Второе дыхание

- Я надеюсь, теперь ты оденешься более адекватно, - проговорил Локи, бросив на меня оценивающий взгляд. Я все также сидела на краю кровати в белой рубашке с замысловатой серебряной вышивкой и беззаботно пинала сгусток света вдоль комнаты. - К чему такая необходимость поскорее меня одеть? - поинтересовалась я и вновь завалилась на кровать, обнимая пуховые подушки. Локи недовольно покосился на меня и ответил: - Мне ты нравишься и без одежды, но вот только я сомневаюсь, что народ оценит такую твою выходку, - трикстер схватил меня за кисть и мигом поднял с постели. Я сложила руки на груди, совсем ничего не соображая, и вновь спросила: - Какой еще народ? И зачем ему меня вообще видеть? Бог хмыкнул и задумался, потирая переносицу: - Видишь ли, - начал он, - нам сейчас надо бы показаться на людях. Мы должны, так сказать, не подавать дурной пример и в тоже время успокоить народ, заверив их, что их жизням ничего не угрожает, - Локи взял меня за руки, но глаза так и не поднял. Ясное дело, чего-то он точно не договаривает. - Какой-то глупец распустил слухи, что чуть ли не завтра начнется война, и что асгардцы в этой битве обязательно будут повержены, так как не пойми каким образом за последние пару десятилетий Йотунхейм превратился в конвейер по изготовлению идеальных солдатов и безотказно убойного оружия. В общем, черт его знает что. Трикстер яро жестикулировал, неспокойно перебирая длинными пальцами белые простыни, и то и дело запинаясь через слово. Глаза его хаотично метались по комнате, а голос, хоть и оставался таким же уверенным и твердым, все же время от времени провисал и нещадно срывался, нелогично превращаясь в отчаянный, хриплый крик. Еще с полминуты бог продолжал свой рассказ о том самом глупце, который распространяет столь нелепые слухи, но я не дала ему договорить и тут же приложила палец к его губам. Локи смиренно замолчал, на что я попыталась мило улыбнуться, и спросила: - А мы-то тут при чем? Трикстер замялся, пытаясь выкрутиться из ситуации, что в итоге ему не удалось, поэтому пришлось говорить прямо, без лишних объяснений и лестных эпитетов: - Наша свадьба состоится через неделю, - бог быстро поднял глаза, ожидая моей реакции, но так и не услышав ответа, продолжил. - И сейчас мы должны немного послужить этому королевству. Выйдем к народу, повеселимся, попытаемся убедить их, что все хорошо, ведь если мы так спокойны, то простым жителям и вовсе переживать нечего. Ты поняла? Я невразумительно хлопала ресницами, пытаясь переварить только что полученную информацию. Спустя пару секунд я быстро пробормотала: - Во-первых, какого я должна служить королевству, которое меня ненавидит всем сердцем, пропитанным бесконечным эгоизмом и самовлюбленностью? Во-вторых, я тебе что, обезьянка в цирке, чтоб народ развлекать? Пускай Один вычитает пару замысловатых и душевных речей о несломимом духе асгардских воинов, которые до конца дней своих готовы защищать родину и навеки будут верны народу. Не сомневаюсь, это вселит в сердца людей куда больше надежды и уверенности в завтрашнем дне, чем наши размилейшие поцелуи на публике. Локи знатно опешил от такой заявочки, но вряд ли он ожидал чего-то иного. - Послушай, Лиз, - более грубо начал он, осознав, что милые уговоры уже не прокатят, - ты должна мне помочь. И не только мне, а и всему асгардскому народу. Если они увидят, что мы о войне даже и думать перестали, а наоборот готовимся к свадьбе и пытаемся всячески разнообразить скучную жизнь в этом царстве, то вскоре и сами в это поверят. Ну а если же правительство не даст народу оснований для спокойствия, то тогда толпа сама найдет причины для беспокойства. Начнутся бунты, восстания, революции и тому подобное, и тогда и без того плачевное состояние нашего королевства на данный момент ухудшится до невозможного, и наши шансы одержать победу над Йотунхеймом моментально сократятся до нуля, - Локи поднялся с кровати и устремил на меня допросительный взор. - Надеюсь, я доходчиво объясняю? Я встала напротив трикстера и тут же спросила: - То есть, война все-таки будет? Тот утвердительно кивнул, и я вновь задала вопрос: - И ты хочешь, чтобы я сознательно обманывала народ и себя в том, что Йотунхейм наш первый товарищ, а кровавые битвы ждут их только разве что во сне? Получив еще один положительный кивок головой, я недовольно буркнула: - Нет, не бывать этому!

***

- Ну ты и подлец! - сквозь зубы процедила я, до боли сжимая руку трикстера и взвеселенно улыбаясь гудящей толпе. - Стой молча и делай то, что тебе скажут, - прошептал мне на ухо трикстер и медленно начал спускаться вниз по ступенькам, находящимся у трона, то и дело одаряя народ более-менее приятными взглядами. Да, этот хитрец снова победил, и теперь ближайшие пару часов я должна подбадривать асгардскую публику и внушать каждому спокойствие. Как я могу внушить спокойствие кому-то еще, если сама буквально трясусь от одной только мысли об этой злополучной войне? Логика, ты где? Тем временем, пока я пыталась подобрать соответствующие моей миссии эмоции, Локи уже стащил меня к самому подножью трона. Теперь слово предоставлялось Одину. Он грозно грюкнул своим то ли жезлом, то ли посохом о пол и устало начал: - Сегодня мой младший сын, законный наследник трона и принц Асгарда решил навеки скрепить брачными узами себя и эту прекрасную девушку по имени Лиз, - я мельком глянула на бога и, заметив, что тот легонько поклонился, сделала тоже самое. Пока все идет как по маслу. - Священный брак не может быть ничем и никем осквернен, это поистине лучший дар, который изобрели боги и вскоре передали простым смертным... На этом моменте я буквально отключилась, вовсе перестав слушать речи Всеотца, которые он будто по пьяни выдумал. Такое чувство, что я на проповеди в церкви, хотя по сути должна была публично гулять и веселиться, дабы успокоить перепуганный народ. Да, если это все не закончится в ближайшее пять минут, то я точно завалюсь спать прямо посреди ступеней, ведущих к величественному трону. Но, хвала небесам, надоедливая проповедь все же вовремя окончилась, но вот как оказалось, церемония помолвки только началась. - Стой ровно и не дергайся, - прошипел у меня над ухом Локи и тут же выпрямился обратно. Вмиг мне на голову уложили небольшую диадему, украшенную миллионами малюсеньких камешков и замысловатых серебряных переплетений, ну а у трикстера все также был его рогатый золотистый шлем. Принц дернул меня, аккуратно взял под руку и повел вдоль всего тронного зала. Толпа вокруг начала гудеть, кричать и шуметь еще громче, а маленькие дети, стоявшие почти у самих моих ног, рассыпали какие-то блестящие монетки и бусинки. Остановились мы у самого конца помещения и застыли в паре десятков метров от трона Одина. Локи медленно развернул меня к себе, мило улыбаясь и поправляя диадему, которая неслабо перекосилась от быстрой ходьбы. Бог наклонился ко мне и нежно поцеловал, наверное так нежно, как только мог, и зал вновь взорвался, восторженно посвистывая и всецело радуясь будущей свадьбе своего принца. Трикстер аккуратно отстранился и, коротко поклонившись, утащил меня из тронного зала. Теперь я знаю, как происходит помолвка в Асгарде. Что ж, шикарно. Особенно мне понравилась диадема. И это, пожалуй, единственное, что мне вообще понравилось. - И что дальше? - спросила я, усаживаясь на скамейку рядом с Локи. - Теперь ты официально помолвлена со мной. Собственно, больше ничего. Я презрительно хмыкнула. - И почему мы тогда сбежали из зала? Это ведь наш праздник, не так ли? - Если тебе очень хочется выпить, то я могу устроить это в куда более приятной обстановке. А вообще на сегодня наша миссия выполнена, так что можешь быть свободна. Я сняла с голову сверкающий аксессуар и покрутила его в руках, задумчиво вздохнув. - Знаешь, - после короткой паузы начала я, - такое чувство, будто ты просто тяготишься мною, - я подняла глаза на принца, отложив диадему в сторону, вместо этого взяв за руки трикстера. - Я верю, что меня любишь, но словно не хочешь, чтобы нас с тобой связывало что-то крепче, чем просто клятва в вечной верности. Все случается так спонтанно и так неприятно - жениться ты решил на мне исключительно потому, что боялся, что эгоистичные асы сожрут меня с потрохами, если только вдруг тебя не станет. Помолвка наша тоже состоялась лишь потому, что так велено было сделать на совете. И даже сейчас мы как можно быстрее смотались из зала, только бы никто не видел нас вместе более чем пять минут, - я потупила взгляд, все крепче сжимая кисти бога и уже почти что со слезами на глазах продолжила. - Ты боишься, что общество будет осуждать тебя за такой выбор? Или ты стыдишься меня? А может, просто больше не любишь? Локи ничего не сказал, только поднялся со скамьи и повел меня обратно к тронному залу. Дверь широко распахнулась и он вышел на средину, все также не отпуская моей руки. Народ, который уже вовсю гулял и веселился, даже не заметил пришедшего принца, пока тот что есть сил не крикнул: - Молчать! Я дернулась, порядком оглушенная истошным воплем бога, но все же мужественно удержалась на ногах. - Слушайте все, - грубо, сухо начал трикстер. - Я люблю эту девушку больше жизни. И если кто-нибудь еще заставит ее в этом сомневаться, то он тут же направиться заливаться кровавыми слезами где-нибудь на сырой земле Хельхейма! Это ясно? Толпа, все еще не понимающая что тут творится, лишь дружно ответила: "Да, принц, Локи". Тогда последний довольно ухмыльнулся и, жестом приказав, что все могут вернуться к гуляниям, развернулся ко мне. - Так что, где ты предпочтешь выпить вина: здесь или в моих покоях? Я ничего не ответила, лишь только крепко прижалась к груди бога. Интересно, ему когда-нибудь надоест доводить меня до психо-истерического неуравновешенного состояния? Похоже что нет. Горячие слезы то ли счастья, то ли горя уже вовсю хлынули из глаз, и остановить эти бешеные потоки я никак не могла. Поэтому так мы и стояли посреди тронного зала, словно затерявшись в бесконечности и вовсе запутавшись в чувствах. Как, собственно говоря, и всегда. Где-то на грани разума и наслаждения, придаваясь и одному и другому сполна. Как хорошо, что я потихоньку начинаю привыкать к этому паршивому состоянию! Как хорошо, что я начинаю привыкать к своей паршивой жизни. Радует, что хоть что-то хорошо.