Чужой очаг

Кричер накрыл обед в столовой. Примчавшийся на зов Сэмми в сопровождении степенной домовухи в опрятном полотенце выглядел обычным здоровым ребенком. Беглый осмотр и даже ощупывание детского тельца под видом родственных объятий не выявили никакого криминала. Сэмми заливисто хохотал – ему было ужасно щекотно, а потому весело. После обеда он тоже не стал задерживаться, видимо, общество взрослых людей его интересовало мало, когда есть такие удивительные существа как домовые эльфы. – Чудный ребенок, – дипломатично произнес Люциус, промокая салфеткой губы, – племянник очень похож на тебя. Мог бы даже сойти за сына. – Увы, не прихожусь ему родственником, – ответил я, – поэтому и пришлось скоропалительно жениться. Малфой развернулся в мою сторону всем корпусом и застыл, не мигая. Его вид, пожалуй, даже можно было охарактеризовать емким маггловским «вылупился». – На мне внезапно проступили рунические письмена? – поинтересовался я спустя некоторое время. Люциус хмыкнул и отвернулся, а затем вообще встал и вышел из комнаты. Потрясающе. Пока я пытался разобраться в странностях поведения аристократов в домашних условиях, Малфой уже вернулся и снова сел на место и задумчиво помешал серебряной ложечкой поданный Кричером чай. – Странно, – наконец изволил заговорить он, – я готов поклясться, что вы родная кровь, хотя на гобелене его нет. В этом вы правы. – Я единственный ребенок в семье, и вам это отлично известно. Родители были очень молоды и успели обзавестись только одним сыном. Просто однажды я случайно встретил человека, похожего на меня, мы подружились, – дальше говорить про Джастина я не смог, горло перехватило спазмом, и забытая было горечь безответной любви накатила с новой силой, – это его сын, – резко закончил я. – Возможно, он дальний родственник, – стоял на своем Люциус, кажется, не заметивший моего состояния. – Откуда мне знать, – я пожал плечами и резко выпрямился, скривившись от боли, прострелившей поясницу. – Ритуал установления кровного родства несложен, – вкрадчиво произнес Малфой, продолжая искушать. Что-то в блеске его глаз говорило о том, что он не успокоится, пока не добьется согласия. В отличие от меня, твердо знающего, что в мире у каждого человека существует двойник, он, кажется, был не в курсе этой теории. – Желаете прямо сейчас приступить? – я отставил чашку с недопитым чаем. – Думаю, что если мы спокойно завершим свой обед и отложим ритуал на десять минут, ничего страшного не произойдет, – Люциус тонко улыбнулся – он явно наслаждался победой. – Сегодня воскресенье? – спохватился я, а то вдруг опять проспал дольше, чем одну ночь. – Совершенно верно, – наклонил голову Малфой, я залюбовался бликами света в его роскошных светлых волосах, – но уверяю вас, ни день недели, ни фазы луны на ритуал не окажут никакого влияния. – Да я вообще-то про работу думал. Надо сову послать, сообщить, что завтра буду с утра, пусть помощник предоставит список встреч. – Поттер, – Люциус откинулся на высокую спинку стула, – вы в уме или без ума? – Мистер Малфой, вы забываетесь, – холодно осадил я зарвавшегося мужа, по опыту зная, что при общении с людьми, склонными к властности, слабину давать никак нельзя. – Простите, – тут же извинился Люциус, – это был риторический вопрос. – Прокляну, – ласково пообещал я, поежившись от откуда-то взявшегося сквозняка. – Я в совершенстве владею беспалочковыми щитовыми чарами, – м-да, ничто не может вывести из себя Люциуса Малфоя. Даже я. – Поттер, идти на работу сейчас чистое самоубийство. Магия нестабильна. Любой конфликт или просто неудачная шутка может спровоцировать реакцию, как сейчас, например, – он указал глазами на покрывшийся инеем чайник, – и это пошутил я, человек, к которому ваша магия благоволит. – Вы уж определитесь, на ты или на вы. Раздражает, – недовольно выдал я, соображая, что же придумать в оправдание прогулов. – Полагаю, нужно послать копию свидетельства о браке в Министерство и в «Ежедневный пророк» и сообщить, что у нас медовый месяц. – Вот так сразу? – что-то как-то стало не по себе от мысли, что придется признаться перед всей общественностью. – Поттер, – кажется, Малфой определился, и мы будем в официальных отношениях, – Гарри, – поправился он, внимательно глядя на меня, неужели почувствовал? – ты же вступал в брак не для того, чтобы его скрывать? Смотри, тут есть даже определенные плюсы: мы оповещаем твоих друзей и коллег официально, они за время твоего отсутствия привыкают к новости, и к моменту твоего возвращения острота момента уже пройдет. – Логично, – я вынужден согласиться с предложением Люциуса, – опять же и широкая общественность тоже поуспокоится. Надо будет всю корреспонденцию перенаправлять в приемную, пусть на письма отвечают помощники, а то мы погибнем под тоннами писем. И с вопиллерами лучше пусть они разбираются. – Я знаю чудесное заклинание, с помощью которого можно такого рода послания возвращать отправителю, – почти промурлыкал Малфой и коварно улыбнулся. Я не выдержал и засмеялся, настолько комично это выглядело. Люциус с улыбкой смотрел на меня из-под полуприкрытых век, и во взгляде этом не было ничего от напускной легкости и игривости. Серые глаза смотрели оценивающе и цепко. Кажется, с мужем мне повезло. Ведь понимает, что я представляю опасность не только для окружающих, но и для него тоже. Не из-за того, что хочу причинить вред, просто не могу пока совладать с изменившимся магическим потенциалом. – Спасибо, – искренне поблагодарил я– за то, что отвлек, не дал моей магии разбушеваться. – Не за что, – отмахнулся он, – так мы идем проводить ритуал? – Куда? – уточнил я, справедливо полагая, что понадобится специальное помещение. – В ритуальный зал. – Здесь такого нет, – я пожал плечами. – Не может быть. Блэки древний чистокровный род, без ритуального зала они не смогли бы обойтись, – настаивал Люциус, – моя покойная жена урожденная Блэк, она упоминала про него. – Я облазил весь особняк, ничего похожего не видел. Везде только обычные комнаты разной степени запущенности, – я тоже могу быть упрямым. Люциус побарабанил пальцами по столу. – Спросим у домовика? – Кричер! – вместо ответа позвал я. Вскоре мы спускались в подвалы дома, о наличии которых я даже не подозревал. По каким-то причинам – я подозревал, конечно, по каким – раньше мне туда не было хода, а теперь, когда темная составляющая проявила себя вполне однозначно, в мое распоряжение поступил не только ритуальный зал с родовым камнем, но еще и великолепная лаборатория с наложенными на нее до поры чарами консервации, и секретная библиотека с уникальными фолиантами и гримуарами. – Пришли, – Люциус поставил подсвечник с одинокой свечой на шероховатую поверхность алтарного камня, испещренного непонятными письменами и исчерченного десятками полустершихся линий. Пламя колыхалось, делая наши тени живыми, и на какой-то миг стало не по себе от мысли, что вот потухнет этот крохотный беззащитный огонек, и останемся мы в непроглядной тьме, и как выбираться тогда отсюда, неведомо – любой магией, не относящейся к ритуалу, здесь пользоваться нельзя. Помня указания Люциуса, положил прядку незаметно срезанных волос Сэмми в углубление на камне. Лучше было бы, конечно, несколько капель крови, но пугать ребенка никто не решился, по идее волос должно было хватить. – Отлично, – пробормотал Люциус и взял меня за запястье. Я слушал голос Малфоя, звучащий в подземелье глуховато и потусторонне. Он читал катрены по памяти без запинок и пауз. Острая, но мимолетная боль в левой руке – и вот уже на черный локон падают капли моей крови. Люциус, возвысив голос, скороговоркой произнес последние слова и впился взглядом в слабо светящиеся символы на камне. Я тоже напряженно вглядывался в непонятные символы, силясь, если не понять, так хотя бы догадаться о результате. – Обладатель этих волос, – Люциус говорил тихо, – является твоим родным племянником. – Это невозможно! – отрезал я. – Гарри, – Люциус, так и не отпустивший мою руку, притянул меня к себе, обнял, помогая справиться с взметнувшейся внутри сущностью, – кровная магия не ошибается. И либо отец этого ребенка твой брат, либо мать – сестра. – Нет, нет, – как заведенный повторял я, в глубине души уже сдаваясь невероятной правде, – не может быть… Как же так… Перед глазами стоял Джастин. Отражение. Копия. Такой же, как я… Брат? Мне показалась, что свеча мигнула и погасла, погружая окружающий мир в непроглядную тьму. На грани сознания, на краю восприятия я лишь чувствовал, как сильные руки обнимают, не дают соскользнуть куда-то, чему, наверное, и названия нет. Не хочу туда. Держи меня, Люциус, держи! И прежде чем совсем отключиться, слышу, как он громко зовет Кричера.