Любовь кусается

Предупреждение: Смерть персонажа. А так же очень злой, агрессивный и жестокий Маршалл. Когда на земли Ааа опустили сумерки и последний луч солнца зашел и больше не мог обжечь чувствительную кожу вампира, он вылетел из своего домика. Маршалл собирался в отдаленную часть Снежного Королевства, где каждый день сыпал снег. Сам не зная, зачем он надел на себя шарфик в черно-серую полоску и черное пальто, не доходящее до колен. Возможно, ему хотелось чувствовать холод снега и быть более живым, хоть и формально. Вампир летел по воздуху, разглядывая снежные долины. Кругом было белым-бело, хоть уже и был вечер, снег все равно продолжал светить белым цветом и немного раздражал вампира и его чувствительное зрение. Он не особо любил снег, потому что сразу в воспоминании вспыхивало его детство, когда Снежная, тогда еще просто Симона пуляла снегом во всяких монстров и становилась совершенно неуправляемой. Он до сих пор помнил те безумные глаза, и знал сейчас, что все это бескрайнее снежное пространство ныне существует только благодаря ей. Но у Маршалла было дело, которое нужно было решить, поэтому он решил не отвлекаться на прошлое. Как-никак – это прошлое и изменить его невозможно, как бы ты не хотел. А вот и дремучий лес, полностью покрытые снегом старые ели и маленькие полянки. Где-то здесь в этом районе и находится Она. И сколько же времени вампир потратил, чтобы найти ее и вычислить местонахождение! Что он только не делал и куда не летал ночами напролет, расспрашивая всех, кто попадался на пути. Вампир летал в самые отдаленные уголки земли, чтобы только найти ее, но все заканчивалось провалом. Но если он ставил перед собой цель, то поверьте, обязательно ее достигал, чего бы ему это не стоило. И вот попытки и поиски увенчались успехом. Он нашел ее в этом снежном царстве, в дремучем лесу, но в тот раз потеря след. Теперь-то Маршалл Ли знал что она здесь и, несомненно, решил найти ее именно сегодня. Он принюхался, стараясь уловить знакомый запах, пропитанный сексом, чтобы обнаружить нахождение этого существа. Где-то внизу, между елями, наверняка скрываясь в какой-то маленькой пещере, жила она. Вампир спикировал немного вниз, растворившись в воздухе, чтобы его не обнаружили. Среди елок, завернутая в странный балахон – стояла она. Волосы были ярко-желтого цвета и очень длинные. Нечесаная челка закрывала глаза, на которых были надеты очки для зрения. На голове странная синяя шапка и руки в перчатках. Девушка шла медленно и, кажется, что-то искала в земле. Вампир бесшумно приземлился сзади нее и еще раз вдохнул запах. Сомнений не было – это была Меррик. Та самая, которая доставала его много веков. Та самая, с которой он иногда забавлялся в постели, та самая, которая чуть не поссорила их с Фионной. Та самая, которая чуть не убила его любимую девушку. Та, самая над которой, он сжалился, и чтобы она не умерла, сделал вампиром. Маршалл сделал несколько шагов, и снег захрустел под его ногами. Меррик застыла на месте и выпрямила спину. Глаза девушки наполнились ужасом, и она медленно развернулась. Вампир стоял, не двигаясь и улыбался ей во весь рот. На фоне снега его зубы и клыки стали совсем белоснежными, отчего его оскал выглядел более зловеще. - Добрый вечер, дорогуша, - сказал он ей. – Хотя для кого-то и не добрый и последний. Девушка опешила и сделала шаг назад, строя самое невинное лицо в мире. Она сделала вид, что совершенно не знает кто это и решила играть свою роль до последнего. - Кто вы? – милым голоском спросила она. – Что вам нужно? Ли засмеялся, поправляя свой шарф. Несомненно – ей нужно было играть в театре – проституток. - Конечно, ты меня не знаешь, милое дитя, - тоже невинно ответил он. – Но мы сейчас познакомимся и ты мне расскажешь, что ты здесь делаешь и как ты долго бежала от дяди Маршалла, и как ты скрывалась и убила несколько вампиров, которые охотились за тобой. - Я не понимаю о чем вы, - запаниковала девушка. – Я вас боюсь! - Конечно, боишься, ведь я твоя смерть в обличие красивого парня, - устрашающе ответил он. – Ну, разве тебе не повезло, что ты умрешь от руки такого как я? Многие бы этого хотели. Меррик попятилась назад, раскидывая руки в сторону. - Даже не думай убегать. Сейчас ты этого не сможешь сделать, - голос Маршалла становился все более грозным. – Кто самый сильный и старый вампир в этом мире? Конечно же, я. И ты думала, что сможешь навсегда скрыться от меня? Или думаешь, что сможешь меня убить? Нет, деточка. Сегодня твой последний вечер. Так что проведи его с достоинством, и встреть свою смерть как и положено гордым и прекрасным вампирам. Все. На этом Меррик больше не смогла играть или притворяться. Она застыла белоснежной статуей и смотрела через очки в глаза своему Королю. Он нашел ее довольно быстро, и теперь точно ее убьет. «Нужно бежать» - подумала она и, развернувшись, быстро взмахнула в воздух. «Надо постараться от него скрыться». Только вот Ли ждал, что она рванет, поэтому как только она развернулась, он в мгновение ока схватил ее за руку. Секунда – и он потянул ее к себе, прижимаясь к ней грудью. - Не убежишь, - прошипел он. – Теперь ты моя добыча, и я немного поиграю с тобой, прежде чем убью. Маршалл сильно скрутил ее руку, выгибая ее в другую сторону. Своей же второй рукой он обнял ее за горло, давя на него, но, не собираясь ее задушить, зная, что это бесполезно. - Ты думала, что если будешь носить очки и с каждым пробуждением красить волосы в желтый цвет, то я никогда не догадаюсь, что это ты? – рычал ей на ухо вампир. – Я вычислил тебя по запаху, от которого, чем бы ты ни мазалась – ты никогда не избавишься. - Господин, пожалуйста, не убивай меня, - наконец-то взмолилась Меррик. - О, твоя амнезия прошла? Неужели ты вспомнила, кто я? – съязвил Маршалл. - Мой Король, пожалуйста, - девушка закашляла, потому что вампир слишком сильно сжал ее горло. – Я и не забывала тебя. Ты для меня мой Бог. Пожалуйста, смилуйся и прости меня. Я сделаю все, что ты захочешь и прикажешь мне. - Если бы ты действительно подчинялась мне и моим законам, то никогда бы не нарушила их. Но ты столько раз нарушала все и делала, то, что тебе вздумается. Я прощал тебя, потому что жалел, но ты посягнула на святое – Фионну. За это я выжгу тебя до самого пепла, - оскалился вампир, и показалось что его зубы стали еще длиннее. Меррик заплакала. Кровавые слезы медленно потекли по ее щекам. Она не хотела умирать, как и любое другое существо. Пусть она и прожила столько веков, но умирать совсем не хотелось. Что же делать и как уговорить Господина не делать этого? А Маршалл в это время сжимал ее горло, не скрывая свое наслаждение, когда слышал хрип. Как же сейчас он чувствовал себя хорошо. Наконец-то она в его руках и он расправиться с ней раз и навечно. - Я не Бог, - вдруг сказал он. – Но я буду твоим личным дьяволом. Я не знаю, куда отправляются души вампиров после смерти, но очень надеюсь, что ты попадешь в самые нижние слои Ночесферы, к моей мамочке, которая хорошенько поиздевается над тобой до скончания времен. Только тогда ты уже не будешь помнить кто ты. - Вампиры не попадают в Ночесферу, - всхлипывая, промолвила Меррик. - Возможно, ты права. Ведь когда тело сгорает дотла, то и душа сгорает вместе с ним, - задумчиво посмотрел на снег Маршалл. – Только вот в чем вопрос: а есть ли душа у вампиров? Меррик молчала, чувствуя его руку на своем горле. Хватка Маршалла была сильной, и выбраться не получалось. Вампир же задумался над вечными вопросами жизни и смерти. Глаза его стали светиться красным и он, широко открыв рот, вцепился вампирше в глотку. - Ммм, - замычала она, сквозь слезы. Король Вампиров медленно пил ее кровь, слыша в голове сильный барабанный бой. Как же это было приятно! На самом деле кровь доставляла, куда большее удовольствие, чем секс. Своего рода это было его заменой у всех вампиров. Поэтому во время любовных утех вампиры кусали друг друга, чтобы получить двойное наивысшее удовольствие. Кровь Меррик выкачивалась из ее организма и перетекала в рот Маршаллу. Слабость начала охватывать тело девушки и ее ноги подкосились. Кровь вампирши не была такой же сладкой и манящей, как у Фионны. Не смотря на то, что она тоже когда-то была человеком, ее вкус был немного горький, смешанный с кровью других людей, которых она убивала и опустошала. Вампир выпил почти всю кровь из ее тела и, вытащив свои клыки, громко простонал. Он облизнул губы, на которых остались капельки крови, и швырнул девушку на снег. Меррик упала лицом на землю, и, собирая силы, перевернулась на спину. Ее очки упали в снег, а шапка соскользнула с головы. Сверху на нее смотрели злые и ярко-красные глаза ее Господина. - Ты намеренно спряталась именно здесь, зная, как я не очень люблю эти места, наполненные воспоминаниями, - сказал он. – Снежное Королевство – это довольно умно с твоей стороны. Девушка продолжала поглядывать на него, чувствуя нарастающий страх. Мертвое сердце забилось. - Подождем, пока твое сердце выработает еще крови, - Маршалл еще раз хищно облизнулся. – А пока… Он нагнулся и схватил ее за плечи. Мгновение – и ослабленное тело Меррик со всей силой полетело в дерево. Она ударилась об него и отлетела на несколько метров вперед. Из ее рта потекла кровь, которая чудом осталась в ней. Снежная земля покрылась красным цветом. Меррик кашляла и ползла по земле к ногам Маршалла. Она схватилась за его брюки и прижалась щекой к ноге. - Молю, не убивай, - еле выговорила она, отхаркиваясь кровью. Маршалл презренно пнул ее ногой в живот, и та снова упала на землю. - Прекрати меня умолять! Это так жалко, - злость в его глазах увеличилась. – Ты не достойна называться вампиром. Даже умереть с честью не можешь! – Маршалл плюнул на нее со всей силой. – Ты мне противна. Маршалл продолжал пепелить ее взглядом, выражая свое презрение и некую ненависть. Кровь в организме вампиров вырабатывалась быстрее, чем у людей. Вампирше стало получше и она привстала и села на колени, вытирая рот рукой. - Раз не хочешь меня простить, то тогда давай сражаться по-честному, - сказала она. – Я имею право на защиту своей жизни. - Хочешь убить меня? - У меня не остается другого выбора, - Меррик опустила голову вниз. – Либо ты, либо я. Маршалл расхохотался. Нет, она серьезно намерена убить его? Что за комедия! Эта жалкое и никчемное существо решило поднять руку на самого Короля Вампиров? Ее точно ждет ужасная и мучительная смерть. - Тогда готовься сдохнуть, тварь, - с этими словами Маршалл кинулся на нее. Два вампира повалились в снег и начали драться друг с другом. Сил у Меррик было значительно меньше, чем у Маршалла, но она старалась ударить его хоть пару раз. Они кувыркались в снегу и Меррик царапала его своим ногтями, пытаясь укусить. Маршалл же в свою очередь хотел ее придушить, но или хотя бы сломать ей что-нибудь. Так они и барахтались из стороны в сторону, пока вся их одежда и волосы не покрылись белоснежным снегом. Как только Меррик пыталась взлететь – Маршалл хватал ее за руки или ноги и тащил назад. Он не мог ей позволить взмыть в воздух. Там бы их битва выглядела бы серьезнее и у него были бы шансы проиграть. В конце концов, он прижал ее лицом в землю, с силой надавливая на руку. Кость под его тяжесть громко хрустнула, ломаясь внутри. Он все-таки сломал ей руку. Меррик замычала от боли, а парень же не стал тратить время и просто снова впился в нее зубами, так же давя на сломанную конечность. Выпив успевшую возобновиться кровь, он развернул девушку лицом к себе. Конечно же, вампиры имели свойство быстрого заживления и восстановления, но все равно чувство ломающейся кости было таким же ужасным, как если бы смертный себе что-то сломал. Он сжал ее горло обеими руками и снова тот жуткий звук хруста ломающейся кости. На этот раз он сломал ей ключицу, с нескрываемым удовольствием в глазах смотря на ее корчащееся лицо в гримасе боли. - Как же мне нравится этот звук, - прорычал вампир, сверкая глазами. Меррик лежала под ним без сил на сопротивление. Она знала, что рано или поздно все так и закончится, хотя совершенно не была к этому готова. Вампир и демон не самое лучшее сочетание для существа. Когда Маршалл был в ярости, он становился безжалостным ко всему и ко всем. В это время лучше было бы к нему не подходить, иначе бы просто зашиб на месте, не думая. Мы не говорим сейчас о злости или просто расстроенном настроении, нет – сейчас мы говорим о настоящей дикой и безумной ярости, которая приходила в моменты подобные этим. Маршалл был убийцей и не скрывал этого совсем. Он убивал и тысячу лет назад и пару веков назад, и сейчас. Совесть давно была потеряна им за долгие годы такой жизни. Вампиры, которые ходили в его подчинении, знали, что лучше не стоит раздражать Маршалла или нарушать законы, которые он издал, иначе бед не оберешься. Те, кто все таки нарушал, в зависимости от степени своей вины, либо был прощен, если это было в первый раз, либо исчезал навсегда и никогда больше не появлялся. Маршалл мог простить только первый раз. Если же это повторялось, то тогда жди беды и бойся солнца. Одной Меррик он прощал слишком много. И не послушания насчет законов и отношение к нему лично. Она была единственной, кого он сам превратил в вампира и, наверное, поэтому он чувствовал некую ответственность за нее и берег. Только вот всему бывает предел, и терпение вампира переполнилось в тот день, когда она, держа за руку Фионну, пришла вместе с ней. - Поиграем в ломание костей немного еще, - злобно сказал он. – До рассвета есть еще несколько часов. Меррик с ужасом посмотрела в его безумные глаза и поняла, что следующий рассвет она не встретит. Сколько продолжалась ужасная пытка, девушка не знала, но могла сказать точно, что он успел несколько раз переломать все ее кости. С каждым разом он с восхищением слушал звук и треск кости и ломал их, стоило им заново срастись. Изо рта Меррик шла кровь, и она плакала кровавыми слезами, продолжая умолять его остановиться. В Маршалле включился демон, такой же жестокий, как и его мать, и он не слушал ее мольбы. Он просто смотрел на ее лицо – заплаканное и жалкое, и зло улыбался. Наконец-то он убьет эту тварь, что за столько, веков выпила всю его кровь, в переносном смысле. Так же он временами пил ее кровь, в перерывах между поломкой костей. Он не хотел дать ей прийти в себя, поэтому одну боль заменял другой. Снова хруст и снова Меррик задрожала и застонала от боли. - Прошу, перестань, - выговорила она. – Убей меня уже, пожалуйста. - Теперь ты молишь о смерти? – страшная улыбка на его лице, была неописуемая. – Еще немного и я позволю тебе умереть. До рассвета остался час. И действительно, через несколько минут Маршалл встал и вытащил из-за дерева мотки веревки. Наверное, он заранее их принес и спрятал именно здесь. Это были толстые и прочные веревки, сделанные из самых прочных материалов. - Время побыть жертвой паука, - сказал он. Маршалл схватил Меррик за ногу и потащил сквозь лес к небольшой полянке, намеренно цепляя ее за сучки и камни на земле. Положив ее тело в самый центр поляны, он начал обвязывать веревки вокруг близ стоящих деревьев. Привязав одну веревку, другим концом он крепко привязывал ее к телу Меррик. И так он поступал с каждым деревом на его пути. Веревки были длинные и очень больно сжимали ее тело. Таким образом, Маршалл сплел из веревок, что-то вроде паутины. Меррик лежала подвешенной в самом центре, словно жертва паука в паучьей сети. Веревки были натянуты очень туго и тянули все ее конечности в разные стороны. Она висела над землей, окутанная ими и чувствовала сильную тянущую болью по всему телу. Некоторые кости еще не срослись, и одновременно веревки приносили новую боль. Маршалл пробрался сквозь паутину веревок. Сейчас он действительно был похож на маленького паука с черными волосами и красными глазами. Он посмотрел на нее с некой жалостью на лице и погладил по щеке. - Прощай, - сказал он. Солнце уже начало вставать, потихоньку вылезая из-за кронов белоснежных деревьев. Маршалл спрятался под одной елью и, надев перчатки, укрылся своим любимым черным зонтом с черепом. Он стоял в тени дерева, и солнце не касалось его. А вот Меррик была в самом центре поляны, и новорожденные лучи солнца потихоньку начали попадать на нее. Несколько волдырей появилось на ее теле и покраснениями пошли дальше. Она стала пытаться вырываться из своего плена, надеясь, что сможет развязать веревки. Она тянулась вверх, думая, что может получиться улететь. Все попытки были тщетными. Чем выше поднималось солнце, тем больше она горела и дымилась. Меррик была старым вампиром и не могла сгореть моментально, как какой-нибудь новообращенный вампир, поэтому мучилась намного дольше. Солнце медленно, но верно проникало ей под кожу, принося сильное чувство боли. Она корчилась и все еще не оставляла попытки сбежать. Маршалл Ли стоял в стороне и наблюдал за этим всем. Нос ужасно чесался от едкого дыма горящей плоти. Воняло. Парень морщился, но взгляд не сводил. Он должен был убедиться, что она сгорит окончательно и собрать ее пепел, чтобы потом развеять, иначе она может вернуться. Прошло достаточно большое количество времени, прежде чем огонь полностью охватил ее. Она кричала в диком предсмертном крике и сгорала. Веревки на ее руках загорелись, и половина ее тела свесила вниз, но сейчас это уже не могло ей помочь. Разум был отключен, и сил больше не было выбраться. Таким образом, тело Меррик загорелось ярко-оранжевым огнем, превращая в обугленную плоть. Маршалл тяжело вздохнул. Прошло пару часов. От тела Меррик оставались только обугленные кусочки костей. Они продолжали тлеть на солнце, и вампир терпеливо ждал, когда все остатки ее кусочков истлеют и окончательно превратятся в пепел. Маршалл прижался головой к дереву и подумал о Фионне. Интересно чтобы она сказала, увидев все это? Как бы отнеслась к нему и к ситуации? Она наверняка была бы в шоке от того что увидела бы. Это было очень жестоко и кровожадно, но очень по-вампирски. Настоящие вампиры должны быть злыми и агрессивными и должны убивать. Хотя иногда и можно побыть милым и пить красный цвет с предметов, чтобы не навредить любимым, но все же. Да и вообще, Фионна сама в некоторой степени убийца. Пусть она и убивает монстров, которые вредят окружающим, но ведь она поднимает на них меч и не раздумывая втыкает в них, совершенно не переживая по этому поводу. «Мы в этом похожи» - подумал Маршалл. Он расправился с Меррик раз и навсегда, и теперь чувство грусти накатило на его бессмертную душу. Все-таки убивать ее было душевно тяжело, но демону, который включился в нем, в момент, когда он издевался над ней и ломал кости, было плевать. Маршалл ненавидел эту темную сторону своей сущности, но не мог от нее избавиться. Быть демоном и вампиром и стараться быть хорошим – это очень тяжело. Ведь ему уже угораздило стать таким вот много веков назад. Нужно было унять тошноту от запаха горелой плоти, которая растеклась на метры от места преступления, но сначала Маршаллу предстояло собрать пепел, который когда-то был Меррик.