Вечер в кругу самых близких.

За час Тим, Хелена и Джонни примчались на такси в своё излюбленное кафе "На набережной". - Ну надо же, господа! Файф о клок. Как заслуженный шляпник Англии заявляю: негоже нам в это время употреблять, оскорбляя священную традицию! Официант, три чашки чая, пожалуйста! - торжественно объявил (угадайте, кто?), взглянув на часы. - Джо, а ведь ты, чёрт возьми, прав! Мы будем сидеть и вести интеллигентную беседу, попивая чаёк, как и подобает благовоспитанным англичанам, - с энтузиазмом откликнулась Хел. - А мне что прикажете делать? Я американец... - с наигранной обидой проговорил Тим. - А меньшинство подчиняется большинству, любимый! - и она погладила его по коленке, как бы успокаивая.       Они и в самом деле завели размеренную, спокойную беседу о переменчивости мира и взглядов. Немного поговорив о кино и театре, кто-то из них перевёл разговор на тему недолговечности славы и отношения общества к знаменитостям. И вот феномен, (вы знали, что то, о чём думаешь, притягивается?) к ним уже мчатся поклонники за автографоми и фото на память.       Удовлетворив не меньше пятидесяти человек, Хелена обнаружила, что их время истекло, а именно, пора домой, к детям, которых ещё от бабушки забрать нужно. Сунув деньги официантке и схватив в охапку мужа и Джонни, которого уже успели немного раздеть, разодрав пиджак в клочья на сувениры, она выскочила из кафе, и все трое побежали вдоль набережной, не обращая внимания на то, что их такси в другой стороне.