Нефольгированный. Спуск вверх

- Вот так, осторожненько, - повторял Минай, помогая Тиару сесть, дав ему одну руку для опоры, а второй придерживая за талию. - Ты меня так сюсюкаешь, как будто мне пять лет, - усмехнулся наемник, помогая себе рукой и одновременно сдерживая боль. - Да я на тебя дышать боюсь. Ты что, такая ювелирная работа. - Тогда меня можно выгодно продать. - Да разве только себе. Другим жалко. - Ты можешь окно немного приоткрыть? У меня уже голова кружится от всех этих цветов, - Тиар почувствовал легкую усталость от напряжения и прилег спиной на подушки, помогающие ему сидеть. - Да уж, ни разу не зашел, зато подарками засыпал, - оглядел палату, всю уставленную вазами с букетами искусственно выращенных цветов с сочными бутонами самых разных цветов и оттенков – В гараж, кстати, еще две машины доставили. - Ага. И в мой - светоцикл, - хмыкнул наемник. - Может, мне тоже в его любимчики заделаться? – чуть приоткрыл окно доктор. - Он оценит, - усмехнулся Тиар. - Ты все еще такой бледный, - приложил руку ко лбу парня он – Голова сильно кружится? - Немного. - Нужно будет еще переливание сделать. - Снова? - Ну, Тиар, - с волнением посмотрел на него Минай. - Уже неделя прошла. - У тебя внутри все порвано было. Ладно, что хоть вообще выбрался. Так что надо говорить «еще только неделя прошла!» - Когда я уже выйти смогу? Скиту от этих слов легче не стало. Он был очень благодарен Минаю, парень так старался, чтобы помочь ему, но Скит не мог оставаться здесь долго. - Долго я тебя держать не буду, а то еще сбежишь от скуки. Как только ходить сможешь, так и перебирайся к себе. Но! Только под строгим контролем. Меньше двигаться, чтобы швы не разошлись. - Тогда найму себе няньку, - надулся Тиар, сложив руки на груди. - Кошмары до сих пор снятся? Тиар мигом отошел и опустил взгляд. - Да. Парень с сочувствием посмотрел на киборга. Он ничем не мог помочь, наемник плохо, а иногда и совсем не спал, да и когда засыпал, кроме кошмаров ему ничего не снилось. - Я не могу прописать тебе еще более сильное снотворное. Мы пробовали, и стало только хуже. Я тебя потом не могу разбудить. - Я помню. - Давай я дам тебе успокоительное? - Я скоро слюни пускать начну и в окно пялиться, как овощ. - Все лучше, - мягко улыбнулся доктор. - Хорошо, - вздохнул Тиар. - Мне надо отойти. Если что-то надо или плохо себя почувствуешь, звони, зови, бей по батареям или кастрюлям. Минай просмотрел все показатели и оставил Тиара на ночь, дав ему седативные. Наемник сделал вдох и на выдохе закрыл глаза. Процессы в организме замедлились под действием лекарства, голова отяжелела. Тиар не любил, когда Минай давал ему успокоительное. Они были сильными, тело, которым он снова с трудом управлял, напоминало о том дне. Но слабее лекарства не помогали, и приходилось выбирать между криками, разошедшимися ранами и тяжелыми воспоминаниями. А иногда даже выбора не оставалось из-за наличия всего. Еще раз вздохнув, он попытался расслабиться. И как только в голове начала опускаться темнота, упали звуки и отголоски криков. Тиар не помнил, чьи это были голоса, слабо помнил, что произошло в кабинете Смотрителя. Звуки нарастали, оглушающий шелест листвы, и снова появился истошный вопль, раздирающий, от которого сердце замирало. Тиар знал, что это Серенити. Когда порвалась ветвь, этот голос появился. Видимо, ей было также больно, но наемник чувствовал, что она пытается разбить его изнутри, чтобы снова пробраться к голове. Звуки воспаляли страх, нарастал из-за спины, как будто за Скитом кто-то гнался. Все громче и громче. Тиар терялся в этом шелесте, звучащем повсюду, и крик рассыпался по кругу, обступая со всех сторон. Дыхание сдавливается, тяжело дышать, нет воздуха. Он снова начал задыхаться и сжимать простыни, слабо двигаясь на постели. Звуки догоняли, приближаясь все ближе и ближе, становясь все более невыносимыми. Когда они почти коснулись плеча, Тиар подорвался, вскрикнув. Его снова догнали. Скит посмотрел на часы: четыре утра. - Рекорд. Сегодня я продержался чуть дольше часа, - нервно усмехнулся он, включая прикроватный ночник. Все еще трудно дышать. Проведя по волосам, он откинулся на подушки, ощущая, как ветви отползают от головы, медленно, нехотя, отпуская оплетенные легкие и отходя о сердца. * - Ему легче? – спросил Смотритель. - Кошмары мучают. Я когда ночью сижу с ним, аж самому жутко. Он так громко кричит, как будто все время убегает от кого-то. Похоже, что у него слуховые галлюцинации. Из-за них он иногда дезориентируется. - Дезориентируется? - Да. Может вести себя как обычно, а потом проваливается куда-то, как будто слушает что-то, и уже не понимает, где находится. В такие моменты его хоть с крыши скинь, он не поймет, что произошло. - Это из-за вшивки? - Скорее всего. Тиар говорит, что звуки напоминают шелест листьев. Они мешают ему чувствовать или понимать. Отключаются все чувства в организме. - Из-за них он не спит? - Нет. Из-за них он, наоборот, отдыхает. Немного и недолго, но это помогает. Учитывая то, что он перестал спать. Даже с кошмарами он совсем не отдыхает. - Что за кошмары? - Голоса. Он слышит крики, но только ночью, когда засыпает. - Дай ему что-нибудь. - Я пытался. Но ему… нельзя спать долго. Ему только хуже, когда он спит. А со снотворными я потом его еще и поднять не могу. Вот тогда кошмары у меня. - И что делать? – задумчиво спросил Смотритель, смотря немигающим взглядом в пол. - Я тут подумал, а что, если использовать сладкое. - Сладкое? – усмехнулся Смотритель – Попробуй, впихни в него хоть что-нибудь. - Серьезно. Ты парня заваливаешь цветами. А теперь завали шоколадом, к примеру. Глюкоза вырабатывает серотонин. Может, тогда ему полегчает, и Тиар успокоится. - Думаешь? - Попробовать стоит. - Как он в целом? - Весь в бинтах, но ему лучше. - Хочу его увидеть. - Нет уж. Ты не умеешь адекватно себя вести. Еще наговоришь гадостей, а Тиару и без того нервничать нельзя. Я к нему даже Гэба не пускаю пока. - Но, он же ходит. - Но не в палату. Дай ему еще время. А что с Тритом, кстати? - Этот... - Так! – прервал его парень. - Он пока занят Элисом, - вздохнул Смотритель. - А что с парнем? - Сбила машина. - Ого. - Да. Я думал, насмерть. - Хорошо, что нет. - Он парализован по пояс, - посмотрел на него мрачно киборг. - Тогда не хорошо, - поправился доктор. – И что врачи говорят? - Ничего хорошего. Он, возможно, больше никогда не пойдет. - А Гэб знает? - Знает, - усмехнулся Смотритель – Я ему сказал. Так теперь из больницы не вылезает и постоянно с Тритом сцепляются. - Не может простить. - Конечно, нет. Но Элис их обоих сдерживает. - А потом что? Арестуешь? - Нет. Я обещал. Трит уйдет и заберет Элиса. Я его уже выписал, как смертника. Пусть идут, куда хотят. Главное, подальше от Тиара. - Не жестоко? - А то, что с Тиаром – не жестоко? – на минуту потеряв контроль, строго спросил киборг. - Давай, я и тебе успокоительные выпишу? – с улыбкой спросил Минай. - Скоро оно тебе понадобится. Тиар лежал на боку и полуоткрытыми глазами и смотрел в окно. Он сильно устал после прошедшей ночи. Наемник больше не спал, и за все эти дни чувствовал себя выжатым. - Привет, - поздоровался, войдя, Минай. Тиар не отвечал и только медленно, прилагая усилия, моргнул. - О-о-о, смотрю, опять вернулись к тому, с чего начали, - беспокойно сказал он, быстро подойдя к наемнику и переворачивая его на спину – Опять слезть пытался? Нельзя тебе двигаться, - бросив взгляд на показатели, доктор нахмурился – Давление низкое. Ну-ка, родной, посмотри на меня. Пульс был тоже низким. - Сейчас, я вернусь. - Ему плохо? – тихо спросил Гэб, держа сложенные руки на груди, когда Шнайп вошел в кабинет. Солдат все слышал. - Плохо, - кивнул доктор, ища необходимые ампулы в шкафу со стеклянными дверцами – Он снова не может говорить. Слэйтон взволнованно посмотрел на парня. - Эй, не переживай, я его поставлю на ноги, - посмотрел на него ободряюще доктор, улыбнувшись. – Ну, в переносном смысле, конечно. Так-то его рано ставить. - Я могу помочь? - Ты же знаешь, что нет. Хочешь, чтобы у него сердце остановилось? Гэб сжал руку в кулак, отведя взгляд. - Я понимаю, хочется. Минай много времени провел в палате, что-то тихо говоря наемнику. Гэб не слышал слов, но слышал успокаивающий тон. Тиару было больно, эти лекарства только так и помогали. Но наемник терпел, молчал, и Минай всегда в эти моменты был рядом. По мере возможности доктор ставил регенерацию, но она тоже давала боль, а по обостренным нервам заживление давалось и того тяжелее. И Тиару приходилось терпеть. А потом он впадал в какое-то забытье, не находясь в сознании, но и не теряя его. И так раз за разом. Минай снова вошел в кабинет и выбросил много пустых ампул и шприцов. - Отдыхает, - сказал он солдату, прожигающего его взглядом – Кофе будешь? Гэб кивнул. - И я буду. - Так ты знаешь, что случилось? – спросил Гэб, когда парень поставил чашки на стол. - Мало что. Только Смотритель и Тиар в курсе. Я только видел Тиара в луже крови, два пистолета и Смотрителя белее простыни. - Он хотел убить Тиара? - Вот уж нет, - усмехнулся Минай – Он меня чуть не убил, пока я Тиара спасал. Видите ли, долго. Всего восемь часов операции, и наш парень снова сшит. - Это из-за пули его так? - Нет. Пуля задела плечо и руку, и то ничего жизненно-важного. У него было критически большое давление. Много внутренних кровоизлияний. Не знаю, как у него из ушей еще кровь не пошла. И я понятия не имею, что с ним произошло. - Еще и тишина в Академии. - Потому что никто ничего не знает. И никто ничего не слышал. - Странно. - Смотритель сказал, что ты ездишь к Элису. - Да, наведываюсь. - Как он? - Надеюсь, скоро начнет ходить. Он держится, и это главное. Трит говорит, что они уедут скоро. Почему только, не знаю. И он не признается, и Элис молчит. Это их дело, если хотят, пусть уезжают. Минай задумался, сделав глоток кофе. * Следующим утром Минай зашел к Тиару и принес ему корзинку, наполненную шоколадом и конфетами. - Не понял, - нахмурился подозрительно наемник, садясь в кровати с помощью рук. Уставший, отходящий о боли и от того казавшийся раздраженным. - Смотритель прислал. Я ему на ушко пару слов нашептал, - улыбнулся доктор, протягивая плитку шоколада парню. - Зачем? - Я все еще ставлю на тебе эксперименты, - хитро усмехнулся Минай – Если мы не можем поднять тебе настроение с помощью лекарств, используем вот эту штуку. И безопасно, и помочь должно. - То есть, я должен есть все это, чтобы мне полегчало? – не понял Тиар, смотря на шоколад. - Да. Не ограничивай себя. Так хоть с голоду не умрешь. Ты и ел-то давно. - Тогда сделай мне кофе, - раскрыв упаковку, потребовал наемник. - Смотри-ка, оживился уже, - хмыкнул парень – Подожди, сейчас принесу. - И себе возьми. Я один не справлюсь, - слабая улыбка показалась на лице Скита. Тиар не смог съесть больше трех кусочков, хотя даже для этого Минаю пришлось долго разговаривать парня, чтобы тот незаметно для себя съедал их. - Я себя барышней чувствую. Цветы, конфеты, машины. - Кстати, хороший вариант. Подумай над тем, чтобы жениться на нем. - Ага, на собственном отце, - усмехнулся он невесело. - Эх, глупый ты, - мягко потрепал по голове наемника доктор – Отдыхай. Спустя три дня на лице Тиара появилась краска, он стал больше улыбаться, чувствовал себя живее. Единственное, что его мучило – кошмары. Скоро киборг поправился настолько, что Минай разрешил Гэбу навестить парня. - Привет, больной, - улыбнулся солдат, войдя в палату. - Привет, - улыбнулся он, откусывая кусочек шоколада. - Минай не врал. И, правда, постоянно ешь. - Но ведь помогает, - Тиар кинул упаковку Слэйтону – Пожуй. - Как себя чувствуешь? - Лучше. Гэб, кто там сейчас моими заправляет? - Поставили кого-то из ваших. Они знают, что их командир в больнице. - Ну и пускай, - Тиар вздохнул. Гэб сел на постель и, наклонившись, коснулся губ наемника. - Заскучал? - Да. - Минай сказал, что скоро выпустит тебя. - Я уже даже стоять могу и ходить немного. - Вот и ешь больше. - Я уехать хочу, - улыбка сошла с лица наемника. - Далеко? - Далеко. Бросить все это… но не могу. Гэб гладил кончиками пальцев по волосам Тиара, внимательно смотря на него. - Ким оказался главным тех наемников, с крестами. Они похищали берсерков и, собрав нужную информацию, утилизировали. Ким все еще хочет пойти против Совета. Я… еле успел, - Тиар почувствовал, что не может справиться с собой и решил, что стоит умолчать об остальном - Ладно, не будем обсуждать. Устал. - Не будем, так не будем, - не стал спорить Гэб, хотя его так и подмывало расспросить обо всем наемника. - Гэб, пойдем, тебе пора, - вошел Минай. - Я еще загляну, - напоследок поцеловал в лоб парня он. - Почему ты не пускаешь отца? – спросил Скит, когда они с доктором остались вдвоем. - Потому что этот чудак не умеет держать язык за зубами. А что такое сочувствие он и подавно не знает. - Я хочу его увидеть. - Тиар. - Ненадолго. - Я не могу. Тебе только стало легчать. - Вот и повод. - Тебе мало кошмаров ночью? Хочешь и дневных ужасов? - Минай. Пожалуйста. На пять минут. Мне очень нужно увидеться с ним. - Хорошо, - вздохнув, сдался парень – Но не больше. И если он что-то ляпнет, вообще тебя не увидит до полного выздоровления. Минай позвонил Смотрителю и сухим тоном сказал, что тот хочет его видеть. Киборг быстро пришел в лазарет. - Я его предупредил. Не дай тебе бог что-то ему сказать, - пригрозил Минай тихо в кабинете – Я понимаю, ты у нас гроза морей, но сейчас Тиар – больной, полностью под моей ответственностью. И тут твои замашки не котируются, ясно? - Понял, - улыбнулся киборг и вошел в палату. - Ага, понял он, как же, - фыркнул недовольно Минай. - Что ты хотел? – спросил Смотритель, снова взяв контроль над собой. Тиар кивнул на стул рядом с кроватью, но мужчина сел на кровать. - Ну так? - Что ты сделаешь с Тритом? - Я обещал ему, что никто ничего не узнает. Но взамен он кое-чем мне обязан. Наемник посмотрел на него с вопросом, нахмурившись. - Он уезжает и больше никогда не появляется. - Что?! - Если я его еще хоть раз увижу, то либо убью, либо отдам властям. И в том и в другом случае, он нежилец. Хотя нет, не сдам. Самому прикончить будет приятнее. - Ты же знаешь, что он для меня значит! - Он тебя чуть не убил! - Не убил бы! – разозлился Тиар. - А вот это все – ничего не значит?! Ты лежит, прибитый к кровати из-за собственной глупости! Эти слова сильно задели наемника. - Да знаю я, где я и почему! – скинул со столика цветы и корзинки со сладостями – Не надо мне напоминать! Началась аритмия, и Тиар часто задышал. Нет, это не то, к чему он был готов. Нужно глубоко дышать и откинуться на подушки. Так будет легче. Всего лишь очередной приступ. - Не нужно напоминать, - повторил он спокойно, держа глаза закрытыми. Сосредоточиться на сердцебиении. - Он больше никогда не появится в твоей жизни. И не пытайся его найти. И теперь даже я не буду знать, куда он делся. Элис уйдет вместе с ним, безопасно. Их жизни ничто не угрожает. Тиар сдавил голову руками и после закрыл ими глаза. Понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя. Он больше никогда не увидит Трита. Никогда. - Спасибо, - пересилив себя, выдавил Тиар – Спасибо, что дал ему уйти. Он чуть не убил тебя. - И только из-за тебя я все еще не на кладбище. Тиар горько усмехнулся, и мужчина понял, что благодарность сейчас не к месту. - Ты не хотел, чтобы так все вышло, - добавил Смотритель мягче. - Я не хотел, чтобы он тебя пристрелил. Что еще имеет значение. К тому же, я сам чуть не убил любимого человека. Еще раз, спасибо. - Я не знал про Кима. - Зато я теперь знаю. Что ты будешь делать? - Ничего. Он – твоя проблема. Захочешь – убей, захочешь – договорись. - Какой ты благородный. Я думал, он уже на том свете. - Стечение обстоятельств, не больше. Зачем мне его убивать. Но в голове все еще крутилось в голове то, что Трит навсегда пропал. Тиар был больше, чем привязан к нему. Он любил Трита, искренне. Что ему теперь делать? Подобная новость подорвала его. Наемник чуть всхлипнул и положил на губы тыльную сторону руки, чтобы не подать голоса, смотря в сторону. Две слезы скатились по горячим вискам. Смотритель наклонился и, убрав руки наемника, держа их, поцеловал его, ощущая горячие губы. Скит не сопротивлялся, смотрел на него, не мигая, и упустил несколько соленых капель. Смотритель перешел к шее и стал медленно покрывать ее поцелуями. По низу живота прокатилась теплая волна. Смотритель оторвался от Тиара, и оттер ему слезы, поцеловав в висок. - Так, ну все, истерички, закончили представление и разошлись, - войдя в палату, Минай упорно ждал, пока Смотритель поднимется. Смотритель прикоснулся губами бинта на перемотанной кисти парня и вышел. Минай, посмотрев на Тиара, покачал головой и тоже вышел. - Я его на северный полюс отправлю, подальше от тебя, - пригрозил доктор в кабинете. - Давай-ка лучше его через пару дней ко мне. - К тебе? Чтобы он помер там?! - Я буду за ним следить. - Привяжешь к кровати? Закроешь в кладовке? Ты же, чурбан, понятия не имеешь о том, как заботиться! - Я умею! - А кто Тиару в детстве вместо жаропонижающих антидепрессантами кормил?! Еще и чуть не опоил жидкой кислотой! - Она очень была похожа на антисептик. - Исключено. - Ну, ты мне покажешь, что да как. - Нет, я тебе сказал. Мне трупы не нужны. Я его передам на попечение Гэбу, тот точно поможет ему. За Тиаром нужен хороший уход, а не твои «я хочу попробовать». - Что, вообще никак? - Без шансов. - Ты мне совсем не доверяешь. - Если бы я тебе в этих делах доверял, Тиар бы давно лежал на кладбище в миниатюрной коробочке. - Ему еще что-то надо? - Пока нет. - Если что, сразу говори. - О, ты первый в списке. * - Если я пройду этим ходом, то я обойду главный и не буду замечен на запасном, - показал на схему здания Мик. - Да, но есть одна проблема, - сказал Сэйд. - Какая? - Здесь стена! – ткнул пальцем парень. - Зато они будут знать, откуда я войду, - улыбнулся парень. - Тогда тебе надо подобрать лазер, чтобы неслышно проделать дыру. Хотя, в любом случае, грохота будет море. - Жалко, что вентиляций больше не делают. - Тиар в восторге явно не будет. - Он сейчас в больнице. Он даже не узнает. А мы все подделаем аккуратно. - И вообще… - Что? - Почему мы должны пробираться в квартиру Тиара?! - Там наверняка есть ловушка. - Пробить стену в квартире друга. Замечательно. - А что, если там полно охраны? - Что тебе вообще там нужно? - Что-то найти. Я так и не понял, что. Ценное, якобы. - А потом? - Потом доставить это что-то Смотрителю. Он сказал, я сразу пойму, что именно. Вроде, робот или андроид. Сказал, что с Тиаром все в порядке и проблем не будет. - Зачем понадобилось воровать из квартиры собственного сына? - Понятия не имею, - пожал плечами киборг. -Да и доставить нужно не в Академию, а на другую квартиру, - задумчиво смотря на схему, проговорил Сэйд. - Ладно, я поехал, - взял ключи и шлем со стола наемник. - Уже? - Быстрее сделаю, быстрее освобожусь, - улыбнулся он. * Тиар подорвался с криком. Совсем нечем дышать. Минай сразу оказался в палате и ввел в капельницу успокоительное. Зрачки расширились, и кислород снова начал поступать. - Вот так, - сев, Минай обнял Тиара, прижав к себе. Наемник обнял его в ответ, сжав пальцами рубашку на спине и давая жадные вдохи в его груди. - Почему… эт…то не проходит. Минай бегал глазами по стене, пытаясь судорожно придумать еще что-нибудь. – Когда ты успел заснуть? - Н…не знаю. Я просто провалился. - Тебе нужно полежать. Ты давно не спал. Он уложил наемника на спину и надел ему кислородную маску. Тиар знал, что это значит. Вместе с кислородом он вдыхал снотворное. А значит, снова кошмары. Он пытался остановить Миная, когда парень поправлял маску, и тот увидел испуг в его глазах. - Тиар, я буду прямо здесь, - киборг поцеловал его в лоб, проведя по волосам. «Для него нет ничего хуже, чем спать». Две маленькие капли скатились по уголкам глаз. - Тиар, всего пару часов. Парень неотрывно смотрела на парня, пока его глаза постепенно не стали закрываться. - Через пару часов я разбужу тебя. Тиар быстро провалился в сон, и скоро Минай держал ослабевшую руку. Около часа прошло в тишине, а потом Тиара забило мелкой дрожью, и датчик показал, что пульс и серцебиние участились. Наемник задергался, во сне сжимая простыни. Его грудь быстро поднималась и опускалась. - Еще хотя бы несколько минут, - посмотрел на часы Минай – Ты должен понять, из-за чего у тебя кошмары. Тиар закричал, сдавленно из-за маски. - Еще чуть-чуть. - Твою мать, ты что с ним делаешь! – не понял Гэб, влетая в палату и, подбежав к наемнику, крепко прижал его к себе, пытаясь разбудить. - Он под снотворным, Гэб. - Разбуди его! – через крики наемника рыкнул солдат. - Ему нужно понять, из-за чего кошмары! Киборг достал лазер и направил его на доктора. - Сейчас же разбуди его, - с холодным гневом потребовал Слэйтон. Шнайп нисколько не испугался, а только вздохнул и протянул парню шприц с жидкостью. - Это его разбудит. Гэб быстро ввел содержимое, и скоро наемник распахнул глаза. Отодрав от себя маску, он пытался очнуться, держась за грудь. - Какого черты ты с ним делаешь? – зло посмотрел на Шнайпа Гэб. - Они не пройдут до тех пор, пока он не поймет. - Я не хочу больше … не хочу, - тихо прошептал Тиар. - Ты же видишь, что ему плохо. - Ему и будет плохо, Гэб! У него галлюцинации! - Сегодня он будет у меня, - не принимая возражений, сказал солдат. - Он же в состоянии? Минай вздохнул. - Ладно, сегодня пусть будет у тебя. - Спасибо, - поблагодарил он неожиданно. - Постарайся заставить его поспать. - Я не буду заставлять его. - Ты меня загрызешь за Тиара, да? – усмехнулся Минай. - Даже не посмотрю, - недобро смотря на парня, пообещал Гэб. - Я уложу тебе лекарства. Хотя бы завтра верни его. - Утром приведу. Наемник лежал, устроив голову на коленях солдата, и парень перебирал его волосы. Они сидели в темноте, но в комнате было достаточно светло из-за лунного света. - …И бывает такой тихий звук, что в нем теряешься, - тихо говорил Тиар. Наемник был спокоен, но пришли они поздно, поэтому Гэб сразу уложил киборга. - Ты его постоянно слышишь? – чуть наклонился Гэб, чтобы посмотреть на лицо Скита. Он все время задавал вопросы, а наемник терпеливо отвечал на них. - Иногда, - Тиар еле ощутимо водил кончиками пальцев по коленке парня. - Легче? - Сейчас – да, - Тиар перевернулся на спину и, притянув к себе солдата, поцеловал его. Слэйтон чувствовал мягкую слабость в теле парня, его тихое, иногда неровное и чуть судорожное дыхание, неторопливые движения, шелестящий голос, ему нравилось ощущать на себе это тепло. - Ты все еще хочешь идти против Совета? – почти касаясь его губ, спросил Гэб, прямо смотря в глаза киборгу. - Да, ничего не изменилось, - гладя его по щеке, ответил Даркью. - Не боишься? - Столкнуться с Кимом? - Или с Тритом. - Вполне возможно. И вполне возможно, что мы станем врагами. Только я не боюсь. Я не хочу, не смогу. - Разве нельзя объединиться? - Нет, - спокойно, тихо, но непоколебимо сказал Тиар. Гэб поразился. Тиар, который ценил близких больше всего, теперь решительно отказывается принимать их. - Тиар. - Нет, я сказал! – еще строже повторил наемник - Ты знаешь, что произошло тогда? Гэб ждал ответа. Он ничего не знал, но если Тиар расскажет, тогда, может быть, станет понятно, что с ним происходит. - Я чуть не убил Трита, - признался с трудом Скит, и добавил уверенно: - И я бы его убил… если бы не отец, - добавил парень, прикоснувшись к простреленной руке. - Я направил оружие на друга. Как если бы я захотел убить тебя. Тиар сел, оказавшись напротив солдата, и поймал его удивленный взгляд. - Пообещай мне, что никогда не попытаешься навредить отцу. - А причем здесь он? – усмехнулся Гэб, внутренне задетый за такую просьбу. - Пообещай. - А где гарантия, что он не навредит тебе? - Он никогда ничего не сделает мне. Слэйтон взял руки Скита и прижал губы к холодным ладоням. - Не надо смотреть на меня так, как будто я тебя в любую минуту могу предать, - улыбнулся солдат. – Ты уже и во мне сомневаешься? - Я не хочу. Гэб еще раз поцеловал холодные, казавшиеся хрупкими и слабыми руки парня и перешел к шее наемника. - Ты будешь стоять за Совет? Да? – с волнением спросил Тиар. - Я никогда не направлю на тебя оружие. - За дезертирство тебе спасибо не скажут. - Ну так и тебе медаль не дадут. Черт возьми, ты сейчас такой беззащитный, слабый… - шептал Гэб, часто целуя парня – Я хочу тебя. От этих слов и голоса наемник и сам возбудился. Солдат осторожно водил руками по спине Скита, боясь хоть как-то навредить. Тиар заставил солдата сесть спиной к высокой спинке кровати и сам осторожно сел сверху, чувствуя под собой горячую плоть через тонкую ткань их штанов. Гэб скользнул руками под футболку и, сняв ее, поцеловал грудь. Талия, по ребрам, была перетянута бинтами. Плечи и грудь, где прошел выстрел, тоже были в бинтах. Рука, предплечье. Ощущение, что его и вправду собирали по частям. Гэб был очень осторожным. Он покрывал поцелуями всю грудь, шею, руки. В этот раз он был нежным, что случалось редко. Тиар все больше расслаблялся. Он иногда забывал, что Гэб может быть таким мягким, и забывал, что иногда этого и не хватает. Неторопливости в их отношениях. Он смотрел, как парень почти с обожанием и сдержанным желанием целует его, как будто поцелуи могли вылечить раны, или он пытался забрать боль. Тиар заставил Гэба поднять лицо и поцеловал его. Чем дольше продолжалась прелюдия, тем больше и глубже он хотел солдата. Это уже не было поверхностным желанием и страстью, это была потребность в ощущении, желании чувствовать всем телом, сердцем, толчками крови. …Тиар осторожно впустил в себя Гэба, оставшись на нем, сжимая пальцами спинку кровати, и тихо подавил стон. Сейчас Тиар чувствовал, насколько важен Гэбу. Сам киборг не давил на него, позволяя держать темп, и не заметил, насколько ему сейчас хорошо, смотреть в глаза Тиару, ловить его вздохи и тихие, размеренные стоны. Это растянутое удовольствие принесло ему больше, чем оргазм. Сейчас он увидел Тиара в той неприкрытой красоте, в какой его никто не видел. Тиар как будто волновался, или боялся, его изнутри почти детский взгляд легкого недоверия, неуверенности, смотрел на него, сдвинув брови. Ему и самому как будто было необычно и неестественно получать такое удовольствие. Между ними секс – обычный рывок на время, но не время. Тиар чуть дрожал мелкой волнительной дрожью, был очень мягок. Наемник сейчас открыт, как никогда, и это можно увидеть в его глазах. И он все еще боится, что его открытость обернется против него. Когда Тиар кончил, он сдавил продолжительный стон, который, то прерывался, то снова появлялся. Он поцеловал Гэба, по телу прошла особо сильная дрожь, тело напряглось, и Гэб закончил вместе с ним, нежно обнимая его, сдерживая силу. Скита задела такая забота, он понял, что парень заботится не только о его физических ранах, и сейчас готов был подорвать весь мир, чтобы это чувство осталось при нем навсегда.