Его звали Питер.

      - Здравствуй, Венди, это я, ты помнишь?       Метель усиливалась. Ветер хлестал по незапертым окнам, заставляя их стонать от боли, выгибаться навстречу новым ударам. Снег залетал в палату, оседал на тумбочке, на полу, на кровати. Две фигуры, освещаемые мягким светом уличного фонаря, съеживались от холода, кутаясь кто в свитер, кто в одеяло. Выдался очень холодный январь. А в душе было еще холоднее.       - Ну, милая, вспоминаешь? Капитан Крюк, наверное, передал бы тебе привет. Только ведь он не такой упертый, как я. Он давно вернулся в ваш мир, и, вероятно, уже давно отправился в иной, тот, откуда еще никто не возвращался. Может, по нему даже кто-то плакал.       - Как малыши?, - после последней фразы парень горько ухмыльнулся, вспоминая, что они уже давно выросли, и, скорее всего, сражаются теперь с Капитаном где-то очень далеко. Ну, помните то, Иное место? Фигура на кровати, тихо вздыхая, перевернулась на спину, и теперь глядела стеклянными глазами на потолок с таким интересом, будто там невероятные, дивные узоры, а не белая, местами облупившаяся краска. Язык не повернется назвать этот интерес «живым», потому что…       - Я до сих пор твои колыбельные помню, - продолжал юноша, упрямо не желая замечать, что его слушателю это, кажется, совершенно неинтересно, - я без них больше не могу уснуть. А Динь совсем не так поет, хотя очень старается. Да, она до сих пор жива. Я знаю, ты до сих пор в нее веришь.       Тут он услышал шаги за дверью, и, не желая, чтобы его кто-то заметил, узнал, вспомнил, бросился в открытое окно и там, паря над сонным городом, тихо прошептал: «Вспоминай меня, Венди. И прощай»       В палату забежали несколько пронырливых ребятишек, гонимые суровым голосом женщины: «Тихо, дети, бабушку разбудите». Дама в кровати довольно улыбнулась, переводя взгляд на нежданных гостей.       - Бабушка, бабушка, а расскажи про пиратов!, - закричал паренек со смешными веснушками.       - И про фей, - упрямо протестовала девочка с двумя косичками, располагаясь рядом с братом на бабушкиной кровати.       - Дети, бабушка устала, не докучайте ее разго.., - начала было дама, но Венди прервала ее.       - Все в порядке, милая, - с этими словами старушка поднялась и, вглядываясь в небо, заостряя свое внимание на той, самой яркой из двух Лондонских звезд, смотря на ту, что выше, мысленно поворачивая направо и держа курс до рассвета, шепотом промолвила:       - Его звали Питер. И он был самым замечательным человеком, которого я когда-либо знала.