Как выбраться с острова?

Пэн сидел около дерева сожалений и держал в руках соломенную куклу, когда-то подаренную им самим своему сыну, как прощальный подарок. Пэн никогда не любил своего сына, но не понимал, почему раньше не бросил эту вечно орущую, рушащую мечты розовую личинку. Почему хотел оставить, когда мальчик подрос? Но если бы он не оставил сына у ткачих, а сам не пошел бы в кабак обманывать прохожих, у Румпельштильцхена не оказался бы волшебный боб, и он, Малкольм, не попал бы в Нетландию, не стал бы снова подростком. Естественно, он бросил своего сына ради мечты. Питер не сожалел о брошенном сыне, но что-то внутри тяготило его. В глубине души он понимал, что Румпель всегда верил в него, несмотря на то, что Малкольм получил славу жулика. Пэн с отвращением бросил соломенную куклу, напоминающую о сыне. Мальком не понимал, раз он никогда не любил своего сына, почему он взял имя этой соломенной куклы, которой дал имя его сын. У ребенка не может быть сына. Ему нужно забыть. Забыть, что бросив сына, он создал труса, который стал одним из самых могущественных магов и повторяет его же судьбу. Качнув головой, отгоняя мысли о сыне, Пэн задумался о том, как отвлечься. Он знал несколько способов отвлечься: выпивка и блуд. Если с алкоголем проблем нет, то есть проблема, с кем блудить. С потерянными мальчиками - не вариант. Во-первых, они мальчики, но если этот факт можно опустить, то следующие нельзя. Во-вторых, неопытные, в-третьих, слишком послушные, и второе, и третье - скучно. И вдруг Пэна осенило, капитан Крюк - прекрасное отвлечение от мысли о сыне. Там и выпивка, и опыт, не просто так же он себя обольстителем называет, и веселье, точно же будет сопротивляться. Ухмыльнувшись своим мыслям, он направился к цели, являющейся отвлечением от тяжких мыслей.

***

На корабле, стоящего у берегов в Неверленд. Открыв глаза, Крюк убедился, что это был не сон. На кровати в его каюте лежал владелец корабля, он же капитан Крюк и король потерянных мальчиков. Джонс помнил, как в каюте появился подросток, как странно улыбаясь и издевательски поглядывая на него, приближался. Киллиан встал с кровати и посмотрел на развалившегося голого парня. Ребенком после происшедшего его язык не поворачивался назвать. Крюк знал, что Пэн дьявол, но чтобы завалить на лопатки взрослого мужчину и... поиметь, во всех смыслах данного слова. Раньше Питер имел только мозги, любовь поиграть странная, садистическая. А теперь решил поиметь и физически. Капитан, чувствуя боль в пятой точке, начал искать по недалеко лежащим сброшенным шмоткам флягу с ромом. Заветная фляга была найдена, несколько глотков не помогли успокоиться. Он все еще ощущал, как Пэн покусывал его кожу, оставляя следы, как сопротивление веселило подростка, как любые действия Джонса раззадоривали зеленоглазого дьявола. Увлекшись любимым напитком, Киллиан не заметил, что Пэн не спал, он с вечной самодовольной ухмылкой смотрел на обнаженного мужчину, осознающего, что произошло. Переместившись по-своему желанию за спину капитана, Пэн эротично прошептал ему на ухо. – Я еще не закончил, – прикусив мочку Крюка, Пэн взял флягу и выпил её содержимое до дна за один глоток. Питер схватил Джонса за талию и толкнул к кровати. Киллиан, шокированный, сел на край кровати, до сих пор не способный прийти в себя. Пэн оказался рядом, сел на его колени, словно оседлав лошадь, и впился в губы мужчины. Питер откинул Крюка на спину, продолжая целовать, снова укусил мочку уха, но другую. Мужчина чувствовал теплое дыхания "подростка", переходящее по шее все ниже и ниже... Попытки оттолкнуть слабого на вид парня не увенчались успехом, как и в прошлый раз, то есть, несколько часов назад. И всё повторилось, капитана корабля, Веселого Роджера, снова поимели.

***

С ужасом осознавая происшедшее, Джонс сидел на краю кровати и смотрел, как одевается подросток. Пэн застегнув ремень, ухмыльнулся, не видя лица партнера, но чувствуя взгляд, переместился и снова прошептал на ухо: – В следующий раз постарайся повеселить меня лучше, может быть, тогда я позволю тебе покинуть остров, Капитан.