Глупая маленькая балерина

От неё чудесно пахло. Ванилью вперемешку с шоколадом. И я хотела побыть с ней как можно дольше, чтобы растянуть мгновения нашего пребывания вместе. А запах всё равно оставался, и я хотела вернуться к ней и уткнуться носом в её шею, горько заплакать. Я сходила по ней с ума. Возможно, сходила с ума всерьёз, но не старалась что-либо изменить. Я дышала ею. Я жила ею. Я хотела чувствовать её. Подходя к огромному зданию в тот вечер, я прислушалась и услышала полицейскую сирену. От этого мне стало даже веселее, и азарт прокрался в мою душу. Я чувствовала, как комок подкатывает к горлу. Я приближалась к тебе, моей любимой балерине, и твоему чудесному запаху. А на твоём выступлении я сидела с закрытыми глазами, слушала твой сладкий нежный голос и представляла, как буду медленно и нежно душить тебя, слушать твои сладкие и дикие вопли. От этого я даже возбудилась. Не странно ли, что от одного твоего голоса мне становится настолько хорошо? Твои тёмные локоны свисали с плеч и ты усердно искала кого-то своим взглядом зелёных глаз. А я надеялась, что ты посмотришь на меня. Я даже закусила губу в ожидании, но ты так на меня и не посмотрела. Твоя бледная кожа искрилась под светом ламп, а твои движения были ещё прекраснее, чем вчера. С каждым днём ты становилась всё прекраснее и зрелее, словно цветок лилии. Но злость, ревность, всё не утихали в моём сердце. Для кого ты танцуешь, дорогая? Кого ты так усердно ищешь в толпе, уходя на перерывы? Нет. Ты танцуешь для меня, для меня! Я стискиваю зубы. Ты смотришь на меня и улыбаешься, и вся злость мгновенно тает. Заметила? Н-но… Парень, сидящий прямо передо мной, машет ей рукой, и мои щёки пылают от ярости. Ч-чёрт… Дыхание останавливается на некоторое время. Мне хочется закричать на тебя, заставить смотреть только на меня. Твои глаза принадлежат мне, твои движения мои, разве тебе не понятно? Глупая девчонка… Ты даже не знаешь, что будет, если ты меня не услышишь. Я продолжаю завороженно смотреть на тебя, и когда занавес опускается, я лишь отчаянно пытаюсь ухватиться за твой образ, который так хочет ускользнуть. Первое, что я делаю, так это спешу следом за тем молодым человеком, который с таким отчаянным рвением пытался показаться тебе на глаза. Выходя на улицу, мрак бросается мне в глаза, и некоторое время я просто ничего не вижу. Привыкаю к темноте и могу уследить за фигурой, которая движется к чёрному входу прямо в театр. Должно быть, идёт за тобой, глупая девчонка. Думаешь, я позволю ему завоевать тебя? - Молодой человек! – прокричала я и побежала следом за ним. Он остановился и посмотрел на меня. Его смазливое личико в моей душе вызывало у меня отвращение, но я растянула губы в улыбке, - у вас найдётся сигарета? Он кивает и торопливо достаёт из кармана пачку сигарет. Его руки трясутся, и от этого он становится мне ещё противнее. Бр-р, какая гадость. Таким «мужчинам» нечего делать на этом свете. Некоторое время я задерживаю его, пытаясь как-то поговорить с ним, но он всё спешит к тебе. Неужели он думает, что он до тебя дойдёт? - Ой. У вас на плече… - Что? – спрашивает парень и смотрит на плечо, а я, приблизившись к нему, вгоняю ему в сердце нож. Он пытается отпихнуть меня, но его хватка слабеет. Мне становится смешно от этого зрелища. Он открывает рот, пытается дышать. А когда я вынимаю нож, он долго лежит на земле, бьётся в конвульсиях, пытается остановить кровотечение. Он настолько глуп? Когда он сдох, я осмотрелась по сторонам и затащила его в переулок, так и не стараясь скрыть его где-нибудь. Всё равно… скоро здесь появишься ты. И да. Как я и ожидала, ты стояла около театра и ждала, когда этот придурок подойдёт к тебе и вы вместе пойдёте в свой отель, чтобы благополучно провести время в постели. Ты уверена, что так этого хочешь? Получай своё удовольствие, дорогая. Я медленно подхожу к тебе, но ты даже и не хочешь меня замечать. Я вижу в твоём взгляде гордость, и от этого моё сердце колотится ещё сильнее. Неприступная, значит? Думаешь, тебя трудно добиться? А если я завладею тобой силой? Я до сих пор помню твои сладкие крики. Я держала тебя за твои шикарные волосы и тянула в сторону места, где совсем недавно подыхал твой «возлюбленный». И когда ты увидела его труп, ты хотела закричать, но я не хотела, чтобы нас кто-нибудь услышал, и просто завязала твой рот. Ты попыталась укусить меня, но это доставило мне больше наслаждения, нежели боли. Тем более, что я чувствовала, что сейчас я оторвусь по полной. - Что… что вам нужно?! – в отчаянии закричала ты, и я пихнула тебя к грязной бетонной стене с облезлой краской. Ты сильно ударилась головой, и на твоих пальцах осталась твоя сладкая кровь, пахнущая приятным ароматом ванили. - Я буду с тобой жестока, потому что ты причинила мне много боли. Я буду убивать тебя медленно, и ты будешь кричать от страха. Я изрежу тебя там, чтобы ты знала, что ты принадлежишь только мне. - Я… я не знаю вас! З-зачем?! – закричала ты ещё громче, но я, достав из сумки платок, перевязала тебе рот. - Ах, ты меня не знаешь? – Прошипела я, ухмыльнувшись, - я всегда была с тобой, я наблюдала за тобой… Вот только ты не видела меня. Ты… Ты смотрела лишь на него! Я беру мёртвого парня, лежащего напротив тебя, за волосы, и тяну вверх. Его глаза чуть приоткрыты, из губ течёт кровь, словно он очень долго кашлял кровью, прежде чем умереть. Нет. Я просто вытерла ножик о его поганый рот. Отчего-то мне сделалось слишком весело. Я была готова импровизировать, лишь бы ты тряслась передо мною в страхе. Это только доставляло мне удовольствие. Почему же, почему такая угнетающая атмосфера вызывает у меня неподдельное восхищение? Ты вжалась в стенку, а я приближалась к тебе всё ближе. И когда я рвала твою одежду в клочья, тем самым ножом, который совсем недавно побывал в сердце твоего любимого ублюдка, ты отчаянно пыталась вырваться. - Ну что, балеринка, поиграем? – спрашиваю я, облизывая губы, и приближаюсь ножом прямо к твоему заветному местечку. Ты лежишь передо мной абсолютно голая. Нет, я не собираюсь с тобой играть, не собираюсь доставлять тебе наслаждение, хоть ты и возбуждаешь меня своим невинным взглядам. Ты возбуждаешь меня абсолютно всем, но… Думаешь, я буду идти тебе навстречу, зная, что ты сделала со мной? Я касаюсь рукоятью ножа твоего клитора, провожу по нему, и тут же вхожу в тебя, даже не пытаясь подготовить тебя к этому Ты пытаешься вырваться, кричишь, но я только сильнее стараюсь причинить тебе боль, что у меня хорошо получается. - Чувствуешь, как бьётся моё сердце, глупышка? – спрашиваю я в перерыве между твоими криками. Даже несмотря на ненависть, я чувствую, что не могу без тебя жить. Не хочу без тебя жить. Но ты же всё равно будешь принадлежать мне. Ты уже принадлежишь мне. Я продолжаю движения, и когда с твоих губ вырывается стон наслаждения, резко останавливаюсь и вытираю рукоять о твою же одежду. Я срываю платок с твоих губ, и ты тяжело выдыхаешь, думая, что я тебя сейчас отпущу. Ты же именно так подумала, да? Но я всё не отхожу от тебя, не отпускаю, и ты совершенно не знаешь, что я собираюсь с тобой делать. - Ты меня отпустишь? – с надеждой в голосе спросила ты, и я бросила на тебя свой холодный, отсутствующий взгляд. - Сколько тебе лет, любимая? – нежным тоном спрашиваю я, хотя в моём взгляде нельзя разглядеть ничего тёплого. - Двадцать три, - шёпотом произносит она, и я растягиваю губы в улыбке. Мне двадцать пять. Видишь, до чего я довела себя, гоняясь за тобой? Это всё ты виновата. - Ты такая молодая, а уже такая испорченная, да? - Я не понимаю, о чём Вы говорите… - Ты должна была принадлежать именно мне, но ослушалась. Не захотела меня ждать, а ведь я бы нашла тебя. Я думала, что ты девственница. И… если бы так и было, я бы пощадила тебя, - ухмыляясь, произношу я, и вонзаю нож чуть ниже живота. Чуть двигаю им из стороны в стороны и слушаю твои громкие крики. Мне же кажется, что ты стонешь от удовольствия, и я продолжаю так очень долго, пока ты не затихаешь. Когда последний выдох срывается с твоих губ, я целую тебя в губы, засовываю язык внутрь. Ты не отвечаешь. Молчишь, как молчала всегда. Твоя бледная, холодная кожа, до сих пор пахнет ванилью и шоколадом. Я вдыхаю запах твоих волос, целую тебя в макушку, и острием ножа провожу по внутренней стороне бедра, чуть надавливая. Твоя кожа такая мягкая, приятная на ощупь… Я больше не слышу твоих криков и даже твоего дыхания. Значит ли это, что ты больше никогда не станцуешь мне? Я отползаю к противоположной стенке, где «сидит» твой бывший ухажёр. Теперь вы вместе, да? Теперь ты счастлива? Я вытираю подступившую слезу и закрываю глаза. Слёзы текут ручьями. Что я… Что я сделала? Почему это происходит со мной, что происходит? Передо мной лежали два трупа. Труп моей возлюбленной и труп парня, которого она любила. А я ненавижу их обоих за то, что они сотворили со мной. Кровь на моих руках никогда не отмоется. И твой запах всегда будет преследовать меня, потому что он тоже теперь принадлежит мне. Я встаю с места, кидаю на тебя прощальный взгляд и ухожу с застывшей улыбкой на губах. Я жива. Но без тебя не проживу долго. Может, ты сможешь сейчас встать, и мы начнём всё сначала? Глупая балерина, давай же, попробуй подняться и станцевать мне.