Разбитые мечты

Щелчок выключателя, и яркий свет заливает ванную комнату. Вернер фон Браун оглядывает свои владения. Всё-таки у него хороший вкус: это видно и по его дому, и по его автомобилям, и по его женщинам - он любит всё роскошное. И даже ракеты у него роскошные. В руках у отца американской космической программы бутылка виски и стакан со льдом. Сегодня можно себе позволить немного отдохнуть - уже 20-го состоится полет первого астронавта и он, Вернер фон Браун, наконец-то утрёт нос этим русским. Пока ванна наполняется, Вернер неторопливо снимает с себя одежду. Комнату заполняет запах фиалкового экстракта - Браун любит этот запах – он почему-то напоминает о родине. Погрузившись в обжигающую воду, Вернер закрывает глаза - даже сейчас его мысли о работе, вернее о его конкурентах на другой стороне планеты. «Должен же быть у них Главный, - Браун открывает глаза и наливает в стакан немного виски. - Которому досталась часть моих ракет... Видимо, он умный сукин сын - смог сначала скопировать их, а потом и переделать всё по-своему... И запустить этот свой спутник.» При мысли о запуске первого спутника, Браун морщится. «Интересно, как его зовут? Иван? - Вернер улыбается. Ему представляется двухметровый бородатый детина. - Нет, это слишком скучно...» Браун начинает перебирать все известные ему русские имена. Не так давно он прочёл книгу русского писателя Льва Толстого "Анна Каренина", так что сведения имеет. «Алексей? Нет... Константин - красиво, но нет, - Браун снова наливает себе виски. Тут он вспоминает, что у Анны был сын Серёжа. - А, пусть он будет Серёжа». Вернер шёпотом произносит это имя по слогам. «Да, пусть будет Серёжа, и пусть будет брюнетом с большими карими глазами. - Вернер плотоядно улыбается. - Я бы не отказался встретиться с ним...» Фантазия уходит все дальше - Вернер снова закрывает глаза, ложась удобнее. «Интересно, сколько моему Сереже лет? Пусть будет тридцать...» - он представляет их встречу с этим загадочным руководителем советского ракетостроения. Встреча весьма своеобразна. «На нём наручники, - Вернер чувствует, как его начинает охватывать возбуждение. - И кляп во рту... Хотя нет - пусть кричит, сколько хочет. А одет он в эту их ужасную военную форму, как была на тех пленных... Не важно. И он стоит на коленях передо мной». Браун выдыхает. Он представляет, как подходит к воображаемому Серёже и со всей силы даёт ему пощечину. Потом ещё и ещё. «Чтоб его бледные щеки стали красными и на них отпечатались мои ладони, - Браун проводит пальцами по груди, задевая соски. - И из глаз потекли слёзы». Сделав ещё пару глотков, Вернер отставляет стакан. Теперь начинается самое интересное. «Я хватаю его за воротник и бросаю на стол, лицом вниз, - Вернер опускает руку. -Привязать его к столу? Да, пожалуй, ногу к ножке стола ремнём. А вторую? Ладно, - не убежит. А его ремень с красивой пряжкой в виде звезды я использую иначе». Пальцы Брауна касаются его члена. Вернеру нравится иногда проводить время так – без любовниц и любовников. Можно представить себе что угодно – всё в твоей власти. «Я расстёгиваю его брюки, спускаю их вместе с бельём до колен. Глажу обнажившуюся кожу – она гладкая, нежная… я наношу первый удар, - Вернер скользит ладонью по стволу, ощущая, как напрягаются вены. Его пульс учащается – фантазия так реалистична. - Серёжа вскрикивает, но пытается молчать… как русский партизан. Я продолжаю порку - методично наношу удары, видя, как всё новые и новые красные полосы появляются на его ягодицах. А вот и кровь - пока можно остановиться». Браун проводит языком по губам, на секунду задумавшись. «Серёжа тяжело дышит, - Вернер продолжает ласкать себя. Он запрокидывает голову, смотря в зеркальный потолок. - Я бросаю ремень, подхожу к нему вплотную и развожу его ягодицы - Серёжа вздрагивает. Видно, что у него ещё не было мужчин». Браун злорадно ухмыляется. «Я буду его первым... Но, сначала я достаю из шкафа модель моей ракеты "Атлас"... Хотя нет... Модель его ракеты, его «дельца`». Ввожу в него - он сопротивляется, но я наваливаюсь, прижимаю его к столу... – Вернеру хочется смеяться – идея с моделью очаровывает его. - И имею его его собственной ракетой. Он стонет, тихо, стыдясь своей слабости. Отстёгиваю ремень, с силой валю его на стол, теперь лицом вверх. Он прячет глаза, на чёрных ресницах дрожат слёзы. Я не спеша расстёгиваю свои брюки. Он смотрит на меня с ужасом и покорностью. Подхватываю его ноги - на бедрах уже наливаются синяки. Я вхожу в него - Серёжа узкий и горячий. Двигаюсь резко. О, что я вижу?! Мой Серёжа тоже возбуждён. Он зажмурился, чтобы не видеть меня. Но он стонет – на каждое моё движение он отвечает стоном. Ему больно, но ему это нравится… Как я добр!» Рука движется всё быстрее – Браун чувствует, что долго так мечтать не удастся. «Снова ставлю его на колени. Серёжу качает. Подхожу вплотную - член к его лицу, - Вернера накрывает оргазм. - Моя сперма течет по его губам, попадая в рот. И на его рубашку, его форменную рубашку красной армии...» Вернер стонет - такой волнующей фантазии у него давно не было. Это даже лучше, чем думать о мисс Монро… Несколько секунд он лежит, жадно вдыхая горячий, пронизанный запахом фиалок, воздух комнаты. Сквозь дремоту Браун слышит звонок телефона. Вернер лениво вылезает из ванны. Накинув на плечи халат, он выходит в коридор и подходит к телефону. Звонит его помощник. - Мистер Браун, у нас ЧП, - Вернер скептично кривит губы, но следующие слова заставляют его побледнеть. - Только что сообщили - русские запустили своего человека в космос. Несколько секунд Браун стоит, не шелохнувшись – он чувствует, как боль, словно тисками, сжимает его затылок. Помощник продолжает свой сумбурный монолог, но до Брауна долетает лишь последняя фраза. - Вернер, они нас отымели… Браун вешает трубку, нервно сглатывая. - Он меня отымел. The End.