Голодные игры: И вспыхнет пламя

Когда я узнала, что из победителей своего дистрикта я осталась одна, причем даже без напарника, то мои мечты на выживания стали сводиться к нулю. В день Жатвы я стояла на сцене одна, чувствуя себя полной дурой. Мне хотелось провалиться под землю. Все смотрели на меня, знакомые, соседи и просто жители пятого дистрикта. Когда ведущая в красном парике достала из круглой прозрачной чаши единственное имя, я даже мысленно усмехнулась. К чему весь этот цирк, если и так понятно, что на Игры иду я? -Дженна Рейкфорд, - произнес тонкий голосок. Честно говоря, я думала, что уже смирилась, но внезапно меня охватило чувство дежавю. Все было как ровно три года назад. Я не заметила, как скупая слеза скатилась по моей щеке. Но чем больше я думала об этом, чем больше нюней разводила, тем хуже мне самой становилось. Я уже давно поняла для себя, что нужно продолжать жить во чтобы то ни стоило. Даже, если жить осталось совсем немного. После Жатвы меня сажают в машину и везут на вокзал. В дороге я вспоминала семью, и наше прощание. Я строго настрого наказала мальчикам быть сильными, а родителям не забывать об остальных детях. У них все будет хорошо. Уже в вагоне я встречаю своего так называемого ментора. Пристроили некого Герца Трамского. Я хотела было спросить, каким образом он относится к Играм, или хотя бы, кем он работает, но этот тип был абсолютно не склонен к разговорам не по делу. Только разговоры о соперниках и о том, чтобы выжить. Я не очень люблю такие холодные, чисто официальные отношения между людьми, но тем самым он пытается спасти мне жизнь. Вскоре ко мне подбегает незнакомая дама. -Я - Розалия, - представляется она, весело улыбаясь. Ее желтые перья, торчащие из волос, чуть не воткнулись мне в глаз. Я улыбаюсь. Вяленько, но улыбаюсь. Первая улыбка за последние дни. -Приятно познакомиться, - вежливо говорю я. -Ах, какая милашка, - Розалия маленькими шажками, какие только позволяет ей ее платье, подходит к диванчику возле окна и садится на него. - Любимица Капитолия. "Невинная пташечка", - процитировала та. Да, меня действительно одно время так называли. Не знаю, может быть это мои светлые волосы создавали такой образ. Я никогда замечала за собой что-то особо "невинное". Просто я не ненавижу людей. Я улыбнулась еще шире. Розалия такая радостная и поверхностная, как и все Капитолийцы. -Я прошу меня извинить, - через несколько секунд добавила я. - Очень клонит в сон. -Конечно, дорогая. Иди, выспись. В кровати еще долгое время не могу уснуть. Думаю обо всем. Хотя, это нормально. Вряд ли остальные победители, выбранные на новые Игры, особо рады всему этому. Когда я наконец-то погружаюсь в мир иллюзий, то мне снится что-то мутное и непонятное. Китнисс Эвердин и Пит Мелларк стоят на сцене в свадебных костюмах. Затем сцена превращается в лес. Вокруг них начинается резня. Я стою как вкопанная и не могу пошевелиться. Ко мне подлетает какая-то птичка, наверное, колибри, садится на руку. Ее клюв открывается и малышка пытается что-то проверещать мне. Наконец-то у нее выходит. Но это совсем не то, что можно ожидать от птицы: -Я катигорически против зеленого платья! Я открываю глаза и подскакиваю на месте, когда вижу Розалию вместе с какими-то людьми, которые наверное и есть мои дизайнеры и парикмахеры. Мне не особо есть дело, как я буду выглядеть на сцене, а вот Розалии, кажется, нет. -Прости, Дженна, мы тебя разбудили? - виновато задала она риторический вопрос. - Ну скажи им, что это никуда не годится! - она начинает эксцентрично тыкать в лист с предложенным платьем. -Я хотела бы быть в желтом, - произнесла я сквозь сон. - Желтом, как фонари в моем дистрикте. Фонари, для зажигания каждого из которых, приходится много работать. Ты права, зеленый абсолютно не подходит, - пробормотав это с закрытыми глазами, я снова отключаюсь на несколько часов.