Мертвая тишина

К утру Скорпиус так и не вернулся. Звонить ему Гарри и не пытался, ведь если Скорпиус предупредил его, что исчезнет (а предупреждал он крайне редко), то связаться с ним не предоставиться ни единой возможности. Несмотря на то, что исчезать на время было прерогативой Скорпиуса, к которой за долгое время можно было бы уже и привыкнуть, Гарри было не по себе. И скорее не от того, что его напарник пропадет на ночь, а от того, что причиной этому стал Захария Смит. Надеясь поговорить с ним в Аврорате, Гарри с еще большим воодушевлением аппарировал туда с самого утра. На этот раз авроры действительно работали: кто-то выкидывал старые рапорты, кто-то сортировал зелья по полкам, кто-то разгребал почту. Не нужно быть гением дедукции, чтоб понять — Кингсли Бруствер находится где-то на этаже. А именно в уже знакомом зале совещаний Гарри его и нашел. Кингсли сидел во главе круглого стола, в окружении Перси, который опять прицепился к Теду Люпину по поводу его внешнего вида, Гермионы (что немало удивило Гарри) и Захарии Смита, который кивнул в знак приветствия, будто ничего странного и не случилось. — Я что-то пропустил? — спросил Гарри, опустившись на стул рядом со Смитом. — Нет-нет, Гарри, у нас, по правде говоря, небольшое внеплановое собрание, но даже лучше, что ты поприсутствуешь, — сказал Кингсли. — Как дела в Уайтчепеле? — Пока без новых жертв. — Хоть это радует, — не сильно сочувственно ответил Кингсли. — Подождите, пожалуйста, я отпущу Перси и Теда, и поговорим. Перси, когда будешь составлять новый график патрулирования, учти, что Уоллеса и Кудроу я отправил в отпуск... И пока Кингсли что-то диктовал Перси касательно патрулирования Лондона, Гарри подвинулся ближе к Смиту и прошептал: — Надо поговорить после собрания, насчет вчерашнего. — Поттер, я бы и рад, — усмехнулся Смит. — Но у меня времени в обрез, сразу после собрания у меня встреча с китайской делигацией в Бирмингеме, а мне еще нужно найти того, кто понимает китайский. — Скорпиус так и не вернулся. Но на лице Смита ни одна мышца не дрогнула. — Что ж, Поттер, не знаю почему, но ты подозреваешь сразу худшее. Расслабься, может он просто разбился на мотоцикле. — Я сделаю вид, что не слышала этого, — вмешалась Гермиона. — Ну что, можем начинать? — послышался голос Кингсли. Видимо Тед и Перси уже отправились по своим делам. — Прежде всего, Гарри, ты сказал Скорпиусу о том, что я хочу видеть его в рядах Аврората? — Так это не шутка? — изумился Захария Смит. — Я на полном серьезе, — кивнул Кингсли. — Ну так что, Гарри? — У меня не было возможности поговорить с ним об этом, — замялся Гарри. — Но сразу скажу, что он против. Кингсли словно отмахнулся. — А что ты скажешь, Гермиона? — спросил он. — О Скорпиусе. Он потянет карьеру аврора? У Гермионы было такое выражение лица, будто она залпом выпила стакан лимонного сока. — Нет, — покачала головой он. — Ты так считаешь? — мирно сказал Кингсли. — Он невероятно умен. — Он сумасшедший. — Он не сумасшедший, — отрезал Гарри. — Я этого не вижу, — произнесла Гермиона. — Он не дает мне возможности понять кто он такой. Если он действительно такой, как в моем кабинете, то его место в клинике. Кингсли разочарованно отвел от Гермионы взгляд, и Гарри поймал себя на том, что возможно он злорадствует над тем, что план министра с треском провалился. — Позвольте мне не согласиться. — И откуда в Захарии Смите эта мерзкая способность обламывать чужое счастье. — О чем, вы, Захария? — Согласен, Скорпиус Малфой — психопат, — подтвердил Смит. — Вы можете считать мое мнение не авторитетным, ведь я знаю его не так хорошо, как мистер Поттер. Но! За то короткое время, что я знаю его, я обнаружил в нем удивительную черту. Это верность своему делу. Я говорю вовсе не о расследованиях, нет. Он верен тому, во что он верит. Малфой до последнего верил в то, что вытащит отца из Азкабана, он даже просил меня о помощи, но когда это у него не получилось, он превратил мою жизнь в кошмар. Хоть я и вышел пострадвшим из нашей гонки, но признаю, Малфой заслуживает уважения. — Безусловно, — подтвердил Кингсли. — Но вот, его психика... — Ничего не могу сделать, — прервала его Гермиона. — По крайней мере, пока он не откроется мне. Понятное дело, что корень проблемы в его прошлом, но Скорпиус не дает мне ни малейшей возможности даже спросить его об этом. — Значит, в прошлом, — задумчиво протянул Гарри моментально вспомнив о блестящем флакончике с воспоминанием, который когда-то привезла ему Лили. — Я вообще не знаю, как ему его бывший лечащий врач поставил диагноз, — продолжила Гермиона. — Если он не шел на контакт. — Поставила, — поправил Гарри и задумался на секунду. Так и есть. Возможно, о прошлом Скорпиуса знал не только потерянный в лесу флакон с воспоминанием, но и женщина, по имени Изабелла Блоут. * * * Гарри аппарировал на Митр-сквер и умудрился остаться незамеченным. Бегло поздоровавшись с совершенно незнкомым мужчиной, Гарри свернул на Хэнбери-стрит, и прищурился — под окнами дома стоял блестщий черный мотоцикл, окруженный местными детишками, которые странно шептали что-то, очень похожее на «Демон, демон». « Сатанисты мелкие» — констатировал Гарри, подойдя ближе. — ДЕМОООН!!! — вдруг заорали дети в один голос. — Я, кажется, сказал, что если еще раз увижу кого-нибудь из вас рядом с моим мотоциклом, этого безумца похоронят в закрытом гробу, так как я вырву ему печень, порву рот, прижгу паяльной лампой глаза, сломаю хребет в трех местах, и заставлю выложить оторванными пальцами и выбитыми зубами слово «ПОМОГИТЕ», — совсем незнакомым до этого момента голосом, прорычал Скорпиус, с крыльца дома номер 29. Детей как ветром сдуло, причем некоторых пьяниц тоже. — Где ты был? — первым делом спросил Гарри. — Тебя почти сутки не было. Если это связано с визитом Смита, в чем я не сомневаюсь, немедленно рассказывай. — Успокойтесь, мистер Поттер, — протянул Скорпиус, опустившись в кресло. — Смит здесь не причем. Вы правда думаете, что этот слизняк заставит меня подскочить и куда-то уехать? — Я же не дурак, Скорпиус. — Я тоже. — Хорошо, допустим Смит и правда не причина твоего исчезновения, — сказал Гарри, сев напротив. — Где тогда ты был? Вместо ответа, Скорпиус бросил Гарри что-то очень маленькое. Гарри поймал это и, разжав ладонь, присмотрелся. Маленьким предметом оказалась женская серьга. — Янтарная, — произнес Гарри. — Это то, что я думаю? — Именно, — кивнул Скорпиус. — Где взял? — Конфисковал у мясника. Ну как конфисковал...мясник об этом не знает. — Фамилия мясника? — Хардиман. — Откуда ты узнал, что серьга у него? — Она висела на его фартуке. Больше походило на допрос, чем на обычный стиль их разговора. Гарри чувствовал в голосе Скорпиуса жесткость, Скорпиус же в свою очередь, выделил в голосе напарника ледяные нотки. — Вечером поговорим с Хардиманом, — произнес Скорпиус. — У меня на вечер планы, — отрезал Гарри и, увидев, в глазах Скорпиуса насмешку, добавил. — Это не связанно с женщинами. — Дело ваше, — отмахнулся Скорпиус и, дав Гарри понять, что продолжать беседу не намерен, включил телевизор, делая вид, что его очень заинтересовал прогноз погоды. * * * 16.00 — Сколько вам понадобиться времени? — спросила надзирательницы тюрьмы «Холуэй», открыв перед Гарри небольшую комнату, в которой кроме стола и двух стульев ничего не было. — Я дам вам знать, спасибо, — сказал Гарри. — Хорошо, — кивнула надзирательница. — Подождите пару минут, пожалуйста. Гарри сел на стул и в ожидании принялся изучать голубые стены комнаты. Казалось, прошла вечность, пока дверь не открылась вновь и надзирательница подтолкнула в комнату женщину, с длинными светлыми волосами, собранными в косу. — Мистер Поттер, а я надеялась, что вы больше не будете мучать меня допросами в этом помещении, — лениво сказала Изабелла Блоут, сев на другой стул. — Прошел почти год, а вам так и нечем больше заняться? — Я тоже рад вас видеть, Изабелла, — поздоровался Гарри. — Как ваши дела? — Тюрьма — это не «Хилтон», — усмехнулась Изабелла. — Но, у меня масса свободного времени, подумываю начать писать учебник по психиатрии. Вы только за этим пришли, Поттер? Спросить как мои дела? Как я собираюсь коротать срок? — Как вы поставили диагноз Скорпиусу Малфою? — без очередных предисловий спросил Гарри. Изабелла приподняла брови и удивленно взглянула на своего собеседника. — Элементарно, — произнесла она. — Так же, как и другим пациентам. А в чем дело? — Пожалуй, начнем сначала, — сказал Гарри. — Как он попал к вам в больницу? — Вы слышали о таком понятии, как врачебная тайна? — Это понятие неуместно использовать в нашем разговоре. — Напротив, — отрезала Изабелла. — То есть, вы отказываетесь рассказывать мне о психически нездоровом парне, даже находясь за решеткой? — Он не псих, Поттер, и мы оба это знаем, — сказала бывший психиатр. — Но вы лечили его, — напомнил Гарри. — От чего же? — Лечение было глупостью, — закатила глаза Изабелла. — Все таблетки и капельницы — бред, по крайней мере, в его случае. У него чрезвычайно высокий IQ, у него нестандартное мышление, да, возможно, он испытывает некое раздражение к людям, но в целом, он абсолютно нормальный. — Тогда что он делал в больнице? — Врачебная тайна. На пару минут замолчали оба. Взгляд Изабеллы был насмешлив, что нервировало Гарри. — Я изучила вас, мистер Поттер, — неожиданно произнесла Изабелла. — Конечно, я не знаю вас так, как Малфоя, но представление о вас я имею. И чтоб не вышло, что вы приехали сюда зря, позвольте дать вам совет. — Ну попробуйте, Изабелла. — Отпустите его, — просто сказала она. — Не нужно его исследовать, не пытайтесь его понять, и, ради Бога, отключите эти ваши нелепые отцовские чувства к нему. Скорпиус не то что вам взаимностью не ответит, так еще и будет ломать себе голову, в чем подвох, почему вы к нему так добры. — Но вы его поняли, — напомнил Гарри. — Ведь так? Изабелла кивнула. — Он говорил со мной, я слушала его, понимала и не судила. Вот и все. — Что он вам рассказывал? — То, что я у него спрашивала. — И что вы спрашивали? — Врачебная тайна. Изабелла ободряюще улыбнулась. В ее глазах плясали озорные огоньки, будто она торжествовала, отказав в помощи тому, кто отправил ее за решетку. — Мы закончили, — крикнул Гарри надзирательнеце. — До свиданья, Изабелла. — Прощайте. 19.00 — Посещения на сегодня запрещены, — уперлась надзирательница. — Часы посещений с 11.00 до 16.45. Я сейчас позову начальника охраны. — Зовите, — разрешил Скорпиус. — Я подожду. — Я не шучу, молодой человек. — Я тоже. Зовите начальника охраны. Надзирательница бросила на Скорпиуса ненавистный взгляд и направилась вглубь коридора. Вернулась она в сопровождении высокого мужчины с небрежной щетиной, который тут же посмотрел на Скорпиуса сверху вниз. — Часы посещения прошли, — рявкнул начальник охраны. — Давайте отойдем, — предложил Скорпиус. — И вообще, ваше руководство знает, что вы пьете на рабочем месте? Я аромат паленого алкоголя за километр чую, в отличие от ваших коллег. — Подожди, — бросил начальник охраны надзирательнице и свернул со Скорпиусом за угол. Через пять минут, он проорал «Пропусти его!» и пошел к себе, допивать спиртное. — Кто вас интересует? — устало спросила надзирательница. — Изабелла Блоут. Надзирательница вскинула брови и, противно щелкнула языком. — Проходите, садитесь, — буркнула она. — Прохожу, сажусь, — отозвался Скорпиус. Усталая, но почему-то довольная Изабелла появилась в комнате через пару минут. Взглянув на гостя, она усмехнулась и, скрестив руки на груди, присела на стул. — Как вы смогли позвонить мне? — У меня тут свои льготы. Так и знала, что ты примчишься сразу же. — Чего хотел Поттер? — спросил Скорпиус, закурив, и протянув пачку сигарет и зажигалку Изабелле. Та с наслаждением выдохнула табачный дым и наклонилась ближе. — Спрашивал, как я лечила тебя, — ответила она. — И от чего. — Он копает под меня? — Вряд ли. У него ничего на тебя нет. — Вы ничего ему не сказали? — удивился Скорпиус. — А надо было? — Нет. — Ну так я и не сказала, — улыбнулась Изабелла, подмигнув Скорпиусу. Скорпиус стряхнул пепел под стол и задумчиво взглянул на своего бывшего психиатра. — И про Веронику? — Особенно про Веронику, — подтвердила Изабелла. Скорпиус улыбнулся одними уголками губ. — Я хочу вытащить вас отсюда, — произнес он. — Зачем тебе? — спокойно спросила Изабелла. — Вспомни, я хотела, чтоб ты повесился. — Я не даю пропасть тем, кто мне помогает. — Даже если тебе каким-то образом это удастся, в чем, я, между нами говоря, не сомневаюсь, мне не будет жизни в этом городе, — продолжила Изабелла. — Мне достаточно того, что здесь нет тех, кто хочет снести мне голову и того, что мы видимся с тобой каждое воскресенье. Я пытаюсь писать учебник, мне есть чем себя тешить. Скорпиус засунул руку в карман куртки и опустил на ладонь Изабеллы связку ключей. — Напишите учебник в Монреале, адрес я вам вышлю с билетом и деньгами, — беспрекословно сказал он. Изабелла сжала в зубах сигарету и повертела в руке ключи. — А пресса, полиция и разъяренные родители тех детей? — Я разберусь. Изабелла усмехнулась и спрятала ключи в карман тюремной робы. — Ты знаком с повестью о докторе Джекиле и мистере Хайде? — неожиданно спросила она. Скорпиус кивнул. — Так вот, почаще выпускай своего Джекила наружу, — посоветовала Изабелла. — Ведь твой Хайд становится стереотипным. — С Хайдом мне комфортнее, но спасибо за совет. До скорого, Изабелла. * * * Он прибыл в Уайтчепел, когда на часах уже было ближе к часу ночи. Предвкушая новый допрос Поттера, Скорпиус приметил, что на Коммершал-стрит не было ни души. И это притом, что ночью здесь собирались пьяницы и просто любители набить кому-нибудь морду. Чуть не наехав на проститутку, Скорпиус заехал на Флит-стрит, чтоб не попастся на глаза патрульному, и хотел было выехать на Хэнбери-стрит через переулок, как что-то бросилось ему в глаза, несмотря на плохо освещенное место. Притормозив, Скорпиус зашел в самую тьму, место, на которое не попадал свет фонаря, и взглянул себе под ноги. * * * — Какого хрена ты звонишь мне посреди ночи? — прорычал Гарри, явно разбудив весь поселок. — Если ты где-то гуляешь, я — сплю! Что уже случилось?! Скорпиус сидел прямо на бордюре, курил, и взглянул на Гарри своим фирменным безразличным взглядом. — Ты издеваешься? — взбесился Гарри. — Если ты решил пошутить, то это очень плохая идея! Скорпиус стряхнул пепел и указал пальцем куда-то рядом с собой. Гарри достал волшебную палочку и, прошептав «Люмос», посветил в сторону напарника. В десяти сантиметрах от Скорпиуса, лежало тело молодого парня с перерезанным горлом.