Жизненный коллапс

- Ичи, - омежка тихонько, маленькими шажочками направлялся к кровати. - Да, мой хороший? - Мне нужно тебе кое-что сказать… - Я внимательно тебя слушаю, родной. Когда Дейдара подошел к кровати, Итачи взяв его за руку, посадил перед собой, между своих ног, облокачивая спиной о свою грудь. Альфа тотчас почувствовал, как его омежка напряжен, как он скован и дрожит? - Малыш, - брюнет обнимает своё счастье, проводит рукой по длинным злотистым волосам. Итачи невероятно нравится их нежность. – я теперь настаиваю на твоём рассказе. Что случилось? - Ичи, - Дей опустил голову, затем поймал руку, что его гладила, и прижал тыльную сторону ладони к своим губам. Учиха не отстранял руку, позволяя целовать себя, не подгонял омегу, спокойно ожидая продолжения. - Ичи, я так люблю тебя, - Тсукури поворачивается лицом к своему альфе, и уже не может сдерживать нахлынувших слез страха и разлуки. Он бы не плакал! Никогда! Он сильный и стойкий омега по жизни, но беременность даёт свои плоды, плюс, ты полюбил, сам любим, и, ни за что на свете не желал бы лишатся этой радости, этого блаженства. – Прости меня, Ичи. Прости… - Дейдара… - тут уже не просто удивление, тут беспокойство. – Дей, - омегу нежно прижимают к себе, продолжая гладить по волосам. Итачи ничего не спрашивает. Всё равно парень ему сейчас ничего не ответит. – Я тебя люблю. Больше всех на свете, малыш. Нарочно льешь слёзы. Альфа аккуратно укладывает своего мальчика на спину, укрывая, ложится рядом, прижимая к себе в теплых объятиях. - Что бы ты себе там не надумал, всё это нарочно, - легки поцелуй в висок. – Но, мне будет легче понять, если ты мне всё расскажешь. Дейдара… - еще одно легкое касание губами. Блондин, немного успокоившись, взял себя в руки. То письмо, что он сжал в руке, превратилось в комок смятой бумаги, который парень быстренько отправил под подушку. - Прости, Ичи. У меня был просто очень напряженный день, - он повернулся к брюнету лицом, на бок, легко коснувшись кончиками пальцев его подбородка. - Я полагал, что давно заслуживаю полного твоего доверия, - Итачи легко коснулся тоненьких пальчиков губами. - Я полностью доверяю тебе, Ичи. Ты об этом знаешь. - Знаю, но не вижу… - Я не готов проститься с тобой. - Проститься? Дей, что с тобой происходит? - Ты ведь меня бросишь, да? - Что? – Учиха аж привстал на локте, смотря на парня. – Что за чушь, Тсукури? - Наш последний секс был во время моей той тяжелой течки. А это было давно. Даже очень. Точнее, уже как четвертый месяц пошел…. У тебя кто-то есть? - омега не прекращал зрительного контакта, наблюдая за Учихой. - Что за очередная глупость, Дейдара, я давал тебе повод усомниться во мне и моей верности к тебе? - Нет. Но, это четыре месяца, Ичи. Не неделя, не две, не месяц, а четыре. Альфа выдохнув, слегка улыбнулся, склоняясь над своим глупышкой. - Ты прав, у тебя была тяжелая течка. После неё появились проблемы со здоровьем, малыш. Я могу контролировать свои желания, для твоего блага. - Со мной всё хорошо. Даже слишком, Ичи. Скоро уже будет поздно. - Мм? – выдох. – Ты о чём? Ну же, говори. - Я люблю тебя, - обняв за шею, поцеловал. - Родной, не стоит… Я на грани…. Ты сам только что сказал - четыре месяца. - И даже не дрочил? – ухмылка. - Тебе скажи и к рукам меня ревновать станешь, - ответная ухмылка от Итачи. - Ээй! Я не ревновал тебя! Ну, почти. У меня другая причина. - И ты мне её не скажешь. - Скажу. Потом, - провел рукой по затылку брюнета, снимая резинку, что держала волосы в хвосте. Теперь черные пряди свободно падали и плечи, большинство, закрыло лицо Учихе. Дейдара даже тихонько рассмеялся. - Ну, вот. Мне легче стало, увидев твою улыбку, - альфа садится на постели, убирая волосы назад. - Ээй! Ты куда? Вернись! У меня твоя резинка, - улыбался блондин. - Давай её сюда… - протянул руку Итачи. - Хех. Сам возьми, - все так же улыбался Тсукуки. С улыбкой хмыкнув, альфа укладывает волосы через плечо, и возвращаясь в положение – над своим омегой, легко целует его в губы. Дей улыбаясь, отвечает, обнимая своего любимого, затем небрежно делает ему хвостик. - Не мешает? - Нет. Довольно удобно, думаю и красиво. - Модно, Ичи. Я так тебя люблю. Целуй меня чаще. - С удовольствием. Парни упоенно и долго целуются, обнимая друг друга, легко улыбаясь, затем снова возвращались к поцелуям. Дейдара немного развел ноги, затем и вовсе обвил талию своего альфы ногами, прижимая сильнее к себе. Тогда он и почувствовал, что Итачи больше, чем просто на пределе… - Ичи… - он немного приподнял бедра, и теперь полностью чувствовал, как возбужден его парень. -Давай… - легкий поцелуй в губы. - Дей… - Я уверен. Я хочу. Не обделяй меня, Учиха! Иногда Дейдара ненавидел себя за свой длинный язык. Но сейчас, он хвалил всё и вся за него. Итачи свободно целовал своего омегу, развязывая пояс на стройной талии и снимая с омеги халат, а потом и боксеры. Тсукури задержал дыхание, когда руки альфы нежно прошлись по его торсу, всё это дополнялось нежными поцелуями. Итачи особенно любил его живот и почему-то бедра,а так же достаточно времени уделял возбужденной плоти блондина. Дейдара был готов кончить только от оральных ласк, но Учиха как всегда останавливался на грани. Возбудив своего омегу, он умело переводил любовные прелюдии на следующий уровень. Прогнутая спина, открытый рот в немом крике – блаженства, разбросанные золотистые пряди по подушке, глубокие, но нежные движения, ласки, поцелуи и поглаживания, теснота и теплота тела, ускоренные движения, стоны и просьбы ещё. Обветренные, прокусанные губы, жаркие, томные, глубокие, влажные поцелуи. Жарко, невероятно жарко и… хорошо. Итачи наслаждался телом своего омеги, но его возбуждал лишь один вид на это еле поправившееся тельце, это красивое лицо, глубокие светлые глаза и приоткрытые пухлые губы, вздымающаяся грудь и … стоны. Дейдару поглотил омут тягостных, переполняющих его ощущений. Каждый раз с его альфой был ярким, насыщенным, нежным, долгим, и до потери разума приятным. Тело желало, дабы это продолжалось вечно, но у каждого есть свой придел. И вот, этот эпилог – ярок и силен. Он обдает тебя потоком безграничного блаженства и счастья, которые сменяются приятной усталостью. Долой проблемы, долой страхи. Хоть это и все мнимо, но подождет до завтра. Эта ночь только для него и его альфы. Все остальное потом. Потом. Завтра. Может быть.