The Fluffy Problem/Пушистая проблема

В теории Эмма Свон занималась рабочими делами. Она должна была исполнять обязанности шерифа, даже такие скучные, как бумажная волокита. В теории она совсем не пялилась в пространство, прикусывая карандаш и воображая пару невероятно синих глаз. Это было в теории. А на деле…все было не совсем так. Она взглянула на часы. Генри и Киллаин должны были зайти за ней через пару часов, чтоб они вместе могли погрузиться в следующую стадию Операции Русалка. Эмма все еще ненавидела это название. В любом случае, она была почти уверена, что у Голубой Феи есть все ответы.А вот вопрос – понравиться ли они ей самой –именно этот вопрос волновал ее больше всего. Как только она отправилась в постель прошлой ночью, ее начали мучать кошмары. Она ворочалась и кричала во сне, почти каждый час пробуждая Киллиана.Дело было плохо, если даже то, как он прижимался к ее плечу и мягко мурчал, не помогало ей уснуть. Она ненавидела эти сны, по-настоящему ненавидела. Во сне это всегда был калейдоскоп видений, имеющий никакого смысла по – большей части .Последнее, что она помнила, это распадающиеся образы , крюк Киллиана, ее кулон с лебедем, старый крутящийся штурвал и магический боб и золото. Много много вспышек золота, блестящих в неестественном, угрожающем виде. Она сжала пальца вокруг старого, подаренного Нилом кулона, колеблясь на минуту перед тем ,как сорвать его… Было уже немного поздно предостерегать себя перед тем, как кому – то довериться.Генри она доверяла всем сердцем. Разве могло быть иначе, когда у него было столько веры в нее? Она доверяла своим родителям. Она все еще испытывала шок, неловкость и уязвимость , когда дело касалось их, но она так давно хотела семью , что стены вокруг ее сердца были не в состоянии удержать радость , наполняющую ее от того, что теперь они вместе. И, что было самым страшным, она была чертовски уверена, что начинает доверять Киллиану в той же мере. Совсем как с Герни, было трудно не начать делать это... Было невозможно оставаться слепой по – отношению к тому, как сильно он переживал о Генри, как он сблизился с ее отцом, как он залез даже под кожу Снежке. Он слишком долго был рядом с ней. Не только потому что был должен, но и потому, что сам этого хотел. Эмма Свон знала, что она не самый легкий в общении человек, особенно, когда она была в стадии защиты, зла, неуверенна , рассержена или испуганна. И каким –то образом Киллиану удалось преодолеть это все. Она рассматривала это как достижение. Это наполняло ее уверенностью, что ничто не может оттолкнуть его от нее. И чем больше проходило времени, тем меньше ей хотелось его отталкивать. Внезапно Эмме очень захотелось вернуть Киллиана в его человеческую форму. Испорченный и травмированный кусок ее сердца жаждал этого последнего теста, жаждал знать,отдаст ли он ей предпочтение в своем выборе. И, конечно же, ей не хватало возможности слышать его комплименты и намеки, а не читать их по его глазам.Даже если она и отработала уже этот навык в совершенстве. Она подумала, что уже готова к этому, готова испытать ее еще один взлом ее границ, ее личного пространства, готова к последней проверке. Не то, что он не пересек все грани, проводя время в ее постели каждую ночь, в его теперешней форме. Внезапно, мысль об этом заставила Эмму впервые покраснеть. Не то, чтоб была какая-то причина для этого! Он же был котенком, ради всего святого! Но ей все легче было представить, как он занимает гораздо большее пространство в ее постели. -Мама! Мама! – то, как Генри вломился в дверь, завило ее подпрыгнуть, а ее щеки поразил еще больший румянец. -Генри, в чем дело? Ты рано - но один вид его ,перепуганного и запыхавшегося , заставил что-то щелкнуть в ее мозгу.– В чем дело? Генри глубоко вздохнул и предпринял новую попытку. В его глазах стояли слезы и Эмма вскочила, обнимая его. -Ей, ей, все будет хорошо. Мы все исправим, просто скажи мне, в чем дело. Просто расскажи мне, что случилось. -Киллин пропал – сказал он сказал громким шепотом , как будто боясь, что произнесенные слова сделают все реальным. Эмма чувствовала, что 10 секунд паузы в речи Генри были самыми долгими в ее жизни. Ей было знакомо это чувство. Предчувствие близкого падения . Когда она знала, что вскоре удариться и очень жестко. Но это было не самым худшим. Худшее было в том, что падение продолжалось внутри окружающей ее тьмы. Грозящий удар все отодвигался и ее переполняла только бесконечная потеря контроля. Гравитация тянет тебя на поводке , как бешеную собаку , а тьма высасывает воздух из твоих легких. Она помнила, как люди, которых она называла «мама» и «папа» говорили ей, что они должны ее вернуть , как наручники защелкивались у нее на руках, как медсестра не давала ей подержать ее собственного ребенка, как Генри лежал в госпитале без сердцебиения. Она не осознавала, что Генри ждет ее ответа -Мы были дома – продолжил подросток, вытирая нос и неосознанно сжимая ее ладонь - но нам было так скучно. И я предложил прогуляться к пристани, посмотреть на лодки. Генри остановился и Эмма могла бы почувствовать нотку вины в его голосе, если бы в нее голове не роились сотни мыслей, носясь в разных направлениях, сталкиваясь и несясь обратно, теряя нить того, что было правдой, а что нет, в отчаянье ища способ не дать тьме войти. -И Киллиан, конечно, был в восторге от этой мысли. И мы пошли туда, а потом собирались сразу обратно. Направление мыслей Эммы изменило ход. Перед мысленным взором сразу возник образ Генри и котенком-пиратом , который вбегая в ее дверь ронял вешалку в процессе и обезоруживал ее вспышку раздражения взглядом огромных псевдо – невинных глаз. Такие иллюзии как это быстро возникали и еще быстрее рассыпались на кусочки. - Там был Лерой , он работал с лодкой. Он позвал меня и мы с ним поболтали, всего минуту. Только на минуту, я клянусь, мам – повторял Генри с отчаяньем, и слезы наконец-то покатились по его лицу – Но когда я повернулся, его уже не было. Это была только минута, Эмма. И он исчез. Шериф на секунду закрыла глаза. Отгораживаясь от эмоций , запирая их за крепкими стенами и восстанавливая свой самоконтроль.В следующую минуту она заставила себя улыбку,правда, не коснувшуюся ее глаз,и вытерла слезы сына своей лишь слегка дрожащей рукой. -Генри, посмотри на меня - она присела на один уровень с мальчиком – Мы его найдем. Обыскать Сторибрук легче легкого. Я находила людей в городах гораздо больше этого. И Киллиан не особо умеет скрываться, ведь так? Генри подарил ей улыбку сквозь слезы , хотя Эмма не была уверена, было ли это больше для ее утешения, чем дня него самого .Боже, она любила этого ребенка. -И знаешь что? Может, он уже ждет нас в квартире. Он ведь знает дорогу. Пошли, начнем оттуда – она подхватила пиджак, приобняла мальчика за плечи и они покинули станцию вместе – все будет хорошо, вот увидишь. Меньше чем через 10 минут Эмма распахнула дверь в свою квартиру. Они оба с Генри неосознанно задержали дыхание. Их встретила полная тишина. Мальчик начал обыскивать все пространство, зовя черно-белого котенка. Но Эмма уже знала правду. Сегодня ей не придется мысленно представлять , каково в постели без Киллиана рядом. Сукин сын! Эмма!Эмма, у меня голова раскалывается, как у одного из любимых игроков в футбол твоего отца , после того как они получали пинки в течении полутора часов. И мне кажется, я вращаюсь. Или мир вращается. Или это ты меня вращаешь. Долбанный ад! Мне хочется воткнуть во что-нибудь мой крюк. Или, знаешь, мои когти. Только чтоб я мог получить хоть какое-то чертово представление, где верх, где низ. Так наверное чувствуют себя люди с морской болезнью.Только хуже.Твою мать, кто-нибудь выключите чертов свет, сверх всего прочего меня почти ослепили! Эмма? Эмма!