you make me wanna die

пьянеет Чунхон быстрее всех, часа так через полтора после приезда. его начинает немного мутить, кружится голова, он жмётся к химчановому боку и отдалённо слышит тихий смех Ёнгука. Ёнгук напротив, довольный, расслабленный, спокойно терпит курящего рядом Чонмина. и Чунхон думает, какого хрена хён. думает, когда что-то пошло не так. когда, блин, ты успел научиться чувствовать новое и забыть старое, думает Чунхон. - теперь просто всё?.. – невнятно бормочет он куда-то в химчаново плечо, но никто внимания не обращает. - дотащишь? – интересуется, кажется, Чонмин. Химчан уверенно кивает и обнимает Чунхона за плечи. а Чунхону хуже только. вообще у него чувство внутри какое-то странное вдруг. оно мешается и наружу просится. Чунхон делает пару глубоких вдохов и, оттолкнувшись от Химчана, встаёт и, пошатываясь, идёт к лестнице. - с тобой сходить? но Чунхон только слабо мотает головой. и на улице уже приваливается к стене, наполняя лёгкие холодным ночным воздухом. через минуту рядом хлопает дверь, Ёхан встаёт рядом и легко толкает локтём. - нормально? - отлично. стоят так ещё приличное количество секунд, а потому чунхоново чувство вдруг брыкаться начинает, царапаться, и Чунхон скулит почти, сползает по стене. - эй, мелкий! ты чего, плохо? – Ёхан мгновенно оказывается напротив. - я в порядке. просто… - Чунхон закусывает губу. – какая роль у Чонмина, хён? ты сказал, что он классный. - так и есть. - почему я тебе не верю? Ёхан не отвечает, только подхватывает Чунхона под локоть, помогая встать, и тащит обратно в подвал.

---

Химчан, как и обещал, дотаскивает Чунхона. конечно к себе и конечно всё ещё пьяного. раздевает его, отправляет умываться, а потом снова тащит его, только уже из ванны на кровать и спящего. Чунхон холодный и Химчан двигает его к стене, укрывая одеялом почти с головой. садится на свободную половину, опускает лицо в ладони, сидит так с минуту, а потом достаёт из кармана телефон и пишет Ёхану, что всё порядке, добрались. в ответ не приходит ничего, да и не должно в принципе. оглянувшись на Чунхона и удостоверившись, что всё в порядке, Химчан сам плетётся в ванную, стягивая на ходу одежду. через часа два, когда уже успевает уснуть и Химчан, в коридоре в чунхоновой куртке начинает надрываться телефон противным писком. Химчан просыпается первым, материт про себя младшего, мол, что за хуйня у тебя стоит на смс, и, не включая свет и натыкаясь на косяки, идёт искать телефон. Чунхон просыпается тоже. трудно и с тяжёлой головой он разлепляет глаза, но видеть не начинает и слепо шарит рукой по кровати. - Химчан? - да здесь я. Химчан возвращается, подсвечивая себе телефоном, недовольно грохается на кровать и, кинув Чунхону телефон, лезет под тёплое одеяло. Чунхон морщится, нащупывает телефон и мученически стонет, когда по глазам бьёт яркая подсветка. - это Ёхан, - говорит Чунхон Химчану, который обнимает его поперёк живота и греет холодные ступни о чунхоновы ноги. - чего ему, блять, нужно? но Чунхон не отвечает. читает сообщение только и замирает. в больной голове белое принимает форму ледяного шара – тяжёлого и с трещинами – и Чунхон просто отдаёт телефон Химчану. Химчан читает тоже, щурясь, и спрашивает, не до конца понимая: - подземный тролль? - который Ким Чонмин, - кивает Чунхон. опускает голову обратно на подушку и так тяжело выдыхает, что Химчан понимает, всё совсем не хорошо. засыпает Чунхон, отвернувшись к стене. Химчан, упираясь лбом ему в затылок, продолжает обнимать.