you make me wanna die

маленький тёплый бонусик пока я где-то вне. :3 мр~

что-то лопается в небе, в голове, груди, и Чунхон чувствует ноющую тоску. болит спина, шея. хочется божественного массажа. очень смешно, говорит Ёнгук и сваливает к Чонмину, который согласился. согласился записать совместную песню, помочь с текстом и такое ощущение, что даже что-то большое. Чунхон мальчик взрослый, поэтому не расспрашивает, не мешается, не таскается следом. только вот в подвале теперь как-то пусто и одиноко, прямо как, думает Чунхон, но вовремя останавливает себя и застёгивает куртку, потуже завязывая шарф. раздевается уже у Химчана. в смысле куртку вешает уже на вешалку, а не разбрасывает по диванам. здесь и тепло, и какао и Химчан, который вдруг согласно кивает на кинутую как бы между прочим просьбу о массаже. поздно отказываться, решает Чунхон. да и зачем. добровольно проходит в комнату и падает на диван. - кофту снимать не собираешься? – Химчан возвышается рядом, смеётся глазами. Чунхон хмыкает, но кофту стягивает, не торопится и вообще неловко, когда за этим наблюдает практически взрослый мужчина. оказывается кожа у них обоих молочно-белая. только если у Химчана руки тёплые, то Чунхон какой-то постоянно холодный. - ты дыши хоть, - советует Химчан, когда удобно устраивается на пятой точке Чунхона и касается ладонями чужой спины. Чунхон послушно делает неровный вдох. выдох. касания Химчана всё ещё непривычно приятные. даже приятные невыносимо. после Чунхон чувствует себя лучше. на первый взгляд Химчан не выглядит таким уж сильным, скорее тощим и, может быть, хрупким. но позвоночник хрустел так, что Чунхон успевает испугаться, а плечи до сих пор красные. - хён, в следующий раз чуть больше нежности. - в следующий раз? - ну, пожалуйста. Химчан смеётся и уже привычно треплет Чунхона по волосам. А Чунхон думает, что, если подвал это тот дом, в который ты идёшь, чтобы кого-то найти, тот химчанова квартира это дом, в котором тебя ждут.