Почти мертвец

Молодой человек лет восемнадцати-двадцати нехотя открыл глаза. Каждое утро он видел одну и ту же картину: потолок, давно покрашенный, на котором висела лампочка, иногда потухавшая ни с того ни с сего; стены, стоящие уже не одно поколение, и кровать, недавно поставленная, но уже «вросшая» в эту комнату. По привычке юноша, или, лучше сказать, молодой мужчина, застелил постель, умылся, оделся, заткнул за пояс мечи и направился к выходу. Нужно было показаться на глаза начальству. Но на пороге остановился, и взгляд неохотно, но привычно скользнул в угол комнаты, где стоял меч в белых ножнах. Юноша уже давно не прикасался к нему. Когда он брал катану в руки, та могла не слушаться его в бою, а просто держа её , молодой человек слышал, как сталь обиженно и раздраженно дребезжала. - Эй, ты слышал? - двое дозорных стояли у окна и тихо разговаривали. - Что? - Говорят, сегодня прибудет какой-то известный пират. - Тоже мне новость, - хмыкнул бородатый мужчина, явно один из тюремщиков-старожилов , посмеиваясь над коллегой-новичком. – Здесь таких побывало – не сосчитать. Это же известнейшая тюрьма, только Импел Даун познаменитей нас будет. Так что такими «гостями» тут никого не удивишь. - Кстати, а что это за стрелки на стенах? - А… Это для одного из главных тюремщиков, у него это… Дозорный не договорил, юноша с катанами наперевес прошел мимо, немного кося взгляд на разговаривающих. Когда он миновал их, дозорный лишь показал пальцем в его сторону и шепнул: « Для него, он в пространстве не ориентируется». - Корабль Вице-адмирала на горизонте! - донеслось откуда-то с одной из вышек тюрьмы. Множество дозорных буквально высыпало на пристань для торжественной встречи корабля. Мечник встал в средних рядах. Новый заключенный будет под его присмотром до приведения приговора в исполнение. Но посмотреть можно на него и сейчас, «верхушка» всегда слишком много внимания уделяет формальностям. Корабль наконец-то причалил к берегу. Тюремщики разом отдали честь при виде самого Вице-адмирала, хотя все больше хотели увидеть заключенного. Воображение каждого рисовало кровожадного убийцу или холодного, как лед, стратега. Все неожиданно замерли. В образовавшейся тишине слышался мерный звон цепей. Кандалы оттягивали руки известного заключенного. Все повернулись в одну сторону, ожидая увидеть ужасающего преступника. Но при виде пирата на некоторых лицах можно было прочитать недоумение. Кровожадным убийцей оказался паренёк лет семнадцати. В рядах послышался смешок. Но продолжался он недолго. Пират спокойно смотрел по сторонам и иногда задерживал на ком-то свой взгляд. Несчастный дозорный неожиданно для себя делал шаг назад, восстанавливая статус заключенного как «опасного человека». И с уст каждого слетало лишь одно: - Это Мугивара! - Мугивара! Молодой тюремщик тоже встретился глазами с заключенным, но, поборов волну непонятной тревоги, остался стоять на месте. Остановившегося пирата подтолкнули, и тот спокойно пошел дальше. Странно, но, кажется, он улыбнулся… - Ух. И страшно-то было… - Ага. Я-то, когда его увидел, подумал, как такой может быть пиратом, но потом вдруг испугался. Не пойму, правда, почему… Мечник прошел мимо собеседников. Лишь от одного разговора его лицо исказилось. «Дурни. Его глаза... В них не было ни тени страха или отчаяния...» Но надо было спешить. Тюремщику скоро возглавлять конвой, а потом еще и следить за этим Мугиварой. - …Пират по прозвищу Мугивара передан вам в согласии с приказом начальника тюрьмы. Вы должны сопроводить его до камеры В11, – тюремщик уже не знал чем заняться. Все время одно и то же. Куча пафоса, а нужную информацию в одном предложении уместить можно. Однако выбор камеры было тяжело не похвалить. Любая из камер «В» обладала особыми свойствами: заключенный находился в полной темноте, лишь в двери было маленькое окошко, откуда можно лицезреть только охранника и стену тюрьмы. Сам охранник видел лишь очертания заключенного, но этого было достаточно, чтобы следить за ним. - А у вас тут хорошо кормят? – почему-то Мугивара вел себя, как на прогулке. Кажется, его мало волновал конвой, цепи на руках, и то, что уже в три часа дня его казнят. - Неплохо, но на смертника переводить продукты не будут, – голос мечника звучал спокойно. Другие дозорные были чуть ли не восхищены тем, как молодой тюремщик отвечал на глупые вопросы опасного преступника. - Уууууу, вот черт… Значит, кормить не будут? – пират на секунду задумчиво нахмурился, но потом улыбнулся и весело сказал: - А наш кок так вкусно готовит! Только жутко злится, если я ночью есть хочу, даже холодильник с замком купил… Как только мечник услышал о коке, его снова перекосило. Диалог больше не возобновлялся. Вскоре конвой прибыл к месту назначения. Отдав честь мечнику, все дозорные вышли, а тот сел рядом с дверью камеры В11. Заключенный молчал долго, как будто не хотел разговаривать, а потом вдруг его задумчивый голос разорвал тишину. - Я, кажется, слышал твое имя раньше. - И что с того? - Странно, я слышал, что у тебя была цель. А сейчас ты какой-то тюремщик. Снаружи стальной двери камеры послышался тихий смешок. - Вряд ли она была. Я не помню. Но ты лишь доказательство ненужности подобной мечты. Ты был одним из тех, кто гонялся за чем-то несуществующим, и теперь тут. Какова была твоя цель? Пират также издал смешок, хоть и несколько грустный, чем заставил кривую усмешку сползти с лица тюремщика. - Стать самым свободным человеком - Королем Пиратов! Тюремщик засмеялся, но смех был тяжелый, ненастоящий. - Самым свободным человеком? Глупец! Посмотри на себя. Ты - смертник! Я и то свободнее тебя! Мугивара молчал. Мечника это не просто беспокоило, а нервировало. Он встал и посмотрел в окошко в двери. Почему-то лицо пирата было отлично видно, хотя обычно из-за строения камеры охранники различали лишь внешние очертания заключенных. - А вот и нет! Я, конечно, много удивительного видел, но предстоит увидеть еще больше! Как я могу умереть? Паренек широко улыбнулся. Такое ощущение, что это была не мечта, а судьба, от которой не то, что не уйдешь, а не убежишь, не уплывешь и не улетишь. Тюремщик сощурился. Почему же он отчетливо видел улыбку Мугивары? А тот лишь посмотрел в окно камеры и ужасающе сказал: - Знаешь, я не вижу тебя… Глупые слова, но они выбили тюремщика из колеи. Голос его больше не звучал мерно. - Да ты... Ты больше ничего и не увидишь! Твоя жизнь подходит к завершению здесь, осталось всего ничего, пара часов! И снова это тяжелое молчание… Волна нового беспричинного волнения охватывает молодого человека, напряженно ждущего, когда голос пирата вновь разрежет тишину. Но теперь этот голос звучал, как у обиженного ребенка: - Я тут подумал, даже если бы ты был сильнейшим человеком в мире… Слова растянулись, что-то больно зашевелилось, скрытое в глубине души фехтовальщика. «Ты все еще слаб…», - пронесся забытый голос в голове. Мугивара на мгновенье замолчал, как будто следил за тем, что сейчас творится у мечника внутри. Тот спросил, то срываясь чуть ли не на крик, то резко затихая: - Что? Что?! Что бы ты сделал?! - Не взял бы в команду. Мне мертвецы не нужны. Слова жгли, растягивались, ускользали и снова возвращались. Как будто издевались. Тюремщик отвернулся и ничего не произнес после. Просто сел на пол, опершись спиной на железную дверь, и привычно «обнял» катаны. Охрану сменили за три часа до казни, а тюремщика отправили отдыхать. Тот пришел к себе в комнату, сразу же упал на кровать и попытался заснуть. А в голове крутилось одно и то же: улыбка Мугивары, взгляд, полный уверенности, слова до сих пор приносившие боль, и слова, похороненные где-то в глубине души. - До казни Мугивары Луффи остался час, – услышал молодой человек из-за окна. Он раздраженно повернулся на другой бок и немного сжался. Его лихорадило от мыслей. В комнату кто-то забежал. - Сэр, вас просят зайти к начальнику тюрьмы. Мечник кивнул, после чего дозорный выбежал, оставив его одного. Немного просидев с отрешенным взглядом, юноша медленно провел ладонью по лицу и запустил пальцы в короткие волосы зеленого цвета, затем встал и прошел к заветному углу. Дрожащая рука неуверенно коснулась ножен, а потом крепко их сжала. - Я решил. Другая рука обхватила белую рукоять и вынула из ножен катану. - Теперь ты доволен? Меч ничего не ответил. Но теперь он не дребезжал в руке. Лицо юноши просветлело. - Спасибо. Он заткнул оружие за пояс и побежал так быстро, как только мог, цепляя не успевших посторониться дозорных. Мугивара сидел в камере, изредка позвякивая цепями. На каменной лестнице раздался грохот. Резкий звук. Железная дверь просто напросто оказалась разрезанной, а в дверях стоял запыхавшийся зеленоволосый. Пара взмахов белой катаной, и наручники спали. Бывший заключенный встал и с широкой улыбкой на лице посмотрел на своего бывшего тюремщика. - Все же пришел? - Да… - парень замялся - Эй… А ты точно не взял бы меня в команду? - У тебя есть цель? - Да! Стать сильнейшим мечником мира! - голос прогремел над сводами печальной тюрьмы. - Отлично! Теперь взял бы, - и снова задорная улыбка. Сверху раздался шум. Кажется, все это не осталось незамеченным. - Придется пробиваться. Мугивара размял кулаки. - Ничего. Не привыкать. Бывший тюремщик усмехнулся, посмотрев на уверенное лицо теперь уже его капитана, и они одновременно ринулись вперед. - Тревога! Тревога! Мугивара Луффи сбежал! - Как? - Ему помог… В это время, словно ураган, мимо пронеслись два молодых человека, один из которых задавал слишком много вопросов. - А что это за стрелки? - Ну, это чтобы не заблудились…. - Кто? Ты? - Нет! – вспыхнул юноша и уже потянулся, чтобы ударить Мугивару. - А может, завернем на кухню? - Кажется, я знаю, почему тебя поймали, Мугивара… - Зови меня Луффи. -Нам туда! – раздался торжествующий вопль Луффи, увидевшего свой корабль. Накама уже стояли на суше и с нетерпением ждали капитана. Рядом с кораблем лежало без сознания несколько десятков дозорных и их было бы еще больше, если бы время побега не совпало бы с временем прибытия команды. Как только двое парней подбежали к остальным, блондин нахлобучил на голову Луффи соломенную шляпу, которую все время держал в руке. - О! Маримо! - Че ты сказал, Страннобровка? Фехтовальщик улыбнулся, наверное, первый раз за долгое время. Это не скрылось от глаз Луффи. Он моментально разнял дерущихся и оставил свою руку на плече у мечника. - Знаешь… - А? - Теперь я тебя вижу, Зоро!