Учитесь, дети, хорошо!

«Возрастающая конечная арифметическая прогрессия состоит из различных целых неотрицательных чисел…» Что я, черт побери, только что прочитал? Никогда не понимал эту ебаную математику! Эх, был бы дома Макс... Он в этой херне разбирается. Я в принципе не понимаю, зачем мне, человеку, учащемуся на художника, нужна вся эта поебота с цифрами. Устало вздыхаю и откидываю тупую книжку назад, ожидая услышать глухой звук удара тяжелого переплета о стену, но раздается лишь шелест страниц и недовольный вздох. Сердце вздрагивает и пропускает пару ударов. Блять, только не говорите мне, пожалуйста, что он тут... Медленно оборачиваюсь и сглатываю, видя недовольное лицо моего личного демона. Глаза его горят огнем, и это не сулит ничего хорошего. Макс пару раз вдыхает через покрасневший нос – несчастная книжонка прилетела именно туда. В руке он сжимает задачник, и я понимаю, что ему точно конец: когти моего ненаглядного уже сделали несколько знатных дыр в помятых листах. Демон откидывает книжку, снова вздыхает, смотрит на меня и... уходит. А вот щас я нихуя не понял. Может, и пронесет. Вжимая голову в плечи, поворачиваюсь обратно к тетради, строя из себя пай-мальчика. Вожу бездумно ручкой по полям, безуспешно пытаясь вникнуть в сраные цифры и буквы на бумаге. Скорее даже только буквы, мать их! Числа попадаются ну очень уж редко. Больше на язык похоже, чем на науку. Проходит некоторое время, и я окончательно забиваю на задачку. Голова забита моим рогатым. Не мог он просто так уйти – не в его это стиле. Чует моя задница, что-то меня ждет... Вдруг передо мной с грохотом приземляется новехонький учебник. Ору, отпрыгивая. Ну, точнее, пытаясь это сделать. Тут же упираюсь спиной в чью-то (вам надо уточнять в чью именно?) грудь. Макс обнимает меня крепко, я слышу, как он усмехается. Ведет своим длинным языком по моему уху, скользит кончиком внутрь; целует и кусает шею. Я тихо стенаю, жмусь к нему, выгибаясь и упираясь задницей в его пах, но рогатый лишь фыркает и, шлепнув для начала, усаживает меня обратно на стул, лицом к тетради. – Не сейчас. Ты занят, малыш. Да и я ненадолго домой заскочил. Учись, – голос сладкий и возбуждающий. Сколько его уже слышал, а привыкнуть и реагировать нормально никак не могу. – Зачем тогда дразнишь? – закидываю голову назад, смотря на брюнета. – Ты зарядил книгой мне в нос, Джим. Это было неприятно. – Извини, пожалуйста. Я не знал, что ты там... – Это не имеет значения. Ты должен учиться, а не швырять учебники куда попало. Тем более в меня. Ежусь, слыша недовольство в его голосе. Бля, если он сейчас зол, то мне проще самому убиться. В гневе мой Дьявол страшен. И после его вспышек я еще с неделю не могу ходить. И вовсе не потому, о чем вы подумали, извращенцы! Задница-то болит, но мы уже ветераны, привыкли. Дело в том, что в такие моменты в Максе просыпается самый настоящий садист, и плетка, а то и хлыст, это меньшее, на что я могу рассчитывать. – Но я прихожу домой и вижу, что вместо того, чтобы решать задачи, ты бездельничаешь, – продолжает тем временем демон. Хмыкнув, склоняется надо мной и смотрит в тетрадь, на которой сиротливо ютится лишь условие задачи, написанное моим корявым почерком. – Вижу, надо тебе помочь. Обрадовавшись, я было открываю рот, чтобы просить объяснения к этой китайской абракадабре, но Макс, видимо, имел ввиду совершенно другое... Хвост его быстро проскальзывает мне в штаны, растягивает дырку самым кончиком, дразняще дергается, и я лишь беспомощно поскуливаю, приподнимая бедра. Спорить с любовником сейчас бесполезно. Гибкий хвост проникает внутрь – резко, очень глубоко, и я вскрикиваю. Лишь пара движений жутко возбуждает меня, и я забываю уже обо всем на свете, кроме своего ненасытного принца тьмы. Протяжно стенаю, смотрю вверх, безмолвно прося, но сегодня точно не мой день. Хвост скоро убирают, Макс поднимает меня и стягивает штаны. Быстро дрочит мой член и тут же надевает на него кольцо. Всхлипываю, недоуменно смотря на мужчину. Его губы до сих пор кривятся в усмешке, алые глаза смотрят на меня деланно равнодушно, и от этого пробирает дрожь. Мужчина кладет меня грудью на стол, шлепает пару раз. И я знаю, что, несмотря на то, что он отводит когти, на ягодицах осталась пара-тройка царапин. Сука... Он даже таким образом возбуждает меня. Чувствую себя похотливой, послушной блядью, хоть и сплю только с демоном. Секса у нас сейчас не будет, но что он тогда удумал? Ответ приходит довольно скоро. Макс разводит мои горящие от шлепков ягодицы, я слышу его тихий выдох и краснею. Знаем ведь оба, что он меня хочет, едва сдерживается, чтобы прямо сейчас не засадить мне по самые яйца. Но также он твердо намерен наказать меня – кольцо, которое он надел на мой член, ясно дает это понять. Кончиком хвоста мой любовник надавливает на вход, и я прикусываю губу. Блять, если он продолжит меня дразнить, я сам его выебу прямо сейчас, задницей своей бедной клянусь! Макс будто слышит мои мысли, убирает пятую конечность и пару мгновений возится с чем-то. Не успеваю задать вопрос. Демон резко, без предупреждения вводит в меня огромное дилдо. Мы редко используем игрушки из секс-шопа, да и зачем, когда рядом со мной шастает крылато-рогато-хвостатая секс-машина? Громко вскрикиваю, прогибаюсь. – Макс, какого хуя ты творишь?! Мне же больно... – кручу задницей, стараясь если не избавиться от искусственного члена, то хоть устроить его в себе поудобнее. Горячие ладони успокаивающе гладят меня. – Тише, малыш. Сейчас все поймешь. Демон проводит руками по моим бедрам и чем-то щелкает. Бля... Это нихуя не дилдо... Вибратор начинает мелко жужжать во мне, и я выгибаюсь. Сука, сука, сука!.. Я на своей шкуре ощущал это лишь однажды. Мое тело слишком чувствительно для этой херни, и Макс это прекрасно знает. В прошлый раз, когда мы с ним решили попробовать это извращение, я обкончался, как мальчишка, за жалкие десять минут, а потом еще часа два отходил. Но сейчас на мне было проклятое кольцо, и кончить я не могу при всем своем желании. Блять... Я же сейчас сдохну от возбуждения! – С-сука, что же ты делаешь, блять?! – едва получается выговаривать слова, изгибаюсь безостановочно. – Я же сказал – тебе нужно помочь, – мужчина тихо смеется, гладит меня по заднице и поднимает. Прижимая к своей груди, целует шею и быстро натягивает на меня штаны. Снова касается губами – уже щеки, гладит по волосам и медленно сажает меня на стул. Я вскрикиваю – ощущения в таком положении усилились, и я обреченно хриплю, поняв замысел демона. – Кстати говоря, я хочу сегодня пригласить к нам твою маму. – Ч-что? Нет! Не сейчас! – Сейчас ты решаешь задачи. Если все не будет сделано к тому времени, как я приду, ты проведешь вот так всю ночь. И весь вечер перед своей матушкой. Ты меня понял? Спорить бессмысленно – я только сделаю себе еще хуже. Борясь с дрожью во всем теле, киваю. Поднимая голову, прошу поцелуй у демона. Он наклоняется ко мне с улыбкой. Бля, вот нет бы просто чмокнуть... Макс проникает в мой рот языком, так пошло двигает им, что меня пробивает острым желанием, и я уже просто ненавижу хвостатого. Он же преспокойно отстраняется, облизывает свои красивые губы, бросает короткое «давай решай» и уходит. И я ведь знаю, что он знает, что я не посмею его ослушаться. Он поймет, если я достану вибратор или сниму кольцо, и тогда мне точно не поздоровится. Пытаюсь понять задачу. Блять, нет, не так. Я пытаюсь для начала прочитать эту ебаную задачу. Та-а-ак... Вроде получилось... Блять… Я же сдохну в ожидании!

***

Проходит часа три. Мое тело горит в огне, полностью пронизанное дрожью, а я уже почти свихнулся. Мне охуительно хорошо и точно так же плохо. Я безумно хочу кончить, но делать ничего нельзя, иначе Макс меня убьет. Еложу задницей по стулу, постанываю сквозь зубы. Что самое странное – я все решил. Строчки, исписанные дрожащим почерком, забиты уравнениями, задачами и примерами. Дописываю ответ и отбрасываю ручку в сторону. – Дьявол, я сейчас умру... – стенаю сквозь зубы и сам поражаюсь тому, как блядски звучит мой голос. Хриплый, возбужденный, с частым вымученным дыханием. – Какой ты у меня молодец, малыш, – Макс появляется как всегда внезапно, но я даже не пугаюсь уже – давно привык. – Все решил? Хороший мой. Я же говорил, что тебе нужно немного помочь. Ну, как тебе мой стимул? Я уже почти не соображаю. Тихо постанываю, смотрю на него шальными глазами. Мужчина поднимает меня, кладет животом на стол, снимает штаны. Пальцы проходятся между ягодиц, хватают конец гребаного вибратора, тянут игрушку наружу. Почти до конца вытаскивают, я хочу уже вздохнуть облегченно, но его тут же загоняют обратно, и я кричу, весь выгибаясь. Ебаный Макс! Садюга херов, я ему потом задницу на рога натяну! Демон быстро двигает игрушкой в моем проходе, поглаживает спину свободной рукой, а я уже готов выключиться. Внизу я весь мокрый, с меня течет, как с суки, – я это знаю, но поделать ничего не могу. Кричу, срывая голос. Если я сейчас не кончу, то сдохну нахуй, а потом мой вечно возбужденный неупокоенный дух будет целую вечность преследовать Макса. Изверг, наконец, достает вибратор и откладывает его в сторону. Шуршит штанами и резко входит в меня. Блять! Блять, блять, блять… Я его ненавижу! Почему даже сейчас я так рад тому, что он во мне? Стону в голос, выгибаюсь, развожу руками ягодицы, давая ему войти до конца. Макс тихо рычит, начинает почти сразу вдалбливать меня в стол. Хватает за волосы, тянет на себя и кусает шею, почти наверняка оставляя следы от зубов, если не пару дырок, сделанных клыками... – Сука... Ненавижу, падла! Сними с меня кольцо, блять! Подмахиваю демону, чувствуя, как его член вколачивается в меня, охуительно растягивая мышцы прохода. Макс мне в ответ лишь громко смеется, шлепает чувствительно за ругань, стонет глухо и ускоряет движения. Бля, я точно сдохну сегодня... Член болит от напряжения, яйца тоже ноют – я безумно хочу разрядиться. Знаю, что получу потом за это, но я больше не могу... Тянусь рукой вниз, с трудом стягиваю с себя кольцо. Разминаю рукой бедный онемевший орган и тут же кончаю, крича как последняя блядь. Мой любовник недовольно рычит. Вновь кусает меня и кончает внутрь. -Ослушался, мелкая сучка. Что я тебе раньше говорил? Ну ничего, Джим, не переживай, ночью поиграем. Выходит из меня, надевает штаны, сильно бьет ладонью по спине, затем по заднице и уходит. Я же, закрыв глаза и даже не потрудившись слезть со стола, вырубаюсь на месте.

***

Я резко просыпаюсь, словно водой облили. Пытаюсь встать, рыпаюсь и тут же падаю обратно. Кровать. Наш огромный траходром, на который Макс в свое время заставил меня согласиться. И вот сейчас я засунут в бондаж, мои ноги согнуты и разведены в стороны, связанные толстыми веревками – я полностью открыт. Блять, я убью этого черта! – Проснулся, сладкий? Это хорошо. Я почти закончил с приготовлениями, осталось сделать лишь одну вещь... – голос мужчины тихий и возбужденный, его «р» в каждом слове урчаще перекатывается, и я, прекрасно зная своего Дьявола, мгновенно понимаю – чем послушнее я буду, тем лучше. Для меня, для моей задницы и для соседей, которым еще предстоит слушать мои вопли. Макс хватает веревки, что крест-накрест перехватывают мою грудь, и поднимает одной рукой. Я ему что, чемодан, что ли, блять?! Только сейчас замечаю – рогатый паразит присобачил к потолку четыре крепления, с которых уже свисают держащие канаты. Любовник засовывает меня в эту конструкцию задницей вверх, и, стремительно краснея, я лицезрю пол – другого мне ничего не остается. Разведенные, согнутые конечности сделали меня полностью открытым, я не могу даже пошевелиться. Я полностью во власти демона. – Макс, бес тебя дери, что за шутки? – Ну, милый, я же говорил, что мы поиграем ночью... – к манере грязно ругаться мой любовник давно привык и уже попросту не обращал внимания. – Это, блять, по-твоему, «поиграть»?! – хотя да, чего я вообще спрашиваю?.. Горячая ладонь с громким шлепком ложится мне на задницу, а я лишь стону в голос, не скрывая того, как сильно мне это нравится. Мой демон знает меня как облупленного – это бессмысленно. Вторая рука накрывает соседнюю ягодицу, тянет ее в сторону. Дыхание мое незамедлительно учащается, я весь поджимаюсь в ожидании. Черт побери, а ведь до встречи с рогатым я почти убедил себя в том, что я не гей: целый год держался, даже девчонку себе нашел! От этой мысли становится смешно, и я тихо фыркаю себе под нос. Но разве от демона что-нибудь утаишь?.. – Что смешного, Джим? – Макс задумчиво поглаживает мои бедра, я чувствую иногда прикосновения его когтей. – Ничего, хвостатый. Просто вспомнилось кое-что... Демон ничего мне не отвечает. Снова разводит ягодицы, медлит некоторое время, наверняка рассматривая меня, а после анус опаляет его горячее дыхание. Юркий язык обводит по кругу вход, дразня, чуть надавливает. Судорожно выдыхаю, стараюсь податься назад, но в подвешенном состоянии это пиздец как сложно сделать, уж поверьте мне! Я уже говорил, что убью Макса к чертям собачьим? Так вот, повторюсь. Я УБЬЮ ЭТУ СУКУ! Как только он хорошо меня трахнет. Протяжно то ли стенаю, то ли вою – сам не понял. Зажмуриваюсь, шиплю сквозь зубы просьбу не медлить, но разве эту сволочь этим проймешь? Он лишь фыркает мне в ответ, продолжает редко касаться языком открытого входа, словно пробуя; а я схожу с ума от жара внизу, лишь вспоминая его нечеловеческий, длинный, гибкий и сильный язык внутри себя. Мне редко достается от него эта ласка, и понимание того, что мне сейчас наконец-то перепадет, срывает у меня все тормоза. Дергаюсь в бондаже, канаты чуть покачиваются, а Макс недовольно ворчит что-то и сильно шлепает меня. Сначала один раз, затем второй, и вот шлепки следуют уже один за другим без остановки – я давно сбился со счету. Кричу, стараюсь выгнуться. Мне до одури приятно это, я напряжен и сильно возбужден. – Аах... Блять... Макс, умоляю... Трахни меня! – пытаюсь обернуться, увидеть своего мучителя, но лишь беспомощно дрыгаюсь, словно червяк на крючке. Демон довольно хмыкает, снова наклоняется вниз, скользит языком по дырке и опаленной его же ударами коже. Тихо мычу, закрываю глаза. Жжется, сука. Язык медленно, мелкими толчками скользит внутрь, словно член входит. От этого сравнения меня вновь пробивает похотью. Гортанно стенаю, мне лишь остается просить большего. Глубже и глубже, до максимума своих возможностей вводит Макс в меня свой язык. Я уже больше не могу это терпеть... Но ведь Дьявол загорелся идеей меня наказать за ослушание, а это всегда значило только одно: я так легко не отделаюсь. Брюнет отстраняется, заставляя меня тихо скулить от ощущения пустоты внутри. Прижимается ко мне со спины, опаляет ухо своим дыханием. – Слушай, Джим, я повторять не буду. Не вздумай больше ослушаться меня. Иначе все это… – он наверняка обвел меня взглядом при этих словах.– Все это покажется тебе мягкими ласками на уютной перине. Ты понял меня? Голос моего демона шипящий, такой утробный и рычащий, полный похоти и страсти. Я лишь невнятно стенаю в ответ. Ну не могу я нормально общаться в такие моменты. У меня крышу от этого когтистого срывает, а он еще хочет членораздельных ответов. Моего любовника такой ответ не устраивает. Он проводит когтями по моей спине, и я чувствую, почти слышу то, как кончики этих пыточных приспособлений вспарывают мою кожу. Лишь верхний слой, но именно такие следы болят сильнее всего на следующий день. Лучше б уж нормально поцарапал. Забинтовал потом, и все в порядке… А это и не замотаешь – стыдно, всего лишь царапинки какие-то. Рука скользит ниже, я замираю, боясь вздохнуть. Когтистая лапа замирает вместе с моим дыханием. – Что же ты, малыш? Испугался? – голос Макса тихий и насмешливый – только в такие моменты он показывает свою зубастую натуру. – Правильно сделал, что могу тебе сказать? Сегодня будет веселая ночь… Два когтистых пальца резко входят в меня, и я задыхаюсь в крике. Сука! Эта тварь сделала из меня мазохиста. Мне охуительно хорошо, несмотря на то, что дикая боль пронзает мою задницу, а затем и все тело. Макс резко двигает рукой, я чувствую, как из дырки течет кровь, слышу, как она тяжело капает на пол. Если я наклоню голову чуть сильнее, я ее увижу, но мне этого не хочется. Мне так хорошо... Хвостатый увлеченно двигает рукой, словно забыв о том, где он и зачем все это вообще делает. Знаете, иногда я хочу иметь хвост, как у него. Мог бы навалять ему сейчас, несмотря на скованные руки и ноги. Меня пронзает судорогой, и я кончаю, всхлипывая. Честно, я сам удивлен, что кончил от этой пытки. Блять... Только сейчас замечаю, что по моему лицу стекают слезы. Облизываю губы… Чувствую солоноватый привкус слез и крови, которая течет из искусанных мной же губ. Сука! Я убью Макса! Но потом. Прекращаю ныть и прислушиваюсь. Демон отошел куда-то в сторону, я вижу лишь крылатую тень боковым зрением. Шуршит чем-то, довольно кхекает, бесшумно возвращается ко мне. – Джим... Один или два? – краем глаза вижу, как он склоняет голову набок, словно пес, который пытается понять то, что сказал ему хозяин. – Что за тупые расспросы в такой момент? – мой голос надрывный и очень тихий, но я даже не сомневаюсь в том, что Макс слышал меня. – Один или два, Джим? – брюнет повышает голос, и мне кажется, что пора заткнуться и просто ответить на его вопрос. – Один, – роняю, надеюсь, безразлично, хотя собственное тело и поведение выдает мое напряжение. – О, значит плеть... А я так надеялся на хлыст, – упомянутый предмет, небрежно откинутый моим Дьяволом, тут же отлетает в сторону. А у меня аж от сердца отлегло. Черт, если бы я ответил «два», живым бы я отсюда вряд ли вышел. Максимум, у Макса на руках. И с постельным режимом на пару месяцев. Рука у мужчины тяжелая, не сомневайтесь в этом. Хотя и сейчас мне будет несладко... – Ну, малыш, ты готов? – Макс перебрасывает плеть из руки в руку. Он играется со мной, как кот с мышью. Я, отойдя от оргазма, начинаю еще острее чувствовать боль внизу. Не сдержав скулящего стона, обессилено вишу на канатах. Меня мелко трясет, мне очень страшно. Но вместе с тем я снова чувствую возбуждение, терпкое и очень приятное. – Да, хвостатый, – мой голос дрожит вместе со мной. Дьявол усмехается, подходит ко мне спереди, берет лицо за подбородок, заставляя меня посмотреть на себя. Когда он успел раздеться? Макс наклоняется, целует в губы. Его язык проходит по ним, скользит внутрь рта, ласкает мой. Мне тяжело дышать, совсем скоро голова начинает кружиться, а мужчина продолжает сминать мои губы своими и трахать мой рот языком. Все это тоже мне нравится. Но кое-чего не хватает. Тихо выдыхаю, издаю мычащий стон. Демон отстраняется, но лишь для того, чтобы дать мне глотнуть воздуха, затем вновь целует точно так же; а его восхитительные сильные пальцы, до сих пор измазанные в моей крови, ложатся мне на шею, сжимаются, перекрывая кислород. В глазах вскоре темнеет, но я просто в восторге. Легкие горят, я слышу стук своего сердца, я чувствую его биение – удовольствие вместе с его ударами распространяется по всему телу. Блять, это охуенно, восхитительно! Я вновь кончаю, хрипло просипев что-то невнятное. – Какой же ты у меня быстрый... В следующий раз снова надену на тебя кольцо... Макс отпускает мое горло и выпрямляется. Берет отложенную плеть. Я боюсь пошевелиться, даже дышать, но горящие легкие меня не слушаются, и мое шумное дыхание раздается по всей комнате, заглушая, кажется, все остальные звуки. Именно поэтому первый удар, сразу сильный и болезненный, становится для меня неожиданным. Мужчина ударяет меня по бедру, следом на разгоряченную кожу ложится ладонь со звонким шлепком, причиняя еще больше боли. Я хрипло стенаю, закрывая глаза. Макс что-то довольно урчит, сжимает руку, и к боли от удара прибавляются так же новые царапины. С-сука... Почему я так возбужден?! Блядь!.. Самая настоящая блядь... Мое тело затекло в бондаже, и каждая мышца вопит от боли; я задыхаюсь, а легкие до сих пор горят от удушения. И, несмотря на все это, у меня каменный стояк! Все тело дрожит от возбуждения, и это добавляет свою каплю боли в общий котел. Я, напряженный как струна, в этот раз слышу свист плети, и тут же кожаные полоски целуют спину. Сразу же, не дав и секунды, удары обрушиваются на плечи, руки, бедра, зад, живот, и даже шея и лицо не избежали плети. Я кричу, стенаю, плачу, хриплю и умоляю демона остановиться, вместе с тем подставляя свое избитое тело под его тяжелую руку. Наконец рогатый прекращает истязать меня, откидывает плеть и принимается слизывать кровь с рассеченной кожи. Больно, блять... Я одна сплошная рана. Представить себе боюсь, как я выгляжу сейчас. С трудом разлепляю разбитые губы, которые покрыты коркой засохшей крови, облизываю их, с мольбой смотря на Макса. Хвостатый понимает меня с одного взгляда. Подходит ко мне, тычется членом в губы. Обожаю эту суку! Языком провожу по головке, высовываю его, как только могу, и широко открываю рот. Мужчина сразу принимает приглашение, толкается в рот, войдя наполовину. Блять, мне снова тяжело – почти невозможно дышать, но я лишь соплю носом, шевелю языком, который остался снаружи, втягиваю щеки, одновременно стараясь расслабить горло. Макс берет меня за волосы практически бережно, делает мелкие толчки, вскоре войдя мне в глотку полностью. Ускоряется, но уже следя за мной, не делая больно. Видимо, мое наказание окончено. Смаргивая слезы, я сжимаю плотнее губы, сглатываю, тихо постанывая. Стараюсь сделать своему Дьяволу приятно. Он с улыбкой смотрит на меня, а я безумно рад уже тому, что с его лица пропала та кровожадная усмешка, тому, что он убрал когти с пальцев. Тому, что он, мать его, наконец-то перестал меня пытать и сейчас явно доволен мной! Его член с пошлым хлюпаньем мягко движется в моем горле, чуть подрагивает и жарко пульсирует. Вскоре Макс кончает, пачкая мои губы и щеки, добавляя сперму к уже имеющимся там крови и слюне. Выдыхаю тихо, закрываю глаза. Я полностью обессилен. Демон вытаскивает меня с канатов, кладет на кровать, снимает бондаж, просто вспарывая веревки когтями. У меня все жутко болит, от малейшего движения тело сводит судорогой. Рогатый бережно разминает мои руки, плечи, проводит мягкими ладонями по спине, и я мурчу в благодарность. Макс наклоняется, водит губами по моим ногам, спускается в самый низ, захватывает губами пальцы на ноге. Вздрагиваю от щекотки, скулю, так как все это вновь возбуждает меня. Язык хвостатого проходится по моей ноге – от пальцев до паха; он слизывает кровь с меня, заглаживает раны, оставленные плеткой. Мужчина разводит мои ноги, ласкает кончиком языка и губами разодранный вход, проникает внутрь, и я понимаю, что боль уходит. Чуть приподнимаюсь, смотрю на темную рогатую макушку, что торчит между моих ног. – Все уже хорошо, малыш, – рука поднимается наверх, ложится на мой член. Краснею. Бля, я снова хочу его, чтоб его бесы выдрали!.. Развожу ноги шире, не сдержав болезненного стона – как я и предполагал, двигаться сейчас мне чудовищно больно. Макс с улыбкой поднимается, целует в губы, отвлекает своим охуенным языком. Едва только я забываюсь, как он одним сильным толчком входит в меня. Громкий стон сам собой срывается с губ, я пытаюсь выгнуться, впустить его еще больше, но ослабевшее тело не слушается меня. Тянусь руками, обнимаю Макса за шею. Мне необходимо дотрагиваться до него. Мужчина мурлычет, поглаживает мои бедра. Целует меня, начинает двигаться. В который раз за эту ночь задыхаюсь, но в этот раз от нежности, сладкого удовольствия и жарких поцелуев. Я думал, Макс быстро сорвется, начнет трахать меня жестко и сильно, но он держит медленный, тягучий темп, даря мне только наслаждение. Мы занимаемся любовью, а не ебемся, и я доволен – почти счастлив сейчас. Демон осторожно обхватывает мои бедра ладонями, чуть приподнимает меня, изменяя угол вхождения. Головка его члена с усилием нажимает на простату, мужчина чуть качает бедрами, создавая невыносимо охренительное трение. Я захлебываюсь стоном, прижимаюсь к нему, тратя на это свои последние силы, а он делает так снова и снова – множество раз, пока я не начинаю метаться и дрожать, пока мое тело не начинает остро реагировать на самое незначительное прикосновение. Пара движений сильной ладони на моем члене все быстро решают, и я кончаю. Протяжно стеная, сжимаясь, притягивая когтистого к себе, я в который раз за сегодня заливаю себя своим семенем, испачкав заодно и Макса. Тот же толкается в судорожно сжимающийся вход еще пару раз, и меня обжигает изнутри его спермой. Мужчина ложится рядом, поглаживает мои волосы, а я же, стараясь побороть сонливость, любуюсь его красивым лицом. Наблюдаю за тем, как кончик его, бесспорно, охрененного языка проводит по бледным губам, как по мраморной коже скулы стекают пара капель пота. Задерживаю взгляд на кровавом пятнышке на белой щеке. Наверняка, об меня извалялся. Тяну руку, стираю кровь пальцем, и тут же Макс ловит мою ладонь. – Я надеюсь, урок усвоен? – довольно усмехается, видя мою жалкую попытку кивнуть, целует ладонь. – Прекрасно. Я люблю тебя, Джим. Сердце вздрагивает, стучит в разы быстрее, но я не могу даже вздохнуть, чтобы ответить. Хлопаю ртом, как рыба, а Макс смеется, наблюдая за моими потугами. – Ты разве не знал этого, малыш? – целует нежно, мягко кусает за нижнюю губу. – Я знаю, что и ты меня любишь, расслабься. Лучше спи уже давай. Укладывается на спину, берет меня осторожно, перетаскивает мою измученную тушку на себя. Я, красный как рак, утыкаюсь носом в его плечо и мгновенно вырубаюсь.