Мамба

Предоставленный отгул на три дня Тарасов честно решил провести подальше от службы и выбраться, наконец, за город. Но планы разрушились, как только Багира сокрушенно покачала головой и честно призналась – ну сегодня она никак не может принять участие во всеобщем веселье, как не может принять в нем участие и Батя. Дело в том, что им-то как раз и предстояло отчитаться перед начальством за проведенную операцию, доставку взрывчатки и ликвидацию преступников, которых, кстати говоря, должны были привезти живыми. Зато ребята клятвенно пообещали реабилитироваться через день. Как бы то ни было, а терять драгоценный день отдыха, сидя перед телевизором и попивая пиво, не хотелось, и, набравшись смелости, Борис позвонил Мамбе. Первый неотвеченный вызов мужчина списал на вероятность того, что девушка попросту не слышала телефона, второй на то, что она могла находиться в душе, третий на то, что она забыла телефон дома или в машине, но когда девушка не подняла трубку и через несколько часов после первого звонка, мужчина забеспокоился. Мало ли что могло произойти, или, что еще хуже, придти ей в голову. Вот только предпринять капитан ничего не мог. Можно, конечно, позвонить Багире и попросить у нее адрес Ники, но помимо того, что это вызовет ненужные вопросы, так еще может оказаться, что девушке его внимание совсем не нужно. Просто решила побыть одна – и такое бывает, особенно если учесть, что она особо и не стремилась наладить теплые отношения с членами группы. Это предположение на время успокоило капитана, но к вечеру тревога вновь усилилась. Нет, конечно, она – женщина, а значит, от нее можно ожидать чего угодно, но это же свинство, вот так не перезвонить и не сообщить о том, что с ней все в порядке. Праведный гнев капитана был прерван долгожданным телефонным звонком уже далеко за полночь, вот только возмутиться этому факту мужчина не успел, так как на том конце провода оказалась не собеседница, а собеседник. А точнее бармен одного из уютных ресторанчиков на набережной Невы. Извинившись за столь поздний звонок, паренек сообщил быстро одевающемуся Бизону, что владелица телефончика уже и «лыка не вяжет», а его номер был первым в списке. Коротко поблагодарив сознательного гражданина, Тарасов отключился, предварительно попросив бармена дождаться его приезда и никуда до этого времени не отпускать девушку. Последнее, конечно, весьма проблематично, ведь она все-таки спецназовец, но теплилась надежда на то, что она сейчас, по словам бармена, еле стоит на ногах, а значит и противник никакой. Дорога до ресторана, на деле оказавшимся обычным пабом, заняла не так много времени то ли от того, что Тарасов гнал как сумасшедший, то ли сказывалось отсутствие пробок. Вот только девушку Бизон узнал не сразу, несмотря на то, что в зале было не так уж много народа. А причиной стал измененный цвет волос. И когда она только из платиновой блондинки успела превратиться в жгучую брюнетку? О, кто к нам пожаловал! - Ника сделала попытку встать с высокой барной табуретки, но тут же рухнула обратно, - Товарищ, - вспомнив, что мужчина не любит званий, она поспешила исправиться, - Бизон! В следующее мгновение девушка потянулась, чтобы обнять этого самого товарища, но, не рассчитав свои силы, потеряла равновесие и свалилась бы на пол, не подхвати ее Тарасов. Кинув на барную стойку пару купюр и еще раз поблагодарив бармена, капитан обратился к Нике: -Ну что, поехали домой, пьянчужка? Мельникова закивала головой. Попыток освободиться она не делала, напротив, вцепилась в широкие плечи мертвой хваткой и разрешила донести себя до машины. Опыта общения с пьяными женщинами у Тарасова не было, поэтому приходилось импровизировать на месте. Кое-как усадив Нику на пассажирское сидение и пристегнув ее ремнем безопасности, мужчина уже было вздохнул с облегчением, когда Мамба вдруг потребовала: -Я хочу за руль! Капитан лишь закатил глаза, кажется, поездка перестает быть скучной. Квартира Мельниковой поражала своими размерами. Скорее всего, эта квартира досталась ее мужу еще в советские времена, когда высшее командование расселяли не через двадцать лет службы в небольшие «хрущевки», а вот в такие огромные «сталинки». Только рассмотреть убранство не получилось, а виной тому вновь стала владелица квартиры. Сначала она чуть не свалилась на пол, пытаясь стянуть с себя сапожки на высоченной шпильке, а потом вдруг повисла на Тарасове, решившим помочь ей с этим непростым для нее сейчас делом. -Поцелуй меня! Правда, дожидаться ответа в ее планы не входило, и она сама прижалась к губам ошалевшего мужчины. Тот в свою очередь впал в ступор, который, к счастью, очень быстро прошел. -Ты пьяна, - Бизон несильно встряхнул девушку за плечи, - И лучше всего тебе сейчас поспать. Но девушка упорствовала, отчаянно выкручиваясь из сильных рук и норовя вновь повиснуть на мужчине. И если всего несколько минут назад Тарасов был уверен в том, что в нетрезвом состоянии Ника представляет меньше угрозы, то сейчас он убедился в обратном. И откуда только силы взялись? -Ладно, давай по другому. Где у тебя ванна? -Мы будем купаться? – Девушка сделала огромные глаза, в которых явно читалось нетерпение. -Будем, будем. -Вместе? -Вместе, - пообещал капитан, волоча за собой уже несопротивляющуюся девушку. Ванная комната также как и квартира поражала своими размерами. Нет, это, конечно, не бассейн с прилегающей к нему территорией, но очень к этому близкое помещение. Пока Бизон оглядывался по сторонам и думал, где же лучше всего «освежать» сероглазую красавицу – в душевой кабинке или же в огромной ванной, сама девушка каким-то чудом умудрилась стянуть с него ветровку и теперь намеревалась приняться и за футболку. -А ну прекрати! – Капитан принял грозный вид, - Сама лучше раздевайся. Вода оказалась ледяной, отчего девушка заорала как резанная. Она дернулась, намереваясь выбраться из ванной, но Тарасов не позволил ей этого сделать, продолжая тем временем щедро поливать ее из душа. Нижнее белье моментально промокло, но неудобств, как ни странно, не причиняло, так как единственным недовольством сейчас было наличие ледяной воды, ну еще и стучащие от холода зубы. Зато не прошло и нескольких минут, как разум стал проясняться, и девушка жалобно взмолилась о пощаде, приводя вполне трезвые аргументы. -Лучше? – Бизон с подозрением смотрел на дрожащую девушку, та в ответ закивала головой, - Давай, раздевайся, теперь теплый душ. -Капитан, у-у-уберите руки! – Мамба оттолкнула от себя мужчину, попытавшегося стянуть с нее белье, - Т-т-ты чего себе позволяешь? -Теперь вижу, что лучше, - Бизон резко развернулся на пятках, - грейся давай, а я пойду пока чай заварю. Кухню удалось найти с первого раза, а вот на поиски кружек, заварки и всего остального пришлось потратить время. И все это время капитан думал. Думал о произошедших с Никой переменах, и это были не только внешние перемены. Темный цвет волос ей, безусловно, подошел, только вот кожа стала еще бледнее и глаза еще более прозрачными. Но было еще что-то, чего капитан уловить пока не мог. Словно в ней что-то сломалось, иначе, чем объяснить, что из глаз пропал привычный холод, и теперь взгляд практически кричал о незащищенности и страданиях. Думал капитан и о поцелуе, а вернее о секундном прикосновении губ, которого хватило для того, чтобы почти сойти с ума. Пьяная блажь или все же не просто так? Верить, конечно, хотелось во второе. Громкий всхлип, доносящийся из ванной комнаты, заставил позабыть обо всем, и Бизон кинулся в коридор, искренне надеясь на то, что с девушкой не успело произойти ничего плохого за те несколько минут, что его не было рядом. Ника была обнаружена завернутой в широкое белое полотенце и сидящей прямо у двери ванной. Видимо, девушка уже собиралась выйти, когда что-то произошло. Не раздумывая ни секунды, Тарасов сел рядом и рывком привлек к себе уже в голос рыдающую девушку. -Это я! Я! Это я виновата в их смерти!- У Ники уже началась истерика, - Я не должна была уходить без них! Надо было настоять на своем! Я…я… только я… -Не смей так говорить! – Борис потряс девушку за плечи, но та даже не обратила на него внимания, - Даже думать об этом не смей! Поняла меня?! Вот только девушка не только не поняла его, а даже не слушала. Очередное воспоминание принесло еще больше боли, и из груди вырвался сначала громкий всхлип, а потом и истерический вопль. Прижимая к себе рыдающую девушку, Бизон честно пообещал если и не покалечить Мурашову за ее длинный язык, то как минимум выпороть. -Ника, посмотри на меня, пожалуйста, - капитан обхватил ее лицо ладонями, заставляя смотреть на него, - Это все глупости, не смей никого слушать. Ты ни в чем не виновата. Слышишь, ни в чем! Продолжая успокаивать ее, мужчина аккуратно стирал дорожки соленых слез с нежной кожи, и почему-то винил себя. Винил за то, что не может ей помочь, винил за то, что на этот раз оказался бессилен, винил за то, что не может убедить ее в невиновности. И тут до него дошло главное – Ника впервые признала смерть своих товарищей, вот что ее сломало. До тех пор, пока она верила в то, что они вскоре встретятся, она и была сильной, а сейчас… силы уже были не нужны, она сдалась, опустила руки и поверила в самое страшное. Сколько прошло времени перед тем, как истерика Мамбы потихоньку сошла на нет, Тарасов не знал, но сидеть на кафельном полу было неразумно. -Идем, - он легко поднял Веронику на руки, - тебе надо одеться и поменять повязку, а потом мы поговорим. Ника уже была одета в спортивный костюмчик и теперь смотрела в окно, стоя спиной к Бизону. А он терпеливо ждал того момента, когда она решится заговорить. Самому начинать разговор не хотелось, так как мужчина опасался повторения истерики, которую и так еле-еле пережил. Смотреть на плачущую женщину очень тяжело, а смотреть на плачущую СИЛЬНУЮ женщину – невыносимо. -Первым погибшим мужчиной в моей жизни стал мой отец, они с матерью разбились на машине, - Мамба не оглянулась, рассказывая вроде бы и Бизону, но в то же время напрочь игнорируя его присутствие в комнате, - Нас с братом отправили в детский дом, где я его и потеряла. Нелепая смерть. Он с мальчишками полез купаться и начал тонуть, а они испугались и бросили его. Тогда-то я и заработала свой шрам. Бросилась в воду, надеясь его спасти, и напоролось грудью на металлические штыри, сброшенные в эту канаву. Меня спасли, а вот его нет. Тарасов затаил дыхание, слушая девушку. Было видно, что слова давались ей крайне тяжело и воспоминания причиняли боль, но она упрямо продолжала посвящать его в подробности своей жизни. -Именно в больнице, куда меня доставили, я познакомилась со своими будущими приемными родителями. Врач, вытащивший меня с того света, пожелал забрать меня из приюта. И, несмотря на свое тяжелое прошлое, я позволила себе вновь попытаться быть счастливой. А потом он погиб. Удар током – и вот уже я потеряла и второго отца. Нам помогал дядя Андрей, который часто приезжал в гости со своим сыном Артемом. Он был другом семьи. Другом, просто другом. Плечи девушки дрогнули, но с губ так и не сорвалось ни единого звука. Ника подняла руку, чертя невидимые узоры на стекле, и продолжила свой рассказ: -Наверно, он мне всегда нравился, раз я пошла учиться не на финансиста, как того хотела моя приемная мать, а отправилась в морское училище. Мне нравилось, что дядя Андрей мною восхищается и гордится как собственной дочерью. Вот только со временем мне захотелось, чтобы он увидел во мне не только ту девочку, которую всегда знал, но и взрослую женщину. Я добилась своего, и это стало моей ошибкой. Нет, поначалу все было прекрасно: и белое платье, и свадьба, и даже не огорчало непонимание мамы, но потом… Андрей умер всего за пару месяцев до того, как родился наш сын. Инфаркт, а ему ведь было всего шестьдесят. Только тогда я и увидела закономерность этих смертей, но по-прежнему не хотела в это верить до тех пор, пока не умер и мой ребенок. Мальчик прожил всего два дня, а потом умер. Инфекция… такое заключение сделали врачи. Бизон попытался, было, вставить хоть слово и прекратить этот словесный поток, но Ника не позволила ему этого сделать. -Последними стали ребята из группы. Трое мужчин, которых я полюбила всем сердцем и за которых готова была отдать жизнь. Все мужчины рядом со мной гибнут, а я... я ничего не могу с этим поделать. Какая я к черту Мамба? Я – Черная вдова! На этот раз девушка обернулась. Оказывается, по ее щекам давно уже струились слезы. Не особо задумываясь над своими действиями, Бизон встал с дивана и в несколько шагов оказался рядом. Не пребывай она сейчас в таком состоянии, мужчина бы уже давно рассмеялся над последней фразой, назвав все это глупыми суевериями и простым стечением обстоятельств, но пытаться переубедить Нику сейчас – значит вновь дать повод для слез. -Мне жаль, - мужчина привлек девушку к себе, сжимая в объятиях, - Больше такого не повторится. Все будет хорошо, обещаю. Сидя на краешке дивана и с беспокойством поглядывая на спящую девушку, Бизон из раза в раз прокручивал в голове ее историю. Какой же сильной надо быть, чтобы и после всего этого не сломаться? Интересно, а он бы так смог? Хотя о чем это он? Не дай Бог никому таких испытаний и таких потерь, которые пережила в свое время эта девушка. Во сне Ника тихо всхлипнула, и капитан тут же осторожно коснулся ее щеки, одновременно стараясь и успокоить и не разбудить ее. Переубедить ее в том, что до черной вдовы ей еще очень далеко, будет очень непросто, но он попытается и сделает все, что в его силах, лишь бы увидеть, каково это – смотреть на нее счастливую.