким переменам.       - Сама в шоке, - слезы уже не текут, я понемногу начинаю успокаиваться.       И, правда, что-то я в последнее время уж слишком эмоциональна.       - Может тебе стоит отдохнуть?       - Нет, - уверенно отвечаю, вспоминая, как уже почти неделю сижу взаперти, - Скорее я уже схожу с ума от безделья.       - Тогда, нам срочно нужно проверить твое душевное здоровье у Макарова... – он говорит и даже вроде бы почти открывает портал, но я тянусь к его губам, заставляя его улыбаться все шире и перенести наш поход на неопределенный срок.       Не знаю, каким именно образом, но я сдерживаю мимолетный порыв признаться в своих чувствах или хотя бы снять перчатку. Вот только на долго ли меня не хватит?