Сигарета

Раннее утро, морозная свежесть тоненькими колючками заползает за воротник, колется холодными иголками, заставляя втягивать шею и поднимать плечи. Горячая кружка обжигающего кофе прогоняет остатки сна. Джаред зевает, расправляет широкие плечи и ловит краем глаза ленивое движение Дженсена, тот тянется рукой к внутреннему карману куртки. За сигаретами. Джаред это видит, он не успел отвернуться, не успел отвести глаза и внутри начинает что-то дрожать. Сладко, беспомощно, как всегда. Это сильнее его, его тайная слабость, самая страшная тайна. Он обреченно вздыхает и идет вслед за Дженсеном, на небольшую полянку в лесу. О том, что Дженсен курит, Джаред узнал не сразу. Они снимались уже больше месяца, знакомясь с группой, друг с другом, с сюжетом сериала. У них было очень много общих сцен, драки, борьба, душевные разговоры братьев. Джареду нравился его партнер по съемкам, киношный старший брат был похож на старшего брата из жизни. Дженсен ненавязчиво подсказывал, где-то удерживал, а где-то подталкивал. Джареду нравилось в Эклзе все: походка, голос, запах. Парфюм у Дженсена был необычным, мягкий теплый запах дерева, лимона и табака. Джаред с удовольствием втягивал этот запах, привык к нему и совсем не задумывался о составляющих этого одеколона. Иногда нотка табака чувствовалась особенно ярко, но даже тогда Джареду и в голову не приходила мысль, что Дженсен курит. И что он это тщательно скрывает. Дженсен сел на ствол поваленного дерева и достал пачку сигарет. Джаред привалился спиной к клену, так чтобы видеть Дженсена и все, что у того за спиной. Так он мог предупредить, если кто-то пойдет к ним. Это стало для них ритуалом, каждодневным и вот уже на протяжении долгих лет. Дженсен курит, Джаред охраняет. Смотрит и думает. Дженсен достает неторопливо пачку, белую с синим рисунком, и щелкает указательным пальцем по дну коробки, выстреливая сигарету. Глухой звук разносится тихим шепотом по лесу и Джаред сглатывает комок в горле. Он не отрывает взгляда от лица друга, даже за все сокровища мира он просто не может этого сделать. Он видит, как Дженсен достает длинными пальцами тонкую сигарету, перекатывает ее между пальцами, разминает, высыпая лишние крошки табака на землю. От этих медленных ласкающих движений у Джареда слабеют ноги, а сердце замедляет удары. Дженсен вставал всегда раньше него, просыпался быстро, словно и не спал минуту назад. Джаред выходил из сна медленно, долго не мог собраться, и только кружка горячего кофе немного оживляла его. Он каждое утро сидел на стуле, сжавшись и пытаясь не задремать. Издалека он смахивал на маленького воробышка, взъерошенного и нахохлившегося. Джаред щурил серые сонные глаза и с раздражением наблюдал за Дженсеном, бодрым и веселым. Вот тогда он и заметил, что после утреннего кофе Дженсен уходит в ближайший лесок. Сначала это было просто незначительным моментом, но потом превратилось в любопытную непонятность. - Дженсен, а что ты делаешь там в лесу? Медитируешь, что ли? – это было просто любопытство, не более. Но увидев, как напряженно повел Дженсен плечами в ответ, удивился. И стал внимательно за ним наблюдать. Специально, вставал пораньше и смотрел, как Эклз неторопливо уходит в кусты каждое утро. Мысли одна глупее другой, предположения, догадки мучительно тревожили Джареда, мешая, сосредоточится на работе. Дженсен молится в одиночестве, расслабляется, нюхает кокаин или вкалывает какую-нибудь дрянь?! Однажды он пошел за ним следом, прячась за густыми ветками, всматриваясь в широкие плечи, дрожа от предчувствия и боясь увиденного. Дженсен сел на пень и неторопливо достал пачку сигарет. Джаред затаил дыхание, но когда увидел простую сигарету, облегчение было таким сильным, что он с радостным возгласом выдохнул. Дженсен услышал и обернулся. Вид у него был такой виноватый, что Джаред засмеялся. - Джаред! Ты что тут делаешь?! И почему ржешь как конь?! – от неожиданности Дженсен сломал сигарету, и она белым доказательством лежала у его ног. - Ты куришь! Господи, ты куришь! – давно уже он не был так обрадован. - Да, курю. И поэтому надо об этом орать на весь лес? – прошипел Дженсен. - А почему ты прячешься? Или ты куришь не простые сигареты? - подозрения накатили темной волной, веселье пропало. - Твою ж мать, Падалеки! Ты это серьезно? Да, вижу по твоему лицу, что серьезно, - Дженсен снова присел на пенек. – Понимаешь, я курю очень мало, обычно по утрам, ну и после секса, сам понимаешь. Я люблю курить один, молча, а курящий народ любит поговорить, посплетничать, когда курят. И потом, если узнают – начнут все время звать покурить, а откажешь – начнут обижаться. Понятно? Джаред кивнул, напряжение ушло. - И раз ты здесь, покарауль, чтобы еще какой-нибудь любопытный не пришел. И чтобы никому ни слова. Договорились? Тонкие пальцы разглаживают белую бумагу, Дженсен стучит сигаретой об пачку, то одной стороной, то другой. Шершавыми подушечками ведет сверху вниз по сигарете. От этого движения вверх – вниз дыхание у Джареда сбивается, он засовывает руки поглубже в карманы куртки, что бы Дженсен не увидел, как дрожат его пальцы. Эклз вставляет желтый фильтр между пухлых губ, языком сдвигая на уголок и прикуривает. Огонек от зажигалки на миг освещает россыпь веснушек, которые еще не успели закрасить гримеры. Зеленые глаза щурятся от дыма. Дженсен курит красиво, медленно, с наслаждением. Он держит тонкую сигарету между пальцев и то опускает руку, то неторопливо подносит к губам. Пепел он не стряхивает, тот падает сам, покрывая серым цветом пожухлые листья. Метал кольца, загорелые пальцы, пухлые губы, сжимающие фильтр, тонкая струйка дыма и прищуренные зеленые глаза. Все это настолько буднично, гармонично и невозможно притягательно! Вроде все просто, обычно, но Джареда ведет, где-то очень глубоко внутри все плавится от щенячьей нежности. Дженсен затягивается, глубоко, широкая грудь вздымается, становится шире. Последняя затяжка. Сильные пальцы тушат окурок об ствол, сминая, раздавливая, уничтожая все намеки. Эклз потягивается мягким кошачьим движением, отряхивает джинсы и идет обратно на съемочную площадку. Все так же молча и неторопливо. - Джаред?! Хорошо, что это ты. Ничего не вижу в этой темноте. Пойдем, покурим, - Дженсен лениво тянет слова, зеленые глаза отсвечивают в не ярком освещении бара. - Джен, ты сдурел? Ты же говорил, что куришь только утром! И…еще после…- понимание оглушило, почему–то неприятно защемило в груди. Они пришли на вечеринку и возле них крутилось столько женщин. Джаред почти не заметил, когда и с кем ушел Дженсен. - Ну, ты как маленький, пошли за угол, ты покараулишь, - Дженсен неторопливо пошел сквозь толпу, а Джаред поплелся следом. Дженсен курил, прислонясь спиной к каменной стене бара. Джаред сидел на мусорном баке и всматривался в лицо друга. Голубой неоновый свет от фонаря делал красивое лицо Дженсена каким-то нереальным. Он был таким расслабленным, открытым и незащищенным, почти умиротворенным. Жмурился, лениво потягивался, и Джаред мог поклясться, что слышал довольное урчание. Большой довольный жизнью кот с зелеными глазами. Запах табака смешался с запахом возбужденного тела, вместе с дымом он щекочет нервы. Джаред втягивает его глубоко, чуть прикрыв глаза, запах проникает в его кровь, бежит огнем по венам, отдает ударами в висках. Сигаретный дым и запах секса, мускус, горячие капли пота, обжигающий сладковатый оттенок спермы. Внутри Джареда все плавится, его начинает трясти, он открывает глаза и видит лицо Дженсена, стоящего очень близко. Зеленые глаза отливают малахитом в неоновом свете, и Джареду кажется, что в них столько одурманивающего притяжения, столько глубины и сладкого возбуждения, что он тонет. Горячий сигаретный пепел обжигает кожу, уголек упал ему прямо на руку. Дурман проходит. Дженсен криво улыбается, тушит сигарету и уходит. А Джаред долго сидит, пытаясь выровнять дыхание и унять дрожь в ногах. Джаред плетется следом, засунув дрожащие руки в карманы, и снова задает себе вопросы и снова пытается на них ответить. Почему он, взрослый мужик, хороший актер, любящий муж и отец, каждое утро тащится в лес, вместо того, чтобы мирно спать в теплой кровати. Почему он, здоровенный детина, как малолетка стоит на стреме, пока его друг, тоже здоровый бугай курит тайком от всех. Почему он, любитель и любимец женщин от 12 до 80 лет, млеет при виде загорелых пальцев и сигареты в чувственных губах. Почему же он с таким наслаждением втягивает запах табака, перемешенный с лимонными и хвойными оттенками и запахом самого Дженсена? Почему эта смесь ароматов так скручивает все внутри, покрывает спину мурашками и сушит во рту? Почему вот уже столько лет, он никак не может понять, что с ним происходит при виде курящего друга? Джаред видел вокруг себя людей с сигаретами каждый день, но только от одной мысли о прищуренных от дыма зеленых глазах перехватывает дыхание. Новый день, новое утро, новая сигарета. Тонкая белая струйка дыма, белоснежная бумага в загорелых пальцах, молчание и глухие удары сердца.