Любовь кусается

Маршалл Ли лежал на кровати, тупо уставившись в потолок. Его любимая плюшевая игрушка, Хамбо, которая когда-то была малинового цвета, лежала рядом с ним. После того, как он смог забрать ее у Небесной Ведьмы, он прятал ее в самые дальние уголки своего дома, и только когда ему было плохо на душе, он вытаскивал ее. Хоть в этом от Гамболла был толк. Не без его помощи, вампир смог достать свою игрушку, и был ему очень благодарен. Он не мог представить свою жизнь без Хамбо. Маршалл рассказывал игрушке обо всем плохом, что случалось с ним. Они много пережили, и она была для него как самый близкий и родной друг. Тысяча лет не маленький срок, согласитесь? Вот и сейчас его душа разрывалась на миллионы темных осколков. Возможно, именно сегодня он потерял человека, которого считал близким другом. Всего несколько минут назад он поцеловал Фионну, и эти мысли об этом поступке, и образы, которые приходили в его голову, терзали его. Как он мог это допустить? Что он только что наделал? Вопросы, вопросы… на которые он не давал себе ответы, но постоянно задавал их себе. Они мучили его сейчас, как никогда. Его переполняла злость на самого себя, на всю эту ситуацию, и на Фионну. Если бы он не увидел их объятий, он никогда бы не сделал ничего подобного. Маршалл чувствовал, что в тот момент, когда он ее поцеловал, он вел себя очень неадекватно. Все произошло как во сне. Как в многочисленных его снах, где была Фионна, где он мог делать с ней все, что ему захочется. Но сейчас это была жестокая реальность, с которой уже ничего нельзя было сделать. Он сильно ревновал ее ко всем принцам, которых она постоянно спасала, но больше всех, конечно же, к Огненному и Гамболлу. Иногда он ненавидел их, за то, что Фи, выбрала именно таких существ, а не его. «Потому что ты мой друг. Потому что ты мой друг», - всегда повторяла она, даже не рассматривая Маршалла, как парня, который мог бы быть с ней. Но до этого момента он и вида не подавал, что это его обижало или расстраивало. Он держал все в себе, делая вид, что ему все равно, но видимо пришло время, когда чувства внутри просто переполнились и нашли выход, выставив его глупо. Нет, он не отрицал, что влюблен в Фионну. Сколько уже? Год? Два? Может больше. Просто он не хотел ее любить. Он не хотел любить никого, тем более Человека. Ее жизнь очень короткая, она умрет через несколько лет. А к тому времени Маршалл уже полюбит ее всей своей душой. И как потом снова забывать? Как снова оторвать от своего сердца кусок и выбросить? Память всегда рвет на куски. Она никогда не оставит и уйдет. Память - это то, что всегда будет с ним и делать ему невыносимо больно. Конечно, он мог бы сделать ее вампиром и жить с ней вечно, но она бы никогда не согласилась на подобное. Он знал ее слишком хорошо, она предпочла бы умереть героиней, чем быть вечно ночным зверем. После еще одного печального опыта, с Эшли, он запретил себе любить кого-нибудь. Пусть лучше вечно гнить от одиночества, чем чувствовать муки любви и потери. Тем более, что эта стерва предала его, одним действием разрушив все его доверие, которое он вырабатывал к ней за долгие годы. Так просто взять и навсегда разочароваться в человеке, понимая, что он вовсе не тот, кем казался. Такое ощущение, что все те годы были просто ничем, они растворились в воздухе и стали очень незначительными. Она даже не попросила прощение. Ведь если бы она извинилась, он смог бы отпустить эту ситуацию намного быстрее и полностью простить ее. А так, это осталось в нем и сжирало его изнутри, делая очень больно при каждом воспоминание о ее действиях и словах, которые он никогда не забудет, даже если сильно захочет. Поэтому он просто находил себе девушек, с которыми можно было не плохо провести время. Повстречаться несколько раз и разойтись. Никакой тебе любви, романтики, свиданий. Просто сексуальные отношения, не основанные не на чем. Но все-таки сердцу приказать нельзя, как ни старайся, и этот кучерявый и жирный купидон, все же смог пальнуть стрелой в его сердце, как только он отвлекся. Так хотелось найти его и надрать его романтичную задницу, чтобы он никогда даже близко не подлетал со своими стрелами амура. И таким образом, Фионна, прекрасная, милая и добрая девочка, поселилась в его сердце и прочно закрепилась там. Он пытался ее выгнать и забить свою любовь чем-то другим, но не выходило. Она успела там хорошенько ужиться, прям, построила себе целую виллу в его сердце, и жила. Любовь так и бурлила в нем нескончаемым потоком нежности и заботы. При каждом взгляде на Фионну, хотелось вести себя, как влюбленный придурок: делать всякие романтические сюрпризы, кричать на каждом шагу о своей любви, петь ей серенады, нежно целовать и обнимать ее, держать крепко за руку, говорить ей всякие приятные и ласковые слова и многое – многое другое, такое же ванильное и романтичное, как будто каждый день четырнадцатое февраля. Вампира тошнило от всей этой романтической дряни, он никогда не был таким. Такое ощущение, что Фи его заколдовала, и он просто был под воздействием феромонов. Но он знал, что это не так и это его реальные чувства, и это пугало его еще больше, чем сама любовь к человеку. Многие заметили, что его песни стали более искренними и грустными. И он сам тоже это замечал, но ничего не мог поделать с собой. Музыка была единственным местом, куда он мог излить свои чувства, не боясь их показать, и не выставив себя посмешищем. Вампир ворочался на кровати. Он хотел уснуть и забыть хоть на пару часов об этом происшествии. Мозг кипел, и сон никак не хотел приходить. И он думал и думал, ругал себя всеми матерными словами, которые он знал, но это не помогало. На душе легче не становилось. А тот поцелуй, все всплывал в памяти, и вампир вспоминал вкус ее губ. Только в тот момент, когда его губы коснулись ее губ, до него дошло, что он сделал. Поэтому он быстро прервал поцелуй, толком даже не начав его. Теперь он жалел и о том, что поцеловал ее, и о том, что не поцеловал ее по нормальному. Ведь если бы он ее поцеловал как нужно, то хотя бы это воспоминание осталось бы у него и грело бы душу. А так все осталось как-то наполовину. Он сделал все не правильно. *** «Фионна стояла около окна. Черные шторы за ее спиной развевались на ветру, медленно покачиваясь в разные стороны. Она медленно потянула за застежку своей шапочки, снимая ее и позволяя своим волосам струиться по плечам и по спине. Девушка тряхнула головой, и половина волос перекинулись на ее грудь, спускаясь волнами к животу. Она провела по ним руками, пропуская их между пальцев. - Тебе нравятся мои волосы? – спросила она. - Да, - ответил голос из темноты. Девушка сделала несколько шагов в темноту и остановилась. Она начала снимать свою синюю футболку, то, поднимая ее вверх, то, опуская вниз, как бы просто поддразнивая. Потом она сделала еще пару шагов, и, дойдя до кровати, поставила на нее свою правую ногу. Фионна аккуратно потянула за края гольфа, с двумя тонкими, светло-голубыми горизонтальными полосами в верхней части, и медленно начала снимать его. Она улыбнулась, глядя в темноту, и поползла по кровати, выгибая спину, и медленно передвигаясь всем телом. Когда она доползла до объекта, она провела рукой по его ноге и бедру, ласково поглаживая. Из темноты на нее смотрели красные глаза. Человек и вампир целовались сидя на кровати, используя по полной технику французского поцелуя. Они облизывали губы друг друга, тяжело дыша и не собираясь останавливаться. Вампир обнял девушку за талию, ближе прижимая к себе. Она слегка толкнула его на кровать и уселась сверху. Медленно проведя губами по его шее, она слегка прикусила его за кожу, улыбнулась, и продолжила дальше целовать его в шею. Он гладил ее по голове, откинув голову назад. Фионна оторвалась от шеи и перешла к уху. Она медленно облизывала языком за ушком вампира, поглаживая его правой рукой по щеке. Потом перешла к мочке уха, чмокая при этом губами и нежно засасывая. И, наконец, добравшись до ушной раковины, она просунула язык внутрь и начала им водить. Вампир тихо застонал, и сильнее прижал ее к себе. - Хочешь меня? – прошептала она ему на ухо. - Да. Очень. Фионна выпрямилась, немного сползла на ноги вампира, и сжала его брюки рукой. - Я вижу. Ты уже очень возбужден, - она продолжала сильно сжимать его рукой через брюки, с каждой секундой надавливая все сильнее. - Мне больно, - прошипел сквозь зубы Маршалл. Фионна злобно улыбнулась и продолжила свои действия, все так же сильно сжимая. Боль нарастала все сильнее с каждой секундой. Перед глазами начало темнеть… становилось очень темно и казалось, что уносит куда-то далеко. Маршалл падал все ниже и ниже. И конца бездне не было…» Маршалл Ли соскочил на кровати. На его лбу выступил кровавый пот, он тяжело дышал и пытался понять, где находится, и что случилось. Вампир осмотрелся по сторонам, увидев, что находится в своей комнате. Никого вокруг не было. «Это просто сон», - прошептал в темноту он. В брюках до сих пор пульсировала боль. Он посмотрел вниз на свои брюки, видя не хилый бугорок, который так и выпирал, больно уперевшись в ширинку. «Чертова Фионна», - злобно подумал он. Вампир коснулся рукой своих брюк, и медленно погладил себя. Его организм требовал разрядки, и само по себе это не прошло бы, а значит, надо было что-то предпринять. Он гладил себя поверх брюк, проводя рукой по ширинке, и закатывая глаза, от нахлынувшего удовольствия. В голове возникал образ Фионны из его сна, которая медленно стягивала с себя гольфы, и нежно ласкала его за ушком. Он потянул за ремень, расстегивая его, и опуская язычок замка вниз. Маршалл облизнул руку и дотронулся ею до пульсирующей плоти. Соприкосновение горячего с холодным вызвало в нем бурю эмоций, и он начал двигать рукой быстрее. Через несколько минут вампир выгнулся и, застонав, откинулся на подушки. - Обвинял Фионну в самоудовлетворении, а сам не лучше, - отдышавшись, проворчал он в пустоту. И тут какой-то посторонний звук врезался в его уши. Его вампирский слух обострился и он прислушался. Это был треск дощечки внизу. Значит, кто-то или что-то проникли в его дом. Быстро среагировав, он открыл ящик тумбочки, которая стояла у кровати, достав оттуда салфетки. Его руки были испачканы, и нужно было чем-то их вытереть. Быстро покончив с этим, вампир подлетел к лестнице, которая вела вниз, и прислушался. Тишина. Он тихонечко спустился вниз, и увидел силуэт около двери. В доме вампира было темно всегда, и в любое время суток, на его окнах висели черные шторы. Хоть дом и находился в пещере, и солнечный свет сюда почти не проникал, но все равно на всякий случай вампир занавесил окна. Да и он просто любил темноту. Поэтому в такой кромешной тьме он не стал разглядывать, кто это и просто бесшумно подлетев, впечатал силуэт в стенку. За секунду до того как его рука коснулась объекта, он услышал свое имя, сказанное высоким девичьим голосом. Найдя рукой выключатель, он включил свет. - Фионна?! – удивленно спросил вампир, и убрал от нее руки. - Больно, - пожаловалась она, щуря глаза от яркого света. - Извини, я не знал, что это ты, - оправдался Маршалл. - А как же твое шикарное вампирское зрение? – с иронией спросила она, и отодвинулась от стены, поправляя шапочку. Вампир повел бровью в сторону, и, делая вид, что не слышал вопроса, спросил: - Чего тебе надо? - Я пришла поговорить о том, что произошло на озере, у дерева, - сказала она, отводя взгляд в сторону. - Ничего необычного там не произошло, - зло сказал Маршалл, скрещивая руки на груди. - Ты поцеловал меня, - уточнила Фионна. - И что? - Ну, это что-то значит? Зачем ты это сделал? - Я просто хотел заткнуть тебе рот. Уж слишком сильно ты орала и раздражала меня, - грубо ответил вампир, даже не посмотрев в ее сторону. - Понятно, - протянула Фионна, и медленно прошла в сторону. Она села на твердый красный диван, слегка поерзав, пытаясь усесться поудобнее, и положила ногу на ногу. Вампир подозрительно посмотрел на нее, но подлетел к ней поближе, паря в воздухе. Пока Фионна шла до пещеры, где живет вампир, она поразмыслила над словами Кейк. Наверное, лучше не стоит сразу нападать с кулаками на Маршалла. Лучше действительно задать ему наводящие вопросы, и он сам расколется, начнет заикаться или краснеть, если он вообще умеет это делать. В общем Фи, решила прикинуться дурочкой, и наивно спросить у него про влюбленность. А если он снова начнет паясничать, то она ему так отобьет его штуку, которая между ног, что он неделями, ни летать и ни ходить не сможет. - Я совсем тебе не нравлюсь, Маршалл? – спросила она, снова перекинув ногу на другую ногу. - Да какому парню ты можешь понравиться! – хмыкнул Ли. – Ты себя в зеркале видела? Внутри Фионны уже разгоралось пламя злости, которое в принципе не угасло, благодаря вампиру, который доставал ее уже больше двух недель. Она глубоко вздохнула, чтобы не начать орать, и не дать ему по морде кулаком и сказала: - Да, я видела. А ты? Или твоя вампирская рожа не отражается в нем? - Видимо ты плохо смотрела. - Что тебе не нравится в моей внешности? – Фионна выставила руку вперед, слегка склонив голову. - Ты абсолютно не женственная! Эта твоя одежда, которая никогда не меняется. Эта твоя дурацкая шапка, которая уже выбешивает меня. Девушка, которая вечно таскается с мечом и дерется. Что может быть в этом привлекательного? – Ли, продолжал висеть в воздухе, скрестив руки на груди, и строя недовольную гримасу. - Я героиня, - злые нотки уже не получалось скрыть в голосе. - Вот именно! Девушка должна быть женственной, нежной, милой, а не грубой мужланкой, которую от парня отличает только наличие юбки, - фыркнул вампир. – Да даже Гамболл больше похож на девушку, чем ты! Фи резко встала на диван, схватив вампира за рубашку и швырнув того на пол. Все произошло настолько быстро, что Маршалл лежал, ну почти лежал, висел над полом, недоумевая, как он там оказался. Он моргнуть глазами не успел, как Фи буквально подлетев к нему, схватила его за грудки и сильно вдавила в пол. Вампир сильно ударился головой. Боль потекла по всей голове, опускаясь к шеи и плечам. - Ай, ты чего так резко набрасываешься? – зашипел он. - Ты, чертов вампир! Что ты хочешь от меня? Чего добиваешься? Ты говоришь, что тебе нравится меня злить. Так поздравляю, я рассержена как тысячи голодных зомби, - Фионна вжала в пол вампира, продолжая то поднимать, то отпускать его ниже, тем самым он постоянно ударялся головой. - Ты получаешь от этого удовольствие? Тогда и я получу свое, хорошенько набив тебе твою наглую клыкастую морду. Одна ее рука отпустила его рубашку, и она, сжав ее в кулак, резко ударила вампира по скуле. Он поморщился, но даже не пискнул. Видимо, пока она била его головой об пол, у него немного затуманилось в голове, и он лежал без действия, пока она снова заносила вторую руку для удара. На этот раз он получил в подбородок. Она в третий раз занесла руку для удара, но тут Маршалл успел перехватить, и сжать ее запястье. Он поднялся с пола, все еще чувствуя, как ее рука сжимает его рубашку. Фионна пыталась вырвать руку, но, видя, что хватка вампира очень сильная, она попыталась сбить его ноги, но он просто запарил в воздухе. И тут вампир поднял ее с пола, резко потянув за руку, и швырнул Фионну к стенке. Она снова ударилась плечом, которое ужасно болело, и видимо будет болеть еще очень и очень долго. Но она решила не сдаваться, и даже потянулась за мечом, чтобы подраться с вампиром. Так сильно он ее достал, что она была готова прикончить его, но она не успела вытащить меч. Вампир подлетел к ней и снова вдавил ее в стенку, сжимая ее плечи. Фионна громко застонала. - Мои плечи, - от боли она скрючилась и зажмурила глаза. - О, плечи твоя эрогенная зона? – ухмыляясь, спросил вампир. – Какой я молодец, так быстро ее нашел! - Идиот, - выдохнула Фионна. - Прекрати, у меня там синяки, от прошлого раза, - она заскулила от боли. Взгляд Маршалла быстро переменился с веселого и наглого на грустный и сожалеющий. Он не хотел делать ей больно, ни физически, ни душевно. Просто так получалось постоянно. Чертов сарказм, чертово отрицание, чертов характер вампира. Как же он себя ненавидел, когда так себя вел с ней. Но ничего не мог поделать, он чертовски злился на нее. Его хватка ослабла. Теперь его руки просто лежали на ее плечах. Фионна выпрямилась и открыла глаза. - Дай посмотреть, - сказал тихо вампир. Он подвинул правую руку немного в сторону ее шеи и пальцами начал отодвигать ее блузку. - Убери руки! Не смей лапать меня! – закричала Фи. Она ударила его по рукам, пытаясь вырваться из его объятий, но вампир опустил другую руку на ее локоть и слегка сжал, прижимая к стене своим телом. Он все-таки смог немного отодвинуть край ее блузки и увидел сине-фиолетовый очень большой синяк, который спускался куда-то вниз, теряясь в ее блузке. Маршалл дотронулся пальцами до него и слегка погладил. Все это время Фи кричала на него, посылая его куда подальше, запрещая себя лапать, и пытаясь достать меч. Но тут ей в голову пришла мысль, она резко подняла ногу, и так же резко двинула ей, точно попав в цель между ног вампира. Так как он стоял не вплотную к ней, а между ними было несколько сантиметров, ей удалось сделать хоть немного ему больно. Он резко охнул от боли, а потом слегка засмеялся. - Фионна, это уже третий раз, когда ты приходишь ко мне домой без приглашения. - И что? – заорала на него Фи. - А то, что я строго настрого запретил заходить сюда без разрешения. А ты нарушила его трижды, - хитро прошептал вампир. – Мне кажется или это поступок, достойный наказания? - он посмотрел ей в глаза. - Чего? - одновременно испуганно и удивленно, проговорила девушка, смотря на него своими прекрасными голубыми глазами. - Тебя пора наказать, - прошептал вампир ей на ухо. – Пришло Время Наказаний, - он усмехнулся и слегка рассмеялся. Фионна захлопала глазами. Теперь она точно попала.