Я смотрел как легкая дрожь возбуждения проходит по телу Кима, когда тот делает. Мне нравилось изводить его. Нравилось, когда конвульсии от удовольствия проходили по его телу, стоны, разрезавшие пространство, частое чуть хрипловатое дыхание брата, теснота в моих джинсах.
Я нажал на кнопку, включив вибратор в омеге на полную мощность. Если бы не кольцо, он точно бы кончил сейчас, но оно ему это сделать не давало. От полноты ощущений ноги парня подкосились, не удержавшись, он упал с долгим и протяжным стоном.
Первый сорвался брат. Это было словно паре голодных волков кинули кусок мяса. Два оголодавших, истощённых, горячо жаждущих этот кусок, истекающий ароматным соком. Я запоздал. Голова кружилась от алкоголя, а сейчас к нему еще и прибавилось дикое возбуждение. Я хотел омегу. Я хотел снова войти в него. Внутри он горячий и тугой. Это несравнимое ощущение, будоражащее только одним лишь воспоминанием о нем. Брат не церемонился с любимым. С Кима в одно мгновение слетела вся лишняя атрибутика, включая кольцо. Он тек. Хрупкое тело колотила мелкая дрожь. Приоткрыв рот, омега дышал громко и часто. Брат улыбнулся, я понял сразу же. Подойдя к ним я поцеловал Кима в губы, ответ был жадным, собственническим и требовательным. Резкий толчок брата заставил тонкое тельце забиться в конвульсиях, запрокинув голову назад, Ким простонал, впившись ногтями в мои плечи. Я почувствовал влагу, которая сочилась из мест, где он впивался в меня. Я хотел. Я хотел овладеть им, на глазах брата, чтобы он ревновал, как я ревную я, когда комнату вновь прорезают стоны.
Я встал на колени, вобрав головку члена парня в рот. По ней еще стекали капельки спермы с прошлого раза. Я принялся слизывать их. Руки Кима тот же час сжали волосы на моем затылке, заставляя меня насаживаться на него, я расслабился, подчиняясь ему. Скоро, очень скоро он так же начнет подчиняться мне. Еще пара движений, толчки со стороны брата заставляли парня резко вбиваться меня. Я принимал, параллельно обводя языком орудующего во мне. Вскоре я почувствовал солоноватый привкус спермы во рту. Руки, сжимавшие мне волосы - ослабли. Я встал. Тобби прижался к пареньку, тяжело дыша, сам Ким прибывал в полу сознании, довольно улыбаясь. Мы поменялись местами.
Я не решился вставлять резко, входя в омегу медленно, плавными толчками. Как я и думал. Внутри было горячо, узко, даже не смотря на то, что там уже побывали, Ким все равно был тугим. Еще было мокро, оттого что брат уже кончил в него.
Омега с радостью принял меня, выгибаясь дугой в спине, он пытался взять как можно глубже. Раздался стон и тихое похлюпывание, брат уже принялся за дело, сзади мне было отчетливо видно, как двигается его голова. Я сжал в руках волосы Тобби, как еще недавно сжимал меня Ким. Натягивая его на член омеги, я начал резкими толчками входить в Кима. Он сжимался, отчего становился еще уже. Мою крышу снесло. От таких ощущений я впился зубами в плечо парня, прокусив кожу уже с остервенением имел его. Он громко стонал, по комнате разносились пошлые хлюпы.
Вскоре внутри меня поднялась буря, требующая выхода. Сжимая зубы еще сильнее я чувствовал как рот заполняет металлически- солоноватая жидкость. С рыком я кончил в парня, бессильно повиснув на нем мертвы грузом. Так, уставшие и довольные, мы еще посетили душ, где все повторилось еще раз. А после мы заснули.
***
Спустя год, на руках у Кима мирно засыпали пара малышей. Альфа и омега. Точные копии отцов. На протяжении прошлых девяти месяцев, от беременного омеги не отходили и на шаг. Не раз блуждала мысль в его голове, послать обоих альф к чертям и вырастить детей в одиночку. Но он отгонял их прочь. Сейчас, наблюдая как молодые папки возяться с их малышами, его пробирала улыбка. Дети тянули свои крохотные ручки то к одному, то к другому, путаясь в собственных решениях, путались, терялись и начинали плакать. А потом мирно засыпали в манеже, около кровати родителей.
***
прим.автора: вот и подошла к концу а история) благодарю всех, кто всегда был рядом и с таким нетерпением ожидал, пока я со изволю написать. приношу извинения, за столь долгое порой ожидание.
С любовью,
Ваш Nenaya.