Мертвая тишина

Мотель, которым заведовала супруга хозяина «Десяти колоколов», любезно предоставил всем членам операции «Мертвая тишина» комнаты на втором этаже (видимо тут уже в процесс расследования вмешался Кингсли). Как ни крути, но позиция была удобной: хороший обзор, недалеко от паба, всегда можно было поговорить со сплетником Финли. Однако Гарри, руководствуясь каким-то нелепым упорством, не желал съезжать с Хэннбери-стрит 29, объясняя это тем, что пришлось бы опять жить под одной крышей со Скорпиусом. Вот кто был рад совместной жизни в мотеле, так это Гермиона, с которой (или Гарри показалось) у Скорпиуса сложились довольно теплые отношения. — Иди сюда, — сказала Гермиона, поманив Скорпиуса к себе. Тот сел на кровати и, не вылезая из одеяла, подвинулся к ней. — Так, это выпить сейчас, обязательно. Гермиона протянула ему большую чашку дымящегося зелья, похожего на очень густой черный чай. — Дёготь? — внимательно рассмотрев содержимое чашки, все еще хрипло спросил Скорпиус. — Бодроперцовое зелье, — усмехнулась Гермиона, прижав ладонь ко лбу Скорпиуса. — Тридцать семь и два, жить будешь. Скорпиус чуть не подавился зельем. — Вы это поняли, только дотронувшись до лба? — У меня двое детей и инфантильный муж, я еще не то умею. — Гермиона, да вы ведьма! — Как ты догадался? Заметил волшебную палочку у меня в кармане? Скорпиус усмехнулся и отпил еще немного обжигающего зелья. Гермиона благо назойливой не оказалась, и вскоре вышла из его комнаты, оставив на тумбочке термос, полный этой бодроперцовой мерзости. Убедившись, что ведьма далеко, Скорпиус вылил остатки зелья из чашки прямо в кадку с фикусом, засунул в рот сигарету, но услышав шаги за дверью, бросил ее в окно, мигом прыгнул обратно в кровать, укутался одеялом и выжидающе уставился на дверь. — Что, проститут, живой еще? — Блейз Забини, прижимая к груди бумажный пакет, перешагнул через порог и швырнул на кровать Скорпиуса газету. — Дай-ка гляну, чем тут тебя лечат....Ох блядь, ты что пьешь это? — Мне можно вылить зелье в окно? — Валяй, скажешь, что доктор запретил тебе это пить. — Ты патологоанатом, дядька, так этот аргумент не особо удовлетворит Гермиону. Блейз картинно закатил глаза и поставил пакет на тумбочку. — Так, это хлебать, — сказал он, протянув Скорпиусу картонный стакан с кофе. — А это жевать. Хэппи мил для травоядных. — Я люблю тебя, — с неподделанной нежностью в голосе, усмехнулся Скорпиус. — Как-то пугающе слышать это от человека, который всю ночь провел в роли «мальчика легкого поведения»... — Иди ты. — Не сегодня, — потерев небритую щеку, сказал Блейз. — Ты помнишь, что время идет, а Бруствер ждать не будет ибо скотина. — Обязательно было мне напоминать? — раздраженно ответил Скорпиус. — У меня даже календарик специальный есть. Блейз оперся на комод и, скрестив руки на груди, смотрел на Скорпиуса своим фирменным взглядом «я вижу тебя насквозь». — Знаешь, солнце мое, ты псих. — Знаю, мне неоднократно говорили. — Я не хочу тебя понимать, себе дороже. Но не могу не заметить: идет время, рядом убийца, тебя, прости за выражение, раком поставило министерство. Ты же ведешь себя так, будто никакого Бруствера, никакой Вероники, никакого Уайтчепела нет. Скорпиус улыбнулся, немного вампирской улыбкой. — Бруствер хороший министр, ничего не скажу. Но он не стратег. — Ну-ка, поясни своему старому крестному, что уже созрело в твоей гениальной голове. — Ты не мой крестный, не обольщайся. — Да какая нахуй разница, — усмехнулся Блейз. — После смерти Драко я был тем единственным, кого ты захотел видеть. Я считаю это привилегией. — Так что ты хочешь знать? Скорпиус поджег еще одну сигарету и протянул зажигалку Блейзу, который, в свою очередь, тоже решил закурить. — Все о твоей маленькой мести, разумеется, — сказал Блейз. — Это даже не месть, я планирую действовать, только если Бруствер не захочет идти на компромисс, — уточнил Скорпиус, выдохнув дым в окно. — Как я сказал, он не стратег. И еще у него очень плохая память, видно он забыл дело самоубийц. — Причем тут это? Оно было хрен знает когда. — Не само расследование, скорее его условия. Я потребовал полную информацию о тех, с кем я работаю. О Поттере, естественно. Бруствер конечно страшно упирался, мол тайна Аврората, но в итоге он дал мне пропуск в архив. — У меня тоже есть этот пропуск, чем он тебе поможет? Скорпиус еле сдержал торжествующий смешок. — Ты знаешь, Блейз, каким обоятельным я могу быть, чтоб убедить служащего открыть мне Запретную Секцию Архива — произнес он. — В которой, если хорошенько поискать, можно найти клочок пергамента, с паролем, который открывает двери в Отдел Тайн. Сигарета выпала из рук Блейза, который отчаянно надеялся, что ему послышалось. — Ты знал, что искать в архиве, — пробормотал он. — Ты искал не данные о Поттере, ты искал пароль, уже тогда зная, что тебя прижмут к стене. — Ну я же понимал, что рано или поздно Бруствер предъявит мне обвинения, — кивнул Скорпиус. — У меня достаточно много заметок о том, что я видел в Отделе Тайн, чтоб заткнуть Аврорат, в обмен на неразглашение. Блейз взглянул на Скорпиуса со смесью восхищения и страха. Скорпиус же пил кофе, будто сказал какую-то очевидную и простую вещь. — Ты затеял нелегкую игру. — Я знаю. — Но почему же ты до сих пор не раскрыл информацию? У тебя же огромный козырь! Сделал бы ты это год назад, все бы забыли про твои косяки в прошлом. — Не поверишь, а если и поверишь, то не поймешь, — отмахнулся Скорпиус. Но Блейз уже вопросительно приподнял брови. — Я не хотел подставлять Поттера. И как могу, прячу свой козырь потому что не хочу, чтоб он меня ненавидел. — Солнце мое, он уже тебя ненавидит. — Поэтому мне нечего терять. Они молчали какое-то время, вдумываясь в слова друг друга, пока в коридоре не послышались очередные шаги. Синхронно, как нашкодившие школьники, выкинув сигареты в окно, Скорпиус и Блейз, словно безмолвно договорившись, замолчали. — Приятно смотреть, что ваш тандем еще цел, — вскинул брови Гарри. — Ты лучше себя чувствуешь? Скорпиус кивнул, подавив в себе желание изобразить театральный приступ кашля. — Тогда вечером возвращаешься на пост, авроры будут рядом, а.... — А ты не охуел, господин Главный Аврор? — уничтожающе произнес Блейз. — Или до тебя еще не дошло, что операция провалилась без права на существование? Гарри пропустил его слова мимо ушей, и опять обернулся к Скорпиусу. — Гермиона запретила, — опередил Скорпиус. — Она тебе не начальник. — А вы тем более. Если хотите, сами постойте, может, подцепите кого-нибудь... — Или что-нибудь, — кивнул Блейз. — Герпес, например. — Блейз, когда мне понадобятся услуги патологоанатома, я к тебе обращусь. Блейз вскользь глянул на Поттера самым высокомерным своим взглядом и повернулся к окну. — Меня радует, хоть и удивляет, что ты нашел нового друга, но это не значит, что ты должен перестать слушаться меня, — продолжил Гарри. — Вы забываетесь, — холодно произнес Скорпиус. — Если хотите галерных рабов — у вас таких полный Аврорат. Со мной номер не пройдет. Как говорит Тао Ранг, глаза как у анаконды, в постели — дикий сервал. И тут в памяти у Гарри что-то шевельнулось. — Как ты вышел на Тао Ранга? — ледяным тоном спросил он. — Элементарно. — Ты не мог на него выйти. Мне о нем рассказала Менделлип, а ты в то время искал в больнице Бабкока. И после того, как ты в него стрелял, мы вместе не работаем и я не говорил тебе о Тао Ранге. Скорпиус криво усмехнулся. — Бруствер откровенен с вами? — спросил он. — Вполне, — ответил Гарри. — Годфрид еле выкарабкался, если ты об этом. Кстати, Блейз, для тебя это новость? Как он поступил с тем, кто о нем заботился? — Ты об этом поганом сквиббе, писавшем доносы? — отозвался Блейз. — Видите ли, мистер Поттер, я доверяю Блейзу, — пояснил Скорпиус. — Он ведь не на коротком поводке у министра. — Поясни-ка, — потребовал Гарри. — Да легко, — кивнул Скорпиус. — Годфрид уже вроде и не при деле, а Бруствер по-прежнему узнает где я, что я делаю, как я это делаю и кто мне помогает. И вы знаете, я был готов к этому, и я не виню вас. — Ты вел свое расследование, — осенило Гарри. — Со мной работал по одному принципу, а сам делал совсем другое. — И вышел на Тао Ранга, — кивнул Скорпиус. — Не беспокойтесь, далее мы с вами оба затормозили. — Ах ты мразь, — прошептал Гарри. — Последняя, дешевая... — Я извиняюсь, — встрял Блейз. — Поттер, умолкни и взгляни-ка на это. Гарри уничтожающе глянул на хитро улыбающегося Скорпиуса, и подошел к окну, возле которого стоял Блейз. — Твою мать! — крикнул Гарри, дернув от злости занавеску. Репортеры. Просто поток репортеров толпился у дверей мотеля, разогнав перепуганных проституток. Хозяйка мотеля силилась прогнать назойливых «мастеров пера и камер» своими криками и размахиваниями метлы, но тщетно. Операторы уже снимали какой-то тревожный сюжет, журналисты метались туда сюда, подставляя пьяницам под нос микрофоны. Репортеры не местнын, и даже не из «Ежедневного Пророка». О уайтчепельском маньяке узнали во всей Англии. — Твоя работа? — тихо спросил Гарри, понимая, что это провал. Скорпиус покачал головой и Гарри не нашел ни единой причины ему не верить. * * * — Твои идеи, Поттер? — сухо спросил Блейз, когда они вышли из комнаты Скорпиуса, потому что их прогнала Гермиона, утверждая, что мальчику нужно отдохнуть. — Не спускаться же к ним, — пробормотал Гарри. — Порвут же. — Все, конец конспирации, — констатировал Блейз. — Я отправил Смита к ним, он умеет с такими разговаривать, но кто знает, чего хотят эти мерзкие магглы? Гарри неопределенно пожал плечами. — Ладно, ответь мне, что это за слияния с Малфоем в единый механизм? — Смотря о чем ты. — Вы знакомы всего пару недель, просто напоминаю. Блейз ослепительно улыбнулся. Его лицо и улыбка не утратили красоты даже несмотря на легкую небритость, усталость и недосып. — Поттер, я единственный, кто помнит Скорпиуса еще с нежной детской кожей, неиспоганенной татуировками, — усмехнулся Блейз. — Я очень хорошо знал Асторию, еще лучше знал Драко...По-моему это естественно, что Скорпиус хорошо ко мне относиться, я ведь почти что родственник. — Родственник, — протянул Гарри, повинуясь непонятному гневу внутри себя. — А где ты был раньше, родственник? Почему ты бросил его после смерти матери? Взгляд темных глаз Блейз похолодел, но Гарри не пожалел, что затронул это тему. — Ты теперь соболезнуешь, да Поттер? — хриплым от гнева голосом, произнес Блейз. — Где я был? Отвечу, мне не стыдно. Я искал его, не зная, ни того, что случилось с ним в Хогвартсе, ни того, что магглы закрыли его в лечебнице! И это в то время, когда ни одна служба министерства даже не почесалась, чтоб оказать ему поддержку. Плевать я хотел, на твои обвинения, которые, кстати, такие же притворные, как твое беспокойство. Закрой рот и не смей меня перебивать! Сейчас Блейз Забини, конченый эгоист и циник, напоминал волка, защищающего свое потомство от охотника. Гарри не знал, что такого Скорпиус сделал, что Блейз готов порвать за него любого, и вряд ли узнает. Сейчас ему оставалось лишь слушать и невольно восхищаться. — Ты уверен, что знаешь его? — все же спросил Гарри. — У него не чистые руки... — Зато совесть чистая. Поттер, хочешь поговорить — репортеры ждут. У меня же нет никакого желания. На это фразе Блейз, не удостоив его взглядом, спустился по лестнице, может разогнать репортеров самому, а может просто сказать им, что Гарри Поттер ответит на все их вопросы. * * * Репортеры не разошлись и к вечеру, и только когда на них с окна ну очень некультурными словами заорала Гермиона (под аплодисменты Скорпиуса), отправились ночевать в фургонах, на которых приехали. Гарри зашел к себе в комнату и обессилено рухнул на кровать. Он порядком замерз и охрип, пока пытался прогнать назойливую прессу, которая в совершенстве знала историю о маньяке до мельчайших деталей. Не раздеваясь, Гарри закрыл глаза, думая уже уснуть и проснуться как можно быстрее. — Итак, в нашей команде: отчаявшийся босс, он же Главный Аврор, гениальный психопат, до жути напоминающий мне Леголаса из «Властелина колец», харизматичный и обаятельный патологоанатом, гроза репортеров — женщина-психолог и юрист, который, кажется, вообще не понимает, что происходит. Вопрос дня — что делать с этим колоритым набором? — Ты не дашь мне отдохнуть, я правильно понял? — спросил Гарри, открыв глаза. — В гробу отоспимся, — произнес Блейз. — Я уже недели две себе это говорю. Помогает. Патологоанатом поставил на тумбочку бутылку виски и два стакана. — Давай сначала поймаем убийцу, а потом будем ссориться и бить друг другу морды, — предложил он. — Согласен, — кивнул Гарри, с радостью заметив, что Блейз вроде не злится на него. — Наливай.