Фоллаут Эквестрия. Протокол бесчестие

Война. Ненависть. Оружие. Они всегда идут вместе. Эквестрия никогда не знала войны. Пони всех мастей и рас жили в мире и понимании. А оружие было всего лишь небольшими железяками, подтверждающими, что перед тобой хранитель правопорядка. Но время шло. Мир менялся. Идеалы дружбы и любви уступали место алчности и ненависти. Раздел ресурсов, земель и даже веры привёл к недоверию и страху. Они породили оружие. Пони настолько обезумели, что боялись выходить из своих домов без ощущения холодной стали клинка под одеждой. Даже между старыми друзьями проскочил страх. Каждый выискивал в разговорах обман, в действиях - подвох, во взгляде - предательство. Вскоре доверие пропало совсем. И началась война. Война за уголь с одной стороны и война за кристаллы с другой. С каждой каплей крови война прорывала себе путь в сердца мирных граждан. Война заставляла брать оружие и идти на фронт - проливать ещё кровь. И надежда на мир исчезала с каждым погибшим на этой бессмысленной бойне. Война продолжалась и обе стороны придумывали всё более и более изощрённые способы убийства друг друга. На место холодной стали и убийственной магии пришли чёрный порох и энергетические лучи. И эволюция оружия продолжалась. Но неужели оружие убивает? Нет. Убивает тот, кто держит винтовку у себя в копытах. Ненависть с каждым выстрелом пожирает его сердце. В глазах его только война и смерть. Пламя мегазаклинаний, пролившись дождём на поле боя, очистило солдата от болезни. Даровало покой всем, кто видел войну. Кто ненавидел. Кто боялся. Кто не спасся. Война закончилась не победой одной из сторон. Она закончилась апокалипсисом, в котором выжили только редкие пони, укрывшиеся в огромных подземных убежищах - стойлах. Единственные клочки жизни в мире пустоши. Ненависть пропала, уступив место скорби. Скорби по молодым воинам, старым мудрецам, жеребятам и их матерям. Скорби по миру, который никто больше не увидит. А оружие? Оно осталось. Самые страшные тайны войны и самые великие порождения ненависти остались лежать в бескрайних пустынях, покрытых магическим пламенем, дожидаясь своего часа. Часа, когда вновь разгорится ненависть в сердцах и когда война вновь проклянёт своим присутствием мир, дабы вновь его разрушить. И на этот раз - навечно.

***

-Невозможно предсказать свою судьбу, как и невозможно поймать все капли дождя в городе. Слишком много может просто так взять и пойти по другому. Сегодня ты правишь миром, а завтра моешь дворец, который ранее тебе принадлежал. Или лежишь в выгребной яме с ножом в спине. И ведь не ясно - что из этого хуже. Пони, сидевший напротив меня, замолчал. Но он оказался прав. Я никак не мог предсказать, что он придёт. Единорог в почти полностью скрывавшем его тело плаще с накинутым на голову глубоким капюшоном. Он не спешил представляться, но я почему-то смутно его узнавал. Именно поэтому он сейчас сидит передо мной и изливает мне душу, а я отбиваю каждое его слово на печатной машинке. -К чему это я? -Понятия не имею. Ты без допуска вошёл в мой офис, до потери сознания избил двух охранников и вломился ко мне в кабинет, говоря про важное дело. А теперь начинаешь философствовать. -Я просто пытаюсь придумать - как начать рассказ так, что бы ты меня отсюда не выкинул. -Раз ты тут сидишь, то у тебя уже много шансов рассказать свою историю до конца. Но сначала я бы не отказался узнать твоё имя. Или, хотя бы, увидеть твоё лицо. Пони некоторое время сомневался, но всё же решил скинуть с себя капюшон. То, что я увидел было ужасно даже для меня, пять лет воевавшего в первых рядах Эквестрийской армии… Начнём с того, что это был единорог. Именно был, поскольку его рог был выжжён до самого основания. На его лице не было ни одного живого места - сплошные шрамы и ожоги. Но ужаснее всего ситуация обстояла с глазами. На правом глазу было множество кровавых отметен, даже зрачок угадывался с трудом. А вместо левого глаза стоял механический протез внутри стальной пластины, замещавшей часть черепа от носа до уха. -Ну что скажешь? - спросил собеседник, прямо смотря мне в глаза. - Пробирает до мурашек? -Невероятно… Как можно после такого выжить? -Нужно очень много везения и множество чужих смертей. Именно с чужих смертей начнётся мой рассказ. Именно чужие смерти будут его сопровождать. Собеседник ненадолго замолчал, встал и подошёл к окну. Раньше я этого не замечал, но к обычному стуку копыт по дереву каждый четвёртый удар так-же отдавался глухим щелчком и шипением. Неужели механический протез? -Отличный вид. Я давно ничего подобного не видел. Окна моего офиса были расположены на самом верхнем этаже здания. Но это здание было слишком маленьким по сравнению с построенными по бокам небоскрёбами растущего Мэйнхеттона. Так что хорошего вида из моих окон не наблюдалось. -Может когда-то из этих окон и открывался отличный вид на луга, но с тех пор прошло слишком много времени. -Нет. Меня не интересуют луга. Меня интересуют пони. Так много пони. Каждый идёт по своим делам. Некоторые просто отдыхают. Но они все рады видеть друг друга и не боятся, что кто-нибудь прямо сейчас может их убить. Эта фраза заставила меня насторожиться. -К чему ты клонишь? -К самому очевидному. Война ведь уже давно разрывает этот мир. Не так ли? -Да. Уже очень долго. -Ты ведь стараешься приблизить её конец? Стараешься победить в этой войне? -Естественно. Собеседник отошёл от окна и сел обратно. -Я тоже сначала так думал. Это и была моя главная ошибка.