Современная интерпретация «Властелина Колец» и «Хоббита»

Как только солнце взошло, нора хоббита по имени Бильбо словно ожила. Чайник автоматически включился на подогрев, шторы раздвинулись, впуская первые лучи солнца в Торбу. Бильбо, зажмурившись от яркого света, попытался натянуть на голову одеяло, но оно не поддалось и уползло с кровати, шурша по полу. Чертыхнувшись, хоббит поднялся с постели, потягиваясь и сладко зевая в кулак. — Черт побери этих магов, — начал ворчать он, — когда они решили ради технического прогресса внести магию в быт! Он умылся на улице и вернулся в дом. Завтрак ему уже приготовила «Чудо-печь», которую ему на прошлогодний день рождения подарил Гэндальф. — Нравится? — довольно спросил Митрандир, наблюдая за тем, как Бильбо разворачивает подарок. — Последняя модель, я лично их тестировал! Бэггинс взял кружку и наполнил ее молоком. Достав из печи горячий завтрак, яичницу с беконом, хоббит сел за стол и включил новости по «Чудо-ящику». Оттуда зазвучал голос диктора новостей: «Доброе утро, Средиземье! — бодро проговорил он. — Вновь с вами первый канал „Око Саурона“ и сегодняшние новости: в Минас-Тирите состоялась коронация Арагорна II Элессара, Гондор с великой радостью принял нового короля воссоединенного королевства Арнора и Гондора. Известный мультимиллиардер, дракон Смауг Золотистый, обещал повысить заработную плату гномам-гастарбайтерам, если они прекратят забастовку и немедленно приступят к работе. Эльфийский король Трандуил подписал петицию об ужесточении закона, ограничивающего совершение аморальных действий по отношению к лосям. Криминальные новости: трое орков-подростков напали на бабушку и отобрали у нее собачку. Свой поступок они объяснили тем, что очень хотели есть. Мордор по-прежнему остается самым криминальным районом Средиземья. А сейчас спортивные новости, оставайтесь с нами! „Око Саурона“, — проиграла заставка, — мы видим всё…» Бильбо выключил заколдованный ящик, тяжело вздохнув, и начал собираться на работу. «Зарплату он гномам повысит, — недовольно думал хоббит. — А мне хоть какая-то прибавка светит? Я уже пять лет пашу, как пони, в его издательстве, а ни премии тебе, ни повышения!» Одевшись и причесавшись, Бильбо взял свою походную сумку и отправился на работу. Ему не очень нравился волшебный метрополитен, построенный теми же магами, однако нужно признать, что это единственный быстрый и недорогой транспорт, ежедневно отвозящий хоббита в офис. Прибыв на место, Бэггинс вышел из подземного перехода, и уже через дорогу, по которой быстро мчались заколдованные кареты без лошадей, виднелся его офис — огромное многоэтажное здание со стеклянными окнами. Все же гномы отличные строители, раз смогли возвести столь высокое, но стойкое здание. Оказавшись в холле, Бэггинс нажал на кнопку лифта, который поднял его на восьмой этаж. Наскоро поприветствовав своих коллег, он сел за свой стол и выудил из сумки пергамент и перья. Все перья были тоже заколдованы: диктуешь им текст, а они пишут его на пергаменте. Очень удобно, ведь в эти перья встроена автоматическая орфография. Все редакторы сидели в одном просторном помещении, а кабинет начальника находился прямо напротив. Причем Смауг нарочно заказал себе стеклянные стены, дабы видеть, кто из его подчиненных отлынивает от работы. Бильбо приподнялся с места, проверяя на месте ли сейчас его босс. Кабинет был пуст, а потому многие сотрудники просто болтали или лениво потягивались в своих рабочих креслах. Бэггинс снова опустился на стул и принялся читать недавно поступившую к нему рукопись. Вдруг двери лифта резко открылись, и на горизонте появился Смауг в сопровождении своих подчиненных. — Смауг Ужасный идет! — быстро предупредил один работник другого, и так по цепочке, чтобы все успели сесть на свои места и продолжить работу. — Ты в ответе у нас за колонку новостей! — обратился Смауг к одной из шествующих рядом с ним. — Вчера Саруман Радужный вновь возглавил гей-парад среди орков, так почему я до сих пор не вижу соответствующей статьи на своем столе?! Голос разъяренного дракона эхом прокатился по всему восьмому этажу. Стараясь казаться как можно менее заметным, Бильбо испуганно вжался в кресло, когда начальник проходил мимо. — И принесите мне «Анти-дракон»! Живо! — скомандовал Смауг, захлопнув дверь своего кабинета перед самым носом своих подчиненных. — Хоть бы успели, — дрожащим голосом шепнул один эльф другому. — В прошлый раз он чуть весь офис не разнес! Дело в том, что со своими драконьими размерами Смауг вряд ли бы уместился в собственном офисе, построенном по людским меркам. Поэтому ему приходилось принимать лекарство, усмиряющее его драконью ярость и помогающее ему оставаться в форме человека. Хотя даже лекарство не меняло его драконьей сущности. С виду он был просто человек — высокий и стройный, с черными волнистыми волосами и пронизывающим насквозь взглядом серых глаз. Но все знали, кто сидит внутри этой оболочки, все знали, что Смауг — самая богатая и самая страшная тварь в Средиземье. И его боялись, даже когда он ходил в обличии человека. К счастью, лекарство успели принести прежде, чем оригинальная внешность стала выявляться наружу. Бильбо облегченно выдохнул и приступил к работе вместе с остальными. Но, прочитав пару строчек рукописи, хоббит ощутил на себе внимательный взгляд. Невольно поддавшись любопытству, мужчина поднял глаза и его взгляд встретился прямо с взглядом Смауга. Бэггинс нервно сглотнул и уткнулся обратно в рукопись, но ощущение никуда не делось. «Он опять смотрит прямо на меня, — с досадой думал хоббит. — И так уже три месяца! Вдруг он решил меня уволить и сейчас просто ждет, когда сможет подловить меня на халтуре?» — Господин Бэггинс, — его мысли прервала молоденькая секретарша. — Господин Смауг желает видеть Вас у себя. — Что? — хоббит тут же встрепенулся. — Прямо сейчас? — Да, — девушка кивнула. Бильбо неохотно поднялся с места. В голове все смешалось. Видимо, он недостаточно хорошо трудился все эти три месяца, и Смауг теперь уволит его без намека на хорошую пенсию. Медленно, словно ноги стали ватными, хоббит проковылял в кабинет босса. Зайдя внутрь, он остановился, не решаясь поднять головы. — В-вызывали, босс? — дрожащим голосом спросил Бэггинс. — Да, Бильбо, — Смауг сидел в своем удобном кресле, напоминающем трон. — Сядь. Бильбо послушно опустился на стул рядом со столом начальства. Дракон нажал кнопку на кресле и стеклянную стену, отделяющую его кабинет от холла, где сидели подчиненные, заслонил занавес. Подчиненный испуганно вскочил с места. Ведь это означало одно: — Не ешьте меня, господин дракон! — в ужасе взмолился хоббит, пятясь назад. — Я и не собирался, — Смауг фыркнул. — У меня к тебе вопрос, а в зависимости, что ты на него ответишь, предложение. — Какой, сэр? — Бильбо, наконец, смог поднять взгляд на дракона. — Ты с кем-нибудь встречаешься? Бэггинс обомлел. — Простите? — Я имею в виду, у тебя есть кто-то, с кем ты ходишь на свидания? — невозмутимо спросил начальник. — Э, нет, — хоббит отрицательно покачал головой. — Прекрасно, — дракон поднялся с места и подошел к Бильбо, практически вплотную. — Я давно наблюдал за тобой, — он наклонился к полурослику так низко, что последнему пришлось отступить на шаг. — И пришел к выводу, что ты отличный работник, которого стоит ценить. — Спасибо, сэр, — Бэггинс недоуменно поднял брови. — Но я не вижу связи между Вашим вопросом и тем, что Вы сейчас сказали… — Да ну? — Смауг выпрямился. — А по-моему, тут связь прямая. — Не понимаю, — почти шепотом произнес испуганный хоббит. И тут Смауг резко схватил его и повалил прямо на свой письменный стол, держа беднягу за запястья. — Сэр! — воскликнул запутавшийся в конец Бильбо. — Что Вы делаете?! — Скоро Рождество, — свистящим голосом прошипел дракон. — Ты ведь любишь Рождество, Бильбо? — Да, но при чем тут это?! — хоббит попытался высвободиться, но Смауг крепко держал его. — При том, что на Рождество положено выдавать своим хорошим работникам премии, — Смауг склонил голову на бок. — И прибавку к зарплате. — И что дальше? — в попытке вырваться из лап дракона, Бэггинс запыхался. — Тебе прямо сказать? — дракон ухмыльнулся. — Хорошо. Сейчас ты, Бильбо Бэггинс, перестанешь строить из себя невинную овечку и позволишь мне взять тебя, прямо здесь, на этом столе, а я, в свою очередь, назначу прибавку к твоей зарплате, плюс еще выдам премию в размере пятисот золотых монет. Как тебе такое предложение? — Что-о-о?! — Бильбо, невесть откуда, нашел в себе силы и оттолкнул дракона. — Вы в своем уме?! — он слез со стола и поправил помявшийся пиджак. — Не бывать этому! Я, Бэггинс, гордый хоббит, и я не потерплю такого отношения к себе! — и он решительно направился вон из кабинета, не забыв хлопнуть дверью. «Строптивый, — подумал Смауг, прищурившись и смотря вслед гордо топающему хоббиту. — Люблю строптивых…» На Бильбо сразу же набросились с расспросами коллеги, как только увидели, как весь покрасневший и взъерошенный хоббит покинул кабинет начальника. — Он хотел меня съесть, но передумал, — соврал Бэггинс. — Не мешайте мне работать! — и он принялся за свои бумажки. До конца рабочего дня Бильбо старался избегать своего начальника. И когда уже наступил вечер, он отправился в трактир «Гарцующий пони», чтобы пропустить по кружке пива со своим старым другом Гэндальфом, после тяжелого рабочего дня. — Во, дела! — дивился маг истории друга. — Знаешь, Бильбо, неспроста все это. — Ты о чем? — мужчина хмуро глянул на старика, делая внушительный глоток пива. — Вспомни жёлтую прессу, — Гэндальф закурил деревянную трубку. — Что там писали о твоем боссе? — Я не особо читал, не люблю я это, — Бэггинс пожал плечами. — Кажется, писали, что он каждую неделю появляется на светских тусовках в компании очередной девицы. — А потом что с ними происходит? — спросил маг. — Ну, по логике, они перестают быть девицами, и он их бросает, — Бильбо вздохнул. — К чему эти вопросы, Гэндальф? — Драконы любят золото и девственниц, — произнес Гэндальф, а хоббит поперхнулся. — Но если они влюбляются, то это навсегда. Однако я врагу не пожелаю стать объектом любви дракона. — Это почему же? — откашлявшись, спросил Бэггинс. — Они очень требовательны к своей второй половинке, так как знают, что уж более не смогут полюбить кого-то другого, — волшебник выпустил табачный дым. — А драконы живут вечно. Когда убивают одного, его любимый, или любимая продолжает жить, но в одиночестве. — Грустно это звучит, — со вздохом сказал Бильбо. — Но я не дракон, Гэндальф. — Да, но ты девственник, — беспардонно заметил маг. — Поэтому будь осторожен. Ты, скорее всего, просто развлечение для Смауга.