«BDSM: SuLay»

Наконец наступил тот момент, когда корейская и китайская подгруппы будут жить в одном общежитии. Исин с Чунмёном ждали этого больше всех. Ведь, находясь на больших расстояниях друг от друга, им приходилось воздерживаться и удовлетворять себя только собственными руками, думая о партнёре, а это мало как может доставить удовольствие. Они буквально в первую же ночь устроили сессию. Сухо надел на руки младшего наручники, закрепляя их за спиной, затем надевает на него кляп. Исин лежит на кровати обнажённым, грудь постепенно то вздымается, то опускается, член немного эрегирован от сладкого ожидания. Сухо проводит ладонями по напряжённым бёдрам. - Ты так напряжён, давай помогу тебе расслабиться. Чунмён садится между раздвинутых ног Лэя, приподнимает его и начинает языком смачивать пульсирующий анус. Исин вздрагивает всем телом и стонет, но из-за пластикового шарика получается мычание. Достаточно, по своему мнению, смочив анус младшего, Сухо просовывает внутрь указательный палец, Исин прогибается, пытаясь самому насадиться на палец как можно глубже, чтоб подушечка упиралась в простату и сводила с ума. Старший усмехнулся и ввёл второй палец в Лэя, стимулируя простату, отчего последнего бросило в жар, шумнее начал мычать, весь трястись и закатывать от удовольствия глаза. Чунмён продолжает сладкую пытку, наслаждаясь дрожью тела младшего и стонами, превращённые кляпом в мычание. Но стоит корейцу заметить, что Исин уже вот-вот готов кончить, начал несильно потягивать его мошонку, чтобы не смог кончить. Послышалось уже жалобное мычание, когда Лэй понял, что сделал старший. - Теперь твоя очередь, - сказал Сухо, расстёгивая наручники на руках младшего, далее снимая с него и кляп. Нередко такое бывает, что они меняются ролями во время сессии. Но тому, кто был изначально нижним, и во время смены ролей приходится «мучиться», как, например, Исину сейчас – он всё ещё возбуждён и не имеет права себя удовлетворять – без просьбы второго партнёра это запрещено у них. У китайца трясутся руки, поэтому ему тяжело надеть кляп и наручники на Чунмёна, а того ещё больше возбудило то, как мучается младший, как сбито и шумно дышит, весь трясётся и на коже выступает испарина, взгляд затуманен, движения не точны, отчего более нежны, манящи, возбуждающи. Лэй сидит на бёдрах старшего, их члены соприкасаются, дуря голову обоим. Руки беспорядочно бродят по груди и животу, вызывая толпу мурашек у корейца, который мычит почти так же, как и Исин минутам ранее. Младший пощипывает соски, помня, что они – слабое место Чунмёна; позже опускается и проходится языком по сморщенной коже одного соска, продолжая теребить пальцами второй, вскоре начинает засасывать сосок, вынуждая старшего стонать намного громче, точнее мычать. Исин всё-таки плохо надел наручники на старшего, поэтому тот смог освободиться от них, притянуть к себе младшего и, сняв с себя кляп, начать дуть на шею Исина, сжав член у основания свободной рукой. Лэя охватывает дрожь, он пытается вырваться из хватки старшего, ощущая, как внизу живота тяжелеет и хочется к чёрту нарушить правило, подрочить и кончить, поскорее избавившись от почти навязчивого возбуждения. - Ты всегда так бурно реагируешь, - сказал Чунмен, прежде чем снова дунуть на чувствительную шею, слыша уже хныканье со стороны Исина. В какой-то момент Сухо разжимает кольцо из пальцев, снова дуя на шею младшего, последний почти сразу кончает на живот корейца. Лэй опирается руками о плечи старшего, прикрыв глаза и сбито дыша ртом, глотая воздух, всё его тело взмокло, покрылось испариной. - Исин, - шепчет старший, напоминая о своём существовании. И стояке. Младший вскоре начинает садиться на возбуждённую плоть Чунмёна, последний переворачивает его на спину, начиная наяривать бёдрами. Исин заполняет комнату своими стонами, когда член старшего проходится по простате. Сухо от этого только активнее двигается, отчего ещё и шлепки двух мокрых тел слышны в комнате. Вскоре кореец, чувствуя скорую разрядку, почти ложится на младшего, дыша ему в шею, из-за чего Исин весь дрожит от возбуждения. Они кончают одновременно, Чунмён лежит на младшем, приводя дыхание в норму. - Боюсь, нас слышали, - делает свой вывод Исин. - Ну и что? Ты бы слышал, как стонет Бэкхён под Чанёлем – вот им надо об этом задумываться.