Хватит бежать от себя

Дональд стонет и подается назад, пытаясь насадиться на мучительно медленно двигающийся в нем член. Рэддингтон довольно усмехается и впивается жесткими пальцами в его бедра, не позволяя дергаться и оставляя на бледной коже красные следы, грозящие в скором времени превратиться в синяки. - Знаете о чем я думаю, агент Рэсслер? - мягко интересуется он, почти ласково поглаживая Дональда по пояснице и слегка меняя угол проникновения, из-за чего рыжеволосый мужчина почти кричит. Кричал бы. Но мешает кляп во рту. Что поделать, Рональд Рэддингтон любит, когда его любовники молчат. - Я думаю о том, насколько сильно вам подходит ваш естественный цвет волос. Уж всяко больше того ужаса, в который вы красились во время своей недолгой карьеры пилота. Рэсслер напрягается всем телом и дергает скованными за спиной руками, что-то испуганно мыча и мотая головой. - Ну, Дональд, тише, - смеется старый интриган, скользя ладонью по животу любовника и крепко, почти до боли, сжимая его член в кулаке. - Или мне лучше называть вас Йенси? Ведь так вас зовут на самом деле, не так ли, мистер Бэккет? Рэддингтон покидает тело загнанно дышащего ФБРовца и рывком переворачивает его на спину, подхватывает под колени и снова врывается в него. Обычно расслабленный и отзывчивый, Рэсслер отчаянно противиться проникновению, за что и расплачивается весьма болезненными ощущениями. Дональд скользит кончиками пальцев по его лицу, стирая выступившую испарину и скатившуюся из уголка глаза слезинку, сжимает ладонь на открытом горле, почти перекрывая доступ кислорода. - Мне вот всегда было интересно, как проводят свободное время пилоты егерей, оставаясь наедине друг с другом? Быть может, именно так, как фантазируют ваши фанаты? Скажи, ты трахал своего младшего брата? Ах, да. Ты же не можешь ответить... Мужчина ласково приподнимает голову любовника и расстегивает ремешки кляпа на затылке, вынимает резиновый шарик из его рта. - Не смей... трогать моего брата, ты, старый ублюдок... - хрипло произносит Дональд, почти с ненавистью глядя на преступника. - Если ты сунешься к нему, то клянусь, тебя не спасут никакие телохранители. - Да неужели? - Рэддингтон возобновляет толчки, насмешливо разглядывая гневно щурящего глаза мужчину. - Я и не собирался, кстати. Хотя, признаю, мне было бы интересно посмотреть на то, как Райли стонет от твоих ласк. Или поставить его на колени и оттрахать в рот, глядя на то, как его восхитительные губы обхватывают мой член. У тебя очень привлекательный брат, знаешь ли. Рэддингтон ускоряет движения и принимается ласкать пальцами член Дональда, склонившись почти к его лицу. Вглядываясь в его зрачки. - Скажи, он хоть знает, что ты жив? Рэсслер кончает, содрогаясь и всхлипывая, сжимая внутри себя Рэддинтона так, что тому хватает всего пары движений, чтобы последовать за любовником. - Он знает? Дональд сидит на холодном полу, привалившись спиной к стене и растирает запястья. Он не смотрит на Рэддингтона. И так знает, что сейчас тот поправит дорогой костюм и выйдет из той кладовки, в которой они устроились на этот раз. А несчастный агент ФБР останется, собирая с пола свою одежду и в который раз размышляя о том, какого черта позволяет так с собой обращаться. - Не волнуйся, я не трону твоего брата, - равнодушно бросает Рэймонд на прощанье. - Ведь он один из тех, от кого зависит наше будущее. Рэсслер дожидается хлопка двери и прикрывает глаза, проваливаясь в полузадушенные воспоминания и прошлую боль. - Не знает, - тихо шепчет он в пустоту и медленно встает с пола, потягиваясь и морщась от неприятных ощущений внутри. Поднимает с пола свою одежду и медленно натягивает ее на себя. - Не знает. Мужчина затягивает на шее галстук и опускает руки, засовывает их в карман брюк. Вздрагивает и вытаскивает правую вместе с лежавшей там картонкой. "Может, хватит бежать от самого себя?" гласит надпись на маленькой открытке с изображением Джипси. - Хватит, - беззвучно соглашается Йенси и решительно толкает дверь кладовки.