Теперь по-другому

Заходя в общую гостиную, Джинни и Невилл совсем не ожидали увидеть того, что увидели: сидящие в обнимочку на диване напротив камина, мирно спящие Эшли и Симус. — С ума сойти... — покачала головой Джинни. — Когда только успели? Вот отвечаю, когда уходила тебя искать, этим даже не пахло... Невилл усмехнулся и, еле сдерживаясь от смеха, взмахнул палочкой: — Вингардиум Левиоса, — прошептал он. Эта забавная парочка легонько взвилась в воздух, Невилл, уже покрасневший от хохота, понес их в сторону лестницы в свою спальню. Джинни смеялась прямо в голос, даже не беспокоясь о том, что разбудит друзей. — Блин, не смогу их пронести по лестнице, Джинни... Может, к тебе? — тихо предложил Невилл, все еще улыбаясь. — Ты не сможешь войти. — Тогда неси ты, — предложил Невилл и подошел к девушке. Продолжавшие преспокойно спать ребята полетели за ним следом. Джинни снова захохотала. — Что делать-то? — спросила она. Невилл взял палочку двумя пальцами. — Держи, — выдавил он, хватаясь за живот, который начинал болеть от смеха. Джинни осторожно подошла к нему и аккуратно перехватила палочку. И это был именно тот момент, когда Невилл подумал, что Джинни уже взяла палочку в руки, а на самом деле, она еще не успела. И Невилл разжал пальцы. Палочка полетела на пол. Прошла всего лишь секунда, но за эту секунду Джинни и Невилл успели передумать все на свете в своих головах. И через миг тишину гостиной нарушил чудовищный грохот, который мгновенно разразился диким визгом девушки. И потом раздался ужасно заразительный смех. Невилл и Джинни в самом деле упали на пол, глядя на ошарашенные лица, продолжавших обниматься и ничего не соображавших после сна друзей, валявшихся посреди гостиной. Ребята хохотали от души, выплескивая эмоции последних дней, поскольку слезы были непозволительной роскошью и слабостью, которую демонстрировать было строго-настрого запрещено. — Вы что, ахерели, что ли, ребят? — Симус все еще обнимал Эшли, которая, прижавшись к его теплому боку, уже прикрыла глаза, чтобы продолжить свой сладкий сон. — Извини-и, — простонала Джинни сквозь слезы. — Честное слово, мы не специально... И ребята снова дружно заржали. — Уроды, — буркнул Симус и улегся на пол. — Вингардиум Левиоса, — во второй раз прошетали в комнате, на этот раз, Джинни. Она стала медленно красться в свою родную спальню, аккуратно огибая все углы, чтобы ее летящая конструкция ничего не задела и, не дай бог, проснулась. — Идиоты, — заявил Симус, по-видимому, обнаружив свое местоположение. — Твоя жизнь в моих руках, я бы помолчала, — прошептала в ответ Джинни ласковым голосом. — Очевидного не отрицают, — язвительно проворчал Симус. — Вингардиум Левиоса, — послышался за спиной голос Невилла. — Я держу ее! Джинни сняла свои чары, и Симус снова повалился на пол, как огромный мешок. В гостиной вновь раздался дикий ржач. — Ну, Лонгботтом, ну держись, негодяй, — прошипел Симус, вскакивая с пола и потирая ушибленный бок. Невилл на бегу вручил какой-то маленькой девочке палочку и побежал в сторону своей спальни, громко крикнув через спину "Не урони ее!". Симус ринулся следом за ним, затем хлопнула дверь, и раздались счастливые вопли. Остаток дня Невилл проходил с яркой надписью "ЧМО" на лбу, которую невозможно было не заметить. Симус, в свою очередь, проторчал четыре часа в больничном крыле, пока у мадам Помфри не получилось убрать "этот отвратительный хобот с прелестного лица прелестного молодого человека". Полумна отлично справлялась со своим ответственым поручением, и уже довольно скоро большинство ребят начало выписывать не привычный "Пророк", а "Придиру". Когда Невилл в начале сентября получил свежий номер журнала он просто обомлел от того, насколько открыто там выражена позиция мистера Лавгуда и его мысли по поводу этой войны. Так этого оказалось мало, чуть ли не на каждой странице пестрел яркими красками очередной лозунг, призывавший занять "сторону светлых сил". — Полумна, — тихо позвал Невилл подругу, отвлекая ее от пищи. — Здравствуй. — Приятного аппетита. Послушай, как бы вам не нарваться, — медленно начал он, усаживаясь за стол Когтеврана рядом с девушкой. — Что ты имеешь ввиду? — спокойно спросила Полумна, делая перерыв между двумя ложками овсянки. — Понимаешь, ваш журнал... Как бы тебе сказать... Это чересчур прямо, сечешь? Там даже имена журналистов подписаны в коеце статей. Ну нельзя так, плохо будет. — Мой дорогой Невилл, видишь ли, мой отец не скрывает своего отношения к действиям Темного Лорда и хочет передать свою позицию людям, далеким от политических дел. Это его право. — Так-то оно так, но, Луна, они доберутся до вас! — жарко выпалил Невилл, округлив испуганные глаза. — Не переживай за меня, Невилл Лонгботтом, — тихо произнесла она, глядя ему прямо в глаза. "Как об стенку горох," — подумалось Невиллу, и он ушел из-за стола чужого факультета. Этим вечером Симус просто вывел из себя всех в спальне тем, что в течение трех часов долбал палочкой по радиоприемнику, который с радостной улыбкой выудил из неразобранного с дороги чемодана. Все это время он шептал себе под нос "Медоуз". Причем сначала это был какой-то ласковый призыв с предвкушением в теплом голосе, затем это начало раздражать и его самого, и наконец настал тот момент, когда интонация его лишилась всяких эмоций, и в ней отдавалась лишь тихая надежда. В первые минуты ребята с интересом наблюдали за непонятными попытками парня сделать что-то неведомое, потом они старались спросить его о целях такого странного поведения, но не услышали в ответ ни слова, за исключением повторяющегося как волшебная формула "Медоуз, Медоуз, Медоуз". Дальше следовали попытки игнорировать это длинное, растянувшееся на всем полу чудо, которые не увенчались успехом, и в результате, Джинни, резко сверкнув раздраженными глазами, оградила его Заглушающими чарами и продолжила прерванный с Невиллом и Полумной разговор. — Короче, девчонки, у меня просто безумная идея, — сообщил с горящими глазами Невилл. — В свете последних событий, того, что опечатали все входы и выходы из Хогвартса, помимо основного... нужно сделать новый ход! Джинни подняла брови так, что они оказались чуть ли не на макушке. — Чи-иво-о? — недоуменно протянула она, не моргая огромными от удивления глазищами. — Это просто замечательная идея, Невилл, — подала голос из своего уголка Полумна, и Лонгботтом так и засиял. — Я все продумал! — он повернулся к Полумне, не обращая внимания на протестующую Джинни. — Мы обоснуемся в Выручай-комнате, заранее попросим ее о специально обустроенном месте. Что-то вроде нашей штаб-квартиры. И пророем тоннель в Хогсмид! — И где будет выход? — скептически поинтересовалась Джинни. Она смотрела на увлеченного своим неведомым делом Симуса. Его рот регулярно открывался, и губы беззвучно произносили фамилию, от которой уже реально начинало тошнить. — Этого я пока не знаю, — нахмурился Невилл, потому что Джинни нашла единственную пробоину в безупречном плане. — Соглашусь, идея хорошая, — скупо оценила Джинни. — Но я знаю, как сделать ее идеальной, — она игриво дернула бровями и хитро улыбнулась. — В Хогсмиде есть один бар... Или паб... Не знаю, в общем. Там работает Аберфорт. Аберфорт Дамблдор. Родной брат профессора Дамблдора! Вот вам и полноценный вы... Ни с того, ни с сего Симус вскочил с пола и резко прыгнул высоко вверх, подгибая под себя ноги и широко разинув рот, Джинни моментально сняла наложенные чары. — ...дозор"! Повторяю! В эфире программа "Поттеровский дозор"! — раздался из магнитофона до коликов знакомый голос Ли Джорджана, и Джинни зажала себе рот ладонями, подавляя тонкий писк. Симус сделал по максимуму громко. — С вами на связи господин Дред. Здравствуйте, дорогие слушатели, я очень рад тем, кто смог сегодня найти нас! В волшебном мире происходят сейчас жуткие вещички, надо заметить, но мы, ваши верные слуги, остаемся совершенно беспристрастными передатчиками иеформации только для вас, дорогие! Внимание! Пароль к следующей передаче фамилия не менее знаменитого мракоборца, чем сегодняшняя фамилия, - Фенвик. Мистер Бенджи Фенвик - член первого Ордена Феникса и просто героический человек. Итак, начнем нашу передачу. За последние четыре дня, которые мы не выходили на связь, случилось четырнадцать происшествий, в результате которых погибло двадцать четыре волшебника и семьдесят девять маглов, ранены, в общей сложности, девятнадцать человек, объявлены пропавшими без вести - девять. Со списками вы сможете ознакомиться в течение передачи. Десятое сентября. В восемь утра прогремел взрыв посреди остановки общественного транспорта. Йен Кендрик, Катрин Бренсон, Эллисон Джеймс и ее трехлетний сын Тео не смогли пережить это утро. Ближе к обеденному времени обвалился небольшой мост в отдаленном от центра районе Лондона. И дальше снова тихий голос Ли скорбно объявлял фамилии, чьи семьи больше не дождутся своих родных. Так, в мертвой тишине четыре школьника прислушивались к суровой реальности, доносящейся из уст вчерашнего ребенка, с замирающим сердцем, опасаясь услышать знакомое имя. — Все волшебное сообщество скорбит с каждой семьей, потерявшей своего героя, — тихо проговорил Ли и вдруг затараторил с бешеной скоростью. — Следующая передача выйдет в эфир через четыре или пять дней в это же время! Берегите себя и своих близких! Гарри Поттер, если ты нас слышишь, мы за твоей спиной, знай, ты не один! И из приемника послышались жуткие помехи. Ребята судорожно выдохнули. — О Мерлин... — застонал Симус. — Неужели можно больше не говорить это Медоуз-Медоуз-Медоуз?! — Готовься, скоро это будет Фенвик-Фенвик-Фенвик, — усмехнулся Невилл. — Откуда ты вообще узнал об этом радио? — спросила Джинни, перебираясь на кровать Гарри и широко зевая. — Дин сказал, — коротко ответил Симус. — Все! Спать! Все без разговоров расползлись по кроватям. — Спокойной ночи... Посреди ночи, когда измученный бессонницей Невилл услышит со стороны кровати Симуса фамилию Медоуз, аж на берегу Озера будет слышен отчаянный вой человека.