Коты-Воители 6 цикл "Новая Эра" книга четвертая "Крушение Закона"

Сирень потянулась в своем гнездышке и вышла из воинской палатки. Это была последняя ночь, проведенная не в детской. Воробей говорит, что роды начнутся примерно через полторы луны. Львинозвезд, слава Звездным предкам, окреп и полностью выздоровел. Воробей тоже пошел на поправку, но уже будучи старейшиной: он сам пришел к предводителю и попросил освободить его от обязанностей целителя. Хвойногривке стало лучше еще пол-луны назад. К тому же сегодня ее детей посвятят в оруженосцы. Сирень, как оказалось, чуть не опоздала на церемонию, так как стала больше спать. Хвойногривка и Лазурная сидели рядом с ней. И тут воительница почувствовала, что ее спину прожигает чей-то взгляд. Она обернулась и встретилась глазами с Солнцегривкой, которая тут же смущенно опустила голову, уставившись на землю. "Что это с ней? Впервые она посмотрела на меня." - Пусть все коты... - выползая из пещеры, на ходу заговорил Львинозвезд. - О, я смотрю вы уже все здесь. Отовсюду послышался смех и радостное урчание. - Сегодня котята Хвойногривки и Темнохвоста станут оруженосцами! Выйдите вперед. Трое немного напуганных, идеально вылизанных котят послушались предводителя. - Туманочка, Светлячок, Белыш, клянетесь ли вы верой и правдой служить своему племени, смиренно обучаясь у своих наставников и прилагая к этому все усилия? - Клянусь! - громко и уверенно ответила кошечка. - Клянусь, - потише сказал Светлячок. - Клянусь, - таким же тоном ответил Белыш. - Тогда властью, данной мне Звездным племенем, я называю вас оруженосцами. Туманочка, с этого дня твое имя - Туманка, твоим наставником будет Вихрь. Светлячок, тебя теперь зовут Серолап. Твоим обучением займется Иглогривка. Белыш, твое имя - Белолап. Учить тебя будет Снегопад. "Теперь в детской я буду одна." Наставники вышли из толпы и дотронулись носами носов своих учеников. Особенно счастливой выглядела Иглогривка, которая получила своего первого ученика. Сирень почувствовала, как чья-то шерсть едва коснулась ее, и рядом села Солнцегривка. - Слышала, ты ждешь котят. Поздравляю. Пусть Звездное племя подарит тебе здоровых и сильных детей. - Спасибо, Солнцегривка, - у Сирени чуть слезы на глазах не выступили. Кошка очень скучала по своей лучшей подруге. "Все же она дочь Львинозвезда. Солнцегривка имеет право знать." - Сегодня вечером давай вместе поужинаем у камней? Я хочу тебе кое-что сказать, - решительно заявила она. - Хорошо, - радостно ответила Солнцегривка. Когда церемония закончилась, Сирень подбежала к Огнегриву. - Думайте, что хотите, а я не намерена скрывать правду от Солнцегривки. Она хорошая кошка, ей можно доверять! Выпалив это, она тут же убежала в детскую, смотреть свое новое гнездышко, оставив ошарашенного Огнегрива. Когда наступил вечер, Солнцегривка уже ждала Сирень у камней вместе с дичью. - Я выбрала для тебя твою любимую белку, - проурчала она. - Ты не представляешь, как мне этого не хватало, - ответила Сирень. - Белок? - Тебя. Я понимаю, глупо было скрывать что-то от подруги. Но этот секрет не только мой, поэтому пообещай, что никому не расскажешь... - Сирень, - перебила кошка, - если это так важно, то не говори. Мне тоже тебя очень не хватало. А сейчас. Вы с Огнегривом и котята... Я столько упустила в твоей жизни. Больше ничего пропускать не хочу. Я же твоя подруга. Мой поступок был глупым, прости меня. - Нет, Солнцегривка. Я должна рассказать тебе. Ты моя подруга и должна знать самую важную часть меня. Почти весь вечер Сирень рассказывала про пророчества, потомков Огнезвезда и их предназначение и силу. Солнцегривка однако почти не удивилась. - Я всегда знала, что ты особенная. Неспроста же тебе так легко удавалось все предугадывать. Да и отец непобедим в любой схватке. Это, знаешь ли, вызывает подозрения. Не волнуйся, я никому не скажу. - Спасибо, - Сирень радостно заурчала. Возвращение Солнцегривки в ее жизнь - это самое лучшее, что только могло случиться. Ведь только с ней кошка могла поговорить по душам и рассказать, что угодно. В первую ночь, которую Сирень провела в детской, она уснула очень быстро и без камня, который все время их ссоры лежал у нее на душе.