Часть 1
Зиновьев: Вон! Сокольников: Бум.. Сталин: Чик... Чичерин: А-а! Троцкий: Свияжск... Дзержинский: Поздно! Все: Все ради Маркса, все ради Маркса, Мы убиваем не со зла, Мы люди с целью, и ради цели... Троцкий: Полмира мы сожжем дотла! Зиновьев: В революцию 1905 года я был еще совсем молод и наивен. Я верил, что всего можно добиться словом. Однажды наш комитет присутствовал на собрании социал-демократов. Я подготовил речь, выступил с ней и говорил целый час. И вдруг кто-то из меньшевиков поднялся с места и крикнул: "Хватит этих большевистских глупостей! Вон!" Поднялся шум и гам, я был оглушен этим натиском и перестал себя слышать. Но у меня был с собой револьвер, и я решил привлечь к себе внимание выстрелом. *хдыщ* В голову того, кто меня прервал. Все: Все ради Маркса, все ради Маркса, Мы убиваем не со зла, Мы люди с целью, и ради цели Полмира мы сожжем дотла! Сокольников: В 1920 году по рекомендации меня отправили на Южный фронт, в Туркестан. Места там совершенно дикие, никакой цивилизации, нападают и белые, и местные бандиты. Группа, направившая меня туда, очень надеялась, что я погибну. Но я не дал им такого шанса. Я добился успешного завершения военной операции и телеграфировал об этом в Москву. Группа сразу заинтересовалась моими успехами, и я пригласил их в Туркестан. Я пообещал лично встретить их на вокзале. *хдыщ* Знали бы вы, как красиво этот вокзал взлетел на воздух. Все: Все ради Маркса, все ради Маркса, Вины в том нашей ни на грош, Как ни старайся, как ни пытайся, Улик на нас ты не найдешь! Сталин: Я грабил банк. Эксы-шмэксы. Нычего лычного. За мной увязался какой-то прищавый студэнт - видимо, хател сдать меня в палицию. У него был тихий голос, но он арал: "Вор, дэржите вора!" Как рэзаный арал. "Дэржите вора!" *хдыщ* И он напаролся на мой нож. Он напаролся на мой нож восэм раз, дарагой. Все: Мы люди с целью, и ради цели Полмира мы сожжем дотла! Чичерин: (очень тихо) Я всегда считал, что убийство - это плохо, с какой бы целью оно ни совершалось. Я до сих пор так думаю. И в эту компанию я попал совершенно случайно, потому что жизнь у меня так сложилась... несчастливо... Может, так и сидел бы в архивах министерства иностранных дел и горя не знал... Бухарин: А тот парень в подворотне? Чичерин: А-а! Это не я! Троцкий: Мы много колесили по стране во время гражданской. Белые наступали повсюду, и однажды за неделю мы проехали пятнадцать городов подряд - один, два, три, четыре, пять, и везде белые, и везде Красная Армия слабела до нашего приезда. Как-то раз мы приехали в Свияжск. Армия была там совершенно никакая, а белые части уже подходили близко к городу. Нужно было срочно брать дело в свои руки. Я вызвал к себе командование города, предоставил им наш план и предложение ликвидировать небоеспособный штаб обороны Свияжска. И вдруг местный командир заявил мне, что не намерен подчиняться моему приказу! *хдыщ* Для меня это было шоком. У меня как будто случился провал в памяти... Только позже, увидев на земле кровь, я понял, что лично расстрелял этот штаб обороны ко всем чертям! Они нарвались, они нарвались, Они не поняли меня! Пришлось немного - во имя Маркса! - Добавить адского огня! Дзержинский: Я вообще люблю науку. И тот профессор физики, который был у меня на допросе, возможно, был неплохим человеком. Но что поделать, если этот неплохой человек был заподозрен в связях с меньшевиками, кадетами, английской и японской буржуазией, и отрицать это было поздно. Вдобавок у нас возникли чисто эстетические разногласия. Он думал, что у нас не выйдет доказать его виновность. А я думал, что он не выйдет из ВЧК живым! Все: Все это хлам, хлам, хлам, хлам, хлам, Все это хлам, хлам, хлам, хлам, хлам... Все ради Маркса, все ради Маркса, Вины в том нашей ни на грош, Как ни старайся, как ни пытайся, Улик на нас ты не найдешь! Все ради Маркса, все ради Маркса, Мы убиваем не со зла, Мы люди с целью, и ради цели Полмира мы сожжем дотла! Зиновьев: Хватит этих большевистских глупостей!... Сокольников: Места там совершенно дикие... Сталин: Какой-то прищавый студэнт... Чичерин: Попал совершенно случайно... Троцкий: Не намерен подчиняться моему приказу! Дзержинский: Чисто эстетические разногласия... Зиновьев: Вон! Сокольников: Бум.. Сталин: Чик... Чичерин: А-а! Троцкий: Свияжск... Дзержинский: Поздно!
