Глиняное сердце

Кенинг отстранился от кукуленка, разглядывая желтые глаза. - Что это значит? Ну... ты же мне улыбаешься. Ты... я вижу, что тебе приятно мое присутствие. Если у тебя есть любимые жанры музыки и книг, значит, ты испытываешь эмоции. - Нет...- отрицательно покачал головой.- Ты должен понять, что я живу среди людей уже семь сотен лет, и я знаю, что такое эмоции и чувства только по тому, как они выражаются у других людей. Я всего лишь кукла.- Он с некой горечью в глазах смотрел на мужчину.- Я знаю, как показать страсть, гнев, сочувствие, радость, презрение, негодование, счастье, надежду, тоску... Я видел, как это происходит у людей. Сотни раз видел. Даже если люди разные, разные взгляды на жизнь, разный возраст... Эмоции у всех достаточно похожи. Прости, но... я никогда не читал фантастику. Я в принципе, уже несколько веков ничего не читал. И тем более, я не знаю, что такое спагетти... Какие они на вкус. Кенинг нахмурился пуще обычного: - Что это значит? Я не понимаю. - Не понимаешь, потому что каждую секунду твоей жизни занимают чувства. Ты всегда о чем-то думаешь и что-то чувствуешь. И для тебя дико жить без чувств. А я... для меня дико испытывать чувства. И сегодня... Я впервые за сотни лет почувствовал что-то отдаленно напоминающее радость, когда ты кормил меня, когда сам поцеловал. Том, я что-то почувствовал. А сейчас... знаешь, когда она начала приставать к тебе... внутри воспылал огонь. Я и не понял, как вцепился в ее горло... Я не могу управлять этим... Кенинг устало потер глаза. У него в голове это все не укладывалось. Он понимал, что перед ним лежит простой пазл, но сейчас он был не в силах его собрать. Том рвано выдохнул. Как только он уже кое-как принимает Вильгельма и его странности, так вдруг узнает что-то еще. Что-то такое, от чего в жилах кровь стынет. Он до сих пор не поверил в историю с волшебным превращением, а тут... - Я опять пугаю тебя, да?- Тихий голос. - Да. Это все в голове не укладывается. Ты извини, но я не могу все это понять. Сперма, еда, чувства...- горько посмеивается.- Я не могу... - Я не прошу понимать. Я прошу верить мне и не отталкивать. И прими это все как... как что-то особенное... - Вильгельм, а что за история с чувствами... Ну, про любовь и... и про желание отомстить... - Я не могу любить. Но я могу связать себя с человеком и... и через него я могу познать все человеческое. Даже любовь. То есть... если ты сможешь любить за двоих, то я смогу почувствовать любовь к тебе. Но это только при том условии, что между нами случится полноценная связь... - ТВОЮЖ! Чего так сложно-то? - Магия никогда не была простой и доступной. Именно поэтому в нее сейчас не верят. У меня есть возможность жить, но нет возможности быть человеком, потому что это не естественно. В природе всегда правит гармония. Новая жизнь равна новой смерти. Луна равна солнцу. День равен ночи. Это половинки целого, противоположности, на которых держится мир. А чтобы обойтись без вселенского взрыва... можно постараться обойти ту самую естественную гармонию. И я... я именно это и делаю. То есть... я часть этого. - Чем больше ты говоришь, тем больше я запутываюсь. - Смотри... в природе все подчиняется гармонии. Есть черное и белое. Ночь и день. Жизнь и смерть. Рождается человек – умирает человек. Гармония природы – равенство во всем. И магия это некий способ обойти гармонию, не нарушая ее. Магия, колдовство, чародейство... Это всё лазейки, которые помогают нарушать законы вселенной, но не нарушать равновесия. Так понятно? - Да...- Том внимательно смотрел в желтые глаза. Вильгельм продолжал: - Я умер, значит, где-то родился тот, кто занял мое место, то есть, мне человеком уже не стать. Но я говорил, что тело человека это сосуд для души. Я свое тело упустил... Поэтому у меня появился новый сосуд... - Кукла...- начинал втыкать парень. - Точно. Сосуд нашли. Теперь дело за душой... Ты же знаешь, что есть рай и ад, ангелы и демоны. Так вот душа, которой путь лежит на небо не сможет занять ничего кроме человеческого тела...- Он поджал губы.- Такие души отправляются на небо, где получают новые тела в других эпохах, с другими историями жизни. Но те души, коим уготован ад... Они считаются падшими, поэтому могут занять любой другой сосуд... - Ты... ты должен был попасть в ад? - Да.- Чуть кивнул.- Так вот, моя душа была способна заполнить сосуд. Но без этого я остался бы только куклой, что-то вроде Чаки...- нахмурился, вспоминая жуткий фильм ужасов, который ему удалось посмотреть однажды.- Но есть воспоминания, в которых заключен мой человеческий облик. - А воспоминания откуда взялись? - С крови отца...- отвел взгляд в сторону. - Но... что несколько капель крови, и готовый облик? - Несколько литров...- дергает бровью, внимательно следя за испугом Тома.- Столько, чтобы омыть мое мертвое тело. - Твой отец умер, спасая тебя? - Умер, но... когда брата моего старшего омывал. - Почему он просто не похоронил вас? Зачем столько трудов? - Когда ты станешь отцом, который потерял обоих своих сыновей... только тогда ты сможешь понять истинные причины поступков моего отца. Он не желал мириться с нашей смертью. Боль сковала его разум, его чувства обострились и поделились надвое: любовь и ненависть или желание отмщения. Том смотрел куда-то в сторону. Он вроде как начал понимать... - Этот ритуал... магия. Я обошел природу и возродился в теле куклы. До тех пор, пока не стану человеком... или... пока не умру, сгорев в огне. - Подожди...- Том тяжело вздохнул осмысливая свой вопрос,- ты сказал, что твоя душа... должна была попасть в ад... за что? Вильгельм недовольно нахмурился: - Ты должен понять, Том, что тот факт, что я делюсь с тобой всем этим говорит только об одном – между нами появляется связь. Она крепнет. И не односторонняя, как у меня обычно бывало, когда только хозяева влюблялись в меня, а двусторонняя, когда и я начинаю привязываться к тебе... Ты должен знать, что это станет частью тебя и будет в разы сильнее твоей воли и страха. В итоге для тебя не станет существовать ничего, кроме меня. Ты откажешься от родителей, от друзей, от работы и учебы, весь твой мир будет заключен во мне. А дальше... тебя скорей всего посадят в психушку. Но так случится, только если ты не поможешь мне стать человеком и тем самым не разобьешь вековые чары... Ты становишься частью этой магии. Хочешь ты этого или нет...- Вильгельм смотрел в теплые глаза и решил закончить свою речь ответом на вопрос Тома:- Моей душе уготован ад за убийство...- его глаза сверкнули холодом лезвия,-... убийство моего старшего брата.