Брат не возражает

Израиль. г. Ашдод, июль 2008 года. Высокая блондинка, мирно дожидавшаяся спутника в холле недорогого, но комфортабельного отеля, завидев входящих мужчин изрядно напряглась. Она конечно была не настолько блондинкой, чтобы не заподозрить брата в обмане, но предпочла бы этот вопрос не прояснять, тем более в такой ситуации. Все таки Александр родился раньше на восемь лет, а в семейных спорах это дает определенные преимущества, хотя бы в память о километрах заплетенных кос. С другой стороны, из-за маниакальной любви родственника к парикмахерскому искусству Анна уже лет десять мечтала о короткой стрижке. В общем, встреча двух родных людей прошла в теплой и дружеской атмосфере ядерной зимы. Справедливости ради стоит отметить, что ледяное молчание Александру давалось намного лучше, но в этом вопросе Анна уступать не собиралась. Она тоже была упрямой, а еще могла оставаться долгое время очень спокойной, даже безэмоциональной, если так требовалось для дела. Правда у нее это хладнокровие было всегда внешним, выработанным годами тренировок, а вот у него внутренним, врожденным. Командир группы "Эфа" недоуменно наблюдал за встречей будущих напарников, переводя взгляд с мужчины на девушку и обратно. Люди, конечно, могут быть похожими между собой, даже двойники встречаются, но это было запредельным. У двоих людей, встретившихся в холле гостиницы одинаковой была даже мимика и манера двигаться, опытный глаз бывшего актера прекрасно различил эту общность, несколько прикрытую различиями в мужской и женской пластике. - Вы что - близнецы? - решился он разорвать напряженную тишину. - Нет. - Равнодушно ответил Александр, - у меня было целых восемь спокойных лет, до того как моя жизнь превратилась в кошмар. - Да, я ТОЖЕ рада тебя видеть. - Очередной, уже далеко не тонкий, намек на свой характер Анна пропустила мимо ушей. Ничего нового Саша ей не говорил по этому поводу уже лет десять, а то и пятнадцать. - А теперь по делу: глубина погружения около 70 метров, район более-менее спокойный, но иногда бомбят. Необходимо достать несколько капсул, точное число пока не известно, но не больше десяти. В капсулах, а они размером с коробку спичек, штаммы бактерий, поражающих кожу и слизистые. Названием грузить не буду, это несущественная информация. Сами капсулы выполнены из полимерного материала органической природы, в соленой воде начинают растворятся. Материал - отечественная разработка, испытания проходили в Черном море, для растворения понадобилось три недели. - Здесь соленость в два с половиной раза выше ( примерно), сколько у нас осталось времени? - Дня три-четыре, но капсулы выбрасывались из движущегося катера, почти одновременно, разброс должен быть не большой. - Я могу пойти один? - Нет, - почти забытый Андреев, командир и вдохновитель "Эфы" еще никуда не ушел, он доблестно стоял возле кресел, на которых расположились бойцы обсуждающие операцию, и охранял их беседу от излишних электронных ушей с помощью портативного генератора помех, припрятанного в кармане. Ушей биологических не наблюдалось, видимо в связи с жарой и обеденным временем. - Я понимаю ваше желание, но нет. Вы не знаете, что искать и как, это первое. А второе... понимаете, эти штаммы разработка наших лабораторий, проданная местным сепаратистам одним из лаборантов. Мы не можем рисковать репутацией государства. И Анна Францевна знает, как действовать в случае утечки. Извините за неуместный вопрос, а Александр и Анна это случайные имена? - Нет, это у нас мать - историк-фалерист*. По Ордену Святого Благоверного князя Александра Невского она защищала кандидатскую диссертацию, а по Ордену Святой Анны - докторскую. - Александр это объяснение всегда понимал так, что времени придумывать детям имена у мамы за научными изысканиями просто не находилось, а Анечка тихо радовалась, что Фрида Генриховна Бурлак специализируется на наградах Российской Империи, а не какого-нибудь дружеского государства Африки или Южной Америки. Ныряли брат и сестра все-таки вдвоем, и если отложить лишние эмоции, это было удобно, ведь коммуникация под водой изрядно осложнена, и несмотря на разработанные системы жестов, найти общий язык с напарником часто бывает трудно. Особенно с малознакомым напарником, чего Саша немного опасался, отправляясь в очередную командировку. С Аней же они всегда понимали друг друга практически без слов, и в экстремальной ситуации эта связь только усилилась. Капсулы удалось извлечь довольно быстро, всего их оказалось восемь, каковое число подтвердил и Андреев, умудрившийся добиться от местной полиции результатов допроса экстремистов. Тесты воды наличия бактериологической угрозы не показали и инцидент можно было считать исчерпанным. Для всех, кроме брата и сестры, которые с погружения вернулись очень мрачными, причем заметно это было даже невооруженным глазом, хотя обычно выражение лица и у Саши, и у Ани было абсолютно нечитаемым. Дело в том, что уже выйдя из моря ребята попали под случайную бомбежку, и вжать сестру в ближайшее укрытие Александр успел просто чудом. Мужчине впервые в жизни пришло осознание, что самого родного и близкого человека можно потерять, и этого его спокойствие не выдержало. За то, что он высказал Анне про ее поступок, ее выбор профессии, жизненное предназначение и моральный облик в целом, обычно получают пулю в лоб или нож под ребра. Но, видимо, у девушки все-таки были некие родственные чувства, поэтому она ограничилась только ударом под дых, и коротким, но емким ответом. В детстве за такие слова детям очень доставалось ремнем от папы, уважаемого физика-электронщика Франца Иосифовича, но на данный момент он мог только наблюдать за своими потомками сверху, и сожалеть о пробелах допущенных в воспитании, и то при условии, что загробная жизнь все-таки существует. К вечеру Аня решила быть умнее, и перед ужином зайти к брату извиниться, по крайней мере за удар и сказанные слова. Саша сидел в кресле, с таким выражением лица, что из всего своего богатого запаса Анна смогла вспомнить всего пять слов, правда самых необходимых: - Я тебя не брошу. Никогда. Вместо ответа Александр крепко прижал сестру к себе, убеждаясь, что она жива и невредима, и только через несколько минут смог ее отпустить. Остаток командировки оба провели в режиме семейного отдыха, по молчаливому сговору не касаясь темы работы, поговорить и без того было о чем. Уже в самолете Анна пошутила, что работа в ФСБ для них становится семейным делом. Шуточка оказалась пророческой. Через пару месяцев брат и сестра встретились на юбилее любимой бабушки по материнской линии, собственно и воспитавшей обоих детей, так как родители были постоянно заняты научными исследованиями (по официальной версии). Для своих девяносто женщина была еще довольно крепкой, поэтому Александр рискнул рассказать женщинам о своей и Аниной работе, надеясь, что мать и бабушка смогут девушку переубедить. Увы, женская солидарность и патриотизм оказались непрошибаемы для здравого смысла: в течении следующих десяти минут Саша и Аня узнали о родственниках много нового, в частности, что бабушка в войну служила в СМЕРШЕ, папа разрабатывал шпионское оборудование для КГБ, а мама, помимо изучения орденов и медалей, занималась аналитической работой в том же ведомстве, скрывая этот факт даже от мужа. Так что дело действительно оказалось семейным. Бурлак смирился и на долгие два года его спутницей стала тревога, превратившая и без того не самого общительного мужчину в окончательного сухаря, а потом руководство ведомства решило восстановить отряд "Вымпел", назначив командиром Александра Бурлака, на тот момент имевшего звание "капитан третьего ранга", позывной "Варяг" и опыт работы в ОСН "Тайфун". Первым офицером, которого Варяг затребовал себе, оказалась Бурлак Анна Францевна, которая от такой перспективы была не в восторге. Она прекрасно понимала, что к ней отношение командира если и будет особым, то только особо жестким. Впрочем, с приказом министра особо не поспоришь, а сработаться они сработались. В память о разногласиях остался только позывной Ани, командир назвал ее Кошкой, имея в виду, что белые кошки с голубыми глазами всегда рождаются глухими. Анна, каждый раз слыша эту фразу насмешливо улыбалась, но продолжала игнорировать приказы, если брату грозила опасность. Петербург. Некое серое здание административного характера. Наши дни. Варяг закончил разбираться с документами и внимательно посмотрел на сестру, непривычно тихо сидевшую на подоконнике. - Что, домой совсем никак? - Тошно. И страшно. Он работает в КТЦ, сам понимаешь, какие у них командировки могут быть. - Ань, все будет хорошо. Вернется твой парень. У них еще и руководство хорошее. А зовут его то-хоть как? - Кот. То есть Василий. Хотя все-таки Кот. - Лишь только кошка гуляет сама по себе, И лишь по весне с котом.** - Чуть издевательски пропел Бурлак, аккуратно ссаживая сестру с подоконника, - тянет тебя на сородичей. - Зараза ты, причем ехидная. - Да, но все кто об этом знали, уже никому не скажут. Поехали куда-нибудь. Хоть в ресторан. Заодно и расскажешь все. - Давай! Чур плачу я, мы еще мои звездочки, три месяца назад полученные не обмыли! - А парень твой по званию кто? Аня расправила перед зеркалом волосы и подкрасила губы: - Тоже каплей. - Это ему не повезло. Хотя, ты и министра не особо слушаешь. _________________________________________________________________________ * Фалерист - человек изучающий и коллекционирующий награды (Ордена, медали, знаки отличия) ** "Машина времени" песня называется "Кошка".