По ту сторону закона.

Вокруг была тьма. Беспроглядная и всепоглощающая. Длилась она недолго, словно из ниоткуда во тьме появились две руки и медленно сжались на горле. С каждой секундой они давили всё сильнее. Гокудера резко распахнул глаза. - Ха-я-то~ Подрывник проморгался. Сонный мозг начал со скоростью подожженного фитиля обрабатывать информацию. Наконец, до подрывника дошло, что происходит. Стараясь не делать резких движений и медленно, неглубоко дышать, мужчина перевёл взгляд на говорившего. На его кровати, прямо на нём сидел сосед по камере. Ямамото…нет, сейчас это Такеши. Гокудера узнал эту интонацию, да и только альтер-эго его друга называл подрывника по имени. - Привет, Такеши, - тихо, прикрыв глаза. С этим парнем надо как со зверем. Не смотреть в глаза и не провоцировать. - Как долго меня не было? – тихий шорох. Видимо, он перевернул несколько листов настольного календаря, который стоял на тумбочке. – Три месяца? Надо же, как долго. Я скучал. Ты ведь тоже скучал по мне? Гокудера кивнул, так как руки на шее сжались сильнее, и дышать было почти невозможно. Впрочем, хватка ослабла, а потом и исчезла вовсе. Руки скользнули вниз по телу, коснулись талии, резинки трусов. Подрывник закрыл глаза не сопротивляясь. Конечно, он мог бы позвать охрану или же вовсе врезать Такеши, но в первом случае брюнета могли изолировать на длительное время, а вот втором он не мог ударить его. Причинить вред любимому человеку, пусть даже сейчас это не совсем он, было слишком трудно. Хаято тихо простонал от боли. Такеши всегда был груб. - Ха-я-то~ - тихий шёпот. Голос тот же, что у Ямамото, но интонации…они совершенно другие. Кикё прислушивался к голосам за стенкой. Сейчас был отбой, поэтому никто ему не мешал слышать тот голос. Властный, грубоватый и такой…желанный. Мужчина всегда знал, что он немного странный. Его всегда вело от голосов, подобных этому. Голосов, от которых исходила сила и власть. И он каждый месяц ждал его. Такеши. - Таке…ши… - тихий стон, когда удаётся уловить еле слышное рычание мужчины за стеной или его властный голос, приказывающий «повернись, смотри на меня». Кикё скосил взгляд вниз, туда, где обычно спал Закуро, но сегодня красноволосый попал в изолятор. Закусив губу, мужчина сжал одной рукой простыню, второй продолжая себе надрачивать. Кикё абсолютно не интересовал Ямамото, но вот его вторая личность…с каждым разом он понимал, что влюбился. Не так, как подростки. Нет. Ничего общего с этим детским чувством, полном романтики. Он влюбился по-взрослому. С пониманием, что вот этот человек не будет его никогда. Поэтому и не пытался хоть как-то с ним общаться. Знал, что сорвётся. Не выдержит. Вот только это не поможет. Что Ямамото, что Такеши полностью во власти этого…Гокудеры. Очередной рык брюнета и болезненный стон Хаято, а Кикё вновь и вновь представляет, что это в него нетерпеливо и беспощадно вдалбливается Такеши. Что это он стонет под телом мужчины. Что его имя периодически звучит в ночной тишине. - Ямамото! – к сидящей парочке подходит Тсуна, улыбается и садится за стол. Взгляд шатена цепляется за непривычно тихого Гокудеру, и насмешливое выражение лица Ямамото. - Савада, познакомься, это Такеши, - мрачно произносит подрывник, вновь утыкаясь в кружку с чаем. Брюнет настоял на знакомстве с Тсунаеши. - Я и так его зна…аааа…понятно, - шатен кивнул своим мыслям и протянул руку. – Савада Тсунаеши. - Рад знакомству, Тсуна, - мужчина улыбнулся, пожал руку, - мне о тебе Хаято всё рассказал. - И каково твоё мнение? – Савада склонил голову набок, пытаясь найти отличия этого человека от Ямамото. - А это важно? Я всё равно вскоре исчезну. Опять усну на неопределённое время, пока Ямамото вновь не забудет выпить лекарство, пойдёт драться или ещё как не потеряет контроль, - Такеши развёл руками, но цепкий взгляд отмечал любое малейшее изменение выражения лица собеседника. - Это важно. Ты и Ямамото. Мне нужны вы оба, - Савада явственно видел удивление на лице брюнета. - Оба? Я тоже? Зачем? – Такеши был очень удивлён. За всё время его существования, от него пытались отделаться, запереть на задворках сознания, но шатен… он первый, на памяти брюнета, кто нуждался в нём. Это было странно. - Ямамото хороший парень и именно поэтому он не может убить. Покалечить, напугать, предупредить, но не убить. Я ведь правильно понимаю, что те преступления твоих рук дело? – Савада понизил голос, всё же в столовой слишком много лишних ушей, а разговор неожиданно пошёл по другому руслу. Конечно, можно было бы и уйти в камеру, поговорить там, но убедить Такеши надо было здесь и сейчас, не теряя времени. - Ты весьма догадлив, - брюнет кивнул. – Хорошо, я согласен поработать вместе с тобой, но не на тебя. - Вот и договорились, - Савада как-то по-детски радостно хлопнул в ладоши, улыбнулся и быстро доев, побежал на работу. - Ёши-кун, ты пришёл, - Дедушка улыбнулся, увидев шатена. - Конечно, я ведь обещал, - Савада достал бритву, - ну-с? Кто мой клиент? - Доброе утро, - к креслу шатена подошёл Реборн. В парикмахерской воцарилась тишина. - Садитесь, - Тсуна всё так же улыбался, в голове продумывая тысячу и одну причину того, почему смотритель пришёл именно к нему. – Стричься, бриться? - Второе, - Реборн улыбался, но напряжение никуда не уходило, только Саваде всё было нипочём. - Неужели смотрителям так мало платят, что они вынуждены ходить к нам? - Нет, просто не нахожу времени выбраться с работы, - Реборн усмехнулся, - я жуткий трудоголик. - Вот как, - Тсуна кивнул, проведя лезвием вверх по щеке мужчины. – Можно узнать, а с Закуро разобрались? - Нейман? К сожалению, он молчит, - Реборн приоткрыл один глаз и посмотрел на отражение шатена. Савада не выглядел особо заинтересованным. - Ну, можно было бы и у Бьякурана спросить, всё же он у Мельфиоре главный, - Тсуна задумчиво посмотрел куда-то вдаль, но тут же встряхнулся, - впрочем, сами разберётесь. - А если нет? - Я Бьякурана предупредил. Ещё одна подобная выходка со стороны его ребят, и я буду настаивать на Вендиче, - Савада развёл руками. – Мне не нужны идиоты, которые считают, что могут нападать безнаказанно. - На тебя или твоих ребят? – Реборн провёл ладонью по лицу и удовлетворённо кивнул. - На всех, - Савада мыл инструменты. – Может, ещё и стрижку? - Нет, пока ещё рано, - смотритель надел на голову шляпу и кивнул шатену. – Ещё свидимся. Два взгляда. Глаза в глаза. В одних – холодная ярость, в других – насмешливая уверенность. Кёя готов наплевать на уже более-менее терпимую боль в теле и подняться, что бы забить оппонента до смерти. Мукуро прекрасно знает, что ещё пара дней безнаказанного веселья у него есть. Сегодня Рокудо принёс кашу. Перловую. Хибари ненавидит её всеми фибрами души. - Ну же, Кё-кун, - голос информатора насмешлив, - давай. Ложечку за маму… - Рокудо, я же встану и прибью тебя, - Хибари говорит нарочито спокойно, давая сидящему на его кровати мужчине время на осмысливание всего пиздеца, который может последовать за его действиями. - Ну, так дай повеселиться напоследок, - Мукуро улыбнулся и вновь поднёс ложку с кашей к губам брюнета. - Рокудо, к тебе пришли, - охранник остановился у входа в камеру. - Кто? – Мукуро удивлённо посмотрел на говорившего. - Мне откуда знать. Сворачивай свою деятельность, и идём. Рокудо кивнул, отложил тарелку каши и пошёл за охранником. Мужчину очень удивляло сказанное, так как родственников у информатора не было. Гадая, кто же его навещает, Мукуро не заметил, как они дошли до комнаты свиданий. Щёлкнули наручники. Потирая запястья, Рокудо посмотрел в сторону стола. Глаза злобно сузились, а руки сжались в кулаки. - Не ожидал тебя увидеть, Вайпер Эстарнео, - Мукуро сел на стул, скрестив руки на груди. - Маммон, - поправил сидящий напротив мужчина, скользя взглядом по информатору. – Вижу, тюрьма тебя не сильно подкосила? - Давай к делу, - Рокудо скривился. Маммон - Вайпер, какая разница? Этого мужчину он ненавидел в любом случае. - А как же возгласы о радости визита? – странно-фиолетовые глаза насмешливо посмотрели на оппонента, но Мукуро лишь передёрнул плечами. – Нет в жизни счастья…эх… - Вайпер, давай к делу. Моё терпение не безгранично и ты это прекрасно осознаёшь, - в голосе Рокудо послышались рычащие нотки. Ещё немного и он просто набросится на пришедшего. - В Намимори сидит кто-то из Примо. Найди этого человека. Чем быстрее, тем лучше, - Рокудо удивлённо смотрел на Вайпер. Слова о Примо его шокировали настолько, что мужчина не мог ничего сказать. Наконец, он совладал со своими эмоциями. Почти. - Ты издеваешься? – Рокудо медленно поднимался из-за стола. – Ты серьёзно? Пришёл, значит, сюда и…да ты совсем сума сошёл?! - Что тебе не нравится? – Маммон флегматично смотрел на закипающего информатора. - «Не нравится»?! Вайпер, да ты охуел в конец! – Мукуро трясло от гнева, но мужчина всё ещё старался себя сдерживать. – Эстарнео, у тебя инстинкты отшибло совсем?! Твоя семья уничтожила мою жизнь, забрала у меня самое ценное! То, что давало мне волю к жизни! Вы убили мою дочь и запрятали в Намимори, а теперь ты заявляешься сюда и…да ты совсем в маразм впал! Маммон знал, что это будет тяжело, но всё же надеялся надавить на информатора…или подкупить его. - Если ты нам поможешь, Эстарнео вытащит тебя на свободу, - как бы невзначай обронил он. - Что? – Мукуро сел обратно на стул. – Ты…ты серьёзно? Голос был сиплым от удивления, а глаза поражённо рассматривали говорившего. Фраза, так небрежно брошенная Вайпер, никак не хотела укладываться в голове. - Серьёзно. Если ты нам поможешь, мы вытащим тебя на волю и исчезнем из твоей жизни. Сможешь жить как прежде, - Маммон внимательно следил за реакцией Рокудо. - «Прежде»? – это слово отрезвило Мукуро. Он затрясся, закрыв лицо руками, но уже через секунду, откинулся на спинку стула. Смеялся. Громко и истерично. Наконец, мужчина успокоился и уже более осмысленно посмотрел на Вайпер, утирая слёзы рукавом майки. – Я никогда не буду жить как прежде. - Тогда начнёшь новую жизнь, - этот разговор уже начал раздражать Маммона. - Знаешь, Вайпер, - голос информатора в мгновение стал бархатистым и тихим. Поднявшись со стула и обойдя стол, он наклонился и буквально зашипел в ухо напрягшегося мужчины, - вы меня убили. Тогда, помнишь. Уничтожили и закинули сюда. Я был сломан, словно надоевшая ребёнку игрушка. - Ты не похож на сломанного человека, - снисходительно произнёс Маммон, внимательно следя за действиями Мукуро. - Я собрал себя. По кусочкам. Времени было предостаточно, - Рокудо небрежно взлохматил волосы сидевшего, провёл рукой по изгибу его шеи, чуть сжав руку, и отошёл. – С Примо разбирайтесь сами, я в это не полезу. И больше не приходи, Вайпер. Эй, а ну выпустите! Мы поболтали. - Маммон, - зло произнёс сидящий, кивком головы подтверждая слова Рокудо. Дверь открылась и в неё, насвистывая мелодию, вышел Мукуро, протягивая руки для наручников. Когда Рокудо, отпущенный охраной, вышел из коридорчика, ведущего к комнате свиданий, первым его желанием было – побиться головой о ближайшую стенку. От переизбытка негатива ли, или от тупости Эстарнео, Мукуро не знал, но приложиться головушкой о бетон хотелось. Или подраться. Информатор остановился от неожиданной мысли. Драться он умел, но не любил ввиду хрупкости телосложения и тщательно лелеемого личика, а тут… Из раздумий его вывел довольно знакомый, пофигистичный голос. - Мууукуро - сааан, а вас блядская акула зовёёёт, - рядом с мужчиной стоял Фран и бесстрастно взирал на информатора. - Нахуй? – Рокудо тут же отметил расширенные зрачки парня и неглубокую царапину на щеке. - Нет, на разговор, - парень тут же развернулся и пошёл в сторону камер, не сомневаясь, что Мукуро пойдёт следом. - Что за срочность? – Мукуро, зайдя в камеру, сел на тумбочку. - Вроооой, быстрее надо, - Скуало поднял взгляд от кроссворда на вошедшего, закрыл журнальчик. – Значит так, сосалка, надо отыскать ублюдка, настучавшего Реборну. Информатор удивлённо посмотрел на Супербиа. Вспомнил. Занзас на две недели в изоляторе. Избил охранника, бывшего одним из Мельфиоре. - А как же малыш Франни? – информатор ласково потрепал стоявшего рядом парня по голове. Фран поморщился и отошёл. - Если он начнёт всё разнюхивать, то стукач всё поймёт, - Скуало посмотрел на потолок камеры. – Чем быстрее поймаем, тем лучше. Для нас. - Он в любом случае поймёт, - Мукуро вздохнул. – Нет, акула, не выйдет. - Чего это? Мы даже готовы выдать кусок важной информации в обмен, - Скуало искренне удивился. Информатор впервые, на его памяти, отказывался от их «заказа». - Босс запретил влезать в чужие дела, - Рокудо внутренне радовался, найдя отмазку. Искать кого-либо настроения не было. Да и не известно, чем всё может закончится. Реборн в последнее время и так нервный, и неизвестно, как поступит с информатором, когда узнает. А эта итальянская паскуда стопроцентно будет в курсе. - Вроооой? Какой ещё Босс? – Скуало вытаращил глаза. Что бы у Рокудо был Босс? Да ладно? - Мой Босс. Савада, - Мукуро беспечно пожал плечами, встал с тумбочки и направился к выходу из камеры. – Сначала переговори с ним, а там уже как карта ляжет. *** «Люди ломают себя каждый день» Именно к такому выводу пришёл шестнадцатилетний Ямамото Такеши, сидя на лавочке городского парка в полтретьего ночи. «Сначала в детстве мы делаем то, чего не хотим, но надо. Например: едим нелюбимую манную кашу, пьём компот, улыбаемся друзьям родителей. Став старше, мы общаемся с другими детьми, но иногда из выгоды. Например: этот даст списать, так как умный, этот защитит, он сильный, а этот просто смешной и его можно пошпынять и увеличить свой авторитет» В небе светила полная луна, периодически скрываемая тёмными тучами. Будет ливень. «Каждый раз, как мы делаем то, чего не хотим – ломаем себя. Перестраиваем. Подавляем. Это нельзя. То некрасиво. Такое не примут в обществе. И все стараются соответствовать «моральным устоям» и ломают себя. Некоторые ещё и бахвалятся этим» Сверкнула молния, пронеслись первые раскаты грома и вой полицейской сирены где-то вдалеке. Такеши покрепче сжал чехол биты, подняв голову и всматриваясь в затянутое тучами небо пустым взглядом. По лицу подростка стекали дорожки дождя. И кровь. Текла на шею, затекала за шиворот, вливалась в рот разбавленной с дождевыми каплями. Почти солёная. «Не хочу так. Не хочу себя ломать, а надо. Кому нужен тот, кто не как все?» Где-то на задворках сознания послышался смех, который становился всё громче и громче, пока не прорвался наружу. На волю. Сквозь полуприкрытые губы. «Не хочу. Не стану. Не буду» Смех всё больше походил на безумный. Небо полыхнуло ещё несколько раз, и вновь послышались раскаты грома. Парень, наконец, отсмеялся. В несколько безумном взгляде отразилась ещё одна молния. - Пора идти, да милая? – вжикнула молния чехла, и вместо биты юноша наполовину вытащил катану. Настоящую. Острую. Окровавленную. Тихо цокнул и протёр оружие аккуратно сложенным всё в тот же чехол полотенцем, после чего утрамбовал ткань обратно. Вой сирен прозвучал совсем близко. Оглядевшись, словно воришка, парень засунул катану обратно, закрыл чехол и пошёл прочь из парка, стараясь оставаться в тенях. Примерно через десять минут показался суши-бар. - Такеши, ты снова тренировался допоздна? – в коридор дома вышел старик. Сходство между парнем и им можно было заметить невооружённым глазом. - Да пап, прости, что поволновал, - в глазах задорные искры, рука виновато чешет затылок. – Сам знаешь, впереди матч. Руки дрожали, но не от страха. Нет. Они помнили то, как в них находилась рукоять клинка. Глаза чуть ли не светились от воспоминаний о той девушке. Брюнетка. Обычная, каких много. И всё же было то, что очаровало Такеши до глубины его разорванной надвое души. Глаза. Зелёные и смотрящие, казалось, в самую суть. Он долго будет помнить их. *** В палате горел ночник. Он не то что бы рассеивал тьму, но и не давала ей завладеть всем пространством. Особенно кроватью, на которой спала тревожным сном русоволосая девушка. И так бледная при свете дня, сейчас она казалось мертвенно белой, и лишь вздымающаяся от дыхания грудь не давала сомнений в том, что она жива. - Бедная, - неизвестная фигура подошла и поправила одеяло. - Ты кто? – в дверном проёме показалась ещё одна. Судя по голосу – женщина. - Меня зовут Миура Хару, я от «JK-фармацевтик», - стоявшая рядом с больной кивнула на дверь. – Пойдём в коридор. Ты медсестра, приставленная к Киоко-чан? - Да, меня зовут Курокава Хана - женщина на поверку оказалась чуть выше ростом Хару и не так уж старше. Симпатичная шатенка с тёмно-синими глазами и серьёзным выражением лица. – А вы, значит, пришли проверить, насколько хорошо здесь ухаживают за вашей подопечной? Хару склонила голову на бок, рассматривая медсестру, кивнула. - Так уж вышло, что мой Босс настоял на этом и ближайший месяц я буду с тобой в паре приглядывать за Киоко-чан, - Миура скорчила недовольную гримасу, - и при этом не убрал бумажную волокиту. - Да, нелегко тебе, - Хана покачала головой и пропустила девушку в комнату пищи. – Здесь, обычно, всегда пусто. Одежду-то тебе выдали? - Конечно, где раздевалка? «Я убью тебя. Просто знай это» Шатен улыбнулся, прочтя сообщение. Хару никогда не заморачивалась таким понятием как «Босс». Да хоть сама Королева Великобритании! Если этой девушке что-то не нравилось, она говорила напрямую. Со стороны послышался тактичный кашель. Пришлось вынырнуть из своих мыслей. - Простите, - мужчина улыбнулся, и всем как-то сразу расхотелось возмущаться. Особенно покрасневшим от смущения девушкам. – Продолжим совещание...