Ах Юпп, МОЙ Юпп

4 апреля, среда Исправно посещаю собрания общества Unitas. Взял себе псевдоним Ulex - колючий дрок - и в честь Улисса. Карл его одобрил. Подойдет и для журналистской работы. Сегодня (точнее, уже вчера) мы задержались в зале собраний допоздна. Исключили одного брата за то, что он спит с девушками. Одну он заразил половой болезнью, вторая сделала в домашних условиях аборт и чуть не умерла. Жарко спорили об этом. Вопрос морали. Должен ли католик сохранять свою чистоту до брака? Как далеко уместно зайти со своей невестой? И что считать порочным? Несет ли мужчина ответственность и что делать в случае беременности? Было уже начало двенадцатого. Наконец, все проголосовали за исключение и шумно поднялись, задвигав стульями. Я нашел глазами Карла и вопросительно посмотрел на него. - Иди один, мне еще тут надо, - к нему подлетел секретарь с какими-то бумагами и он не закончил фразу. Вздохнув, я надел пальто и вышел вместе с двумя смутно знакомыми законниками, которые распрощались со мной на первом же углу: они жили как раз через дорогу от зала нашего общества. Я шел один в чередующейся со светом темноте: моим шаги гулко отдавались по мостовой. - Эй ты, мозгляк, - вдруг услышал я грубый голос, и в свет фонаря выплыло три здоровенные фигуры. Я сделал вид, что не слышу. Кровь застыла у меня в жилах. Все-таки подкараулили. Это были трое забулдыг-безработных, которые часто терлись около церкви, отбирая мелочь у нищих и воруя на причастии вино и просвиры. - Не слишком ли быстро ты идешь? Я развернулся и насколько мог побежал, но они, конечно, быстро нагнали меня. - Что, хромаешь, калека? Наверное, лазил в сад к какой-нибудь дамочке, а сторож взял да и подстрелил тебя. - Ты что, не слышал? Не разговариваешь с нами? - Это оскорбительно, Отто. - Совершенно оскорбительно, Йохан, - поддержал его Отто. - Я думаю, этого задаваку нужно проучить. - Да, этот замухрышка узнает, как надо вежливо обращаться с честными рабочими. Они стали теснить меня к стене дома. С горечью я понимал, что мне с ними физически не справиться. Я едва доходил самому низкому из них до плеча. Вступать же с ними в дискуссию было бесполезно, это бы сделало ситуацию еще хуже. Третий, доселе молчавший и безымянный, толкнул меня в грудь так, что я почувствовал спиной стену и медленно сполз по ней на тротуар. Все трое недобро засмеялись. - Смотрите-ка, как сверкает глазами. - Эй! - вдруг из темноты послышался знакомый голос. - Не слишком ли это, трое на одного? - Иди отсюда, студент, - быстро бросил Отто. - Проходи мимо, пока тебе не расквасили нос. - Та-ак, - Карл вышел в освещенный фонарём круг: пальто распахнуто, форменная фуражка сдвинута на затылок. - Кто тут говорит про нос? - и он молниеносным ударом расквасил нос Отто. Не успел Йохан оглянуться, как он уже лежал на земле. Третий верзила, так и оставшийся безымянным, неуклюже побежал, тяжело топая своими подкованными железом ботинками. - Вставай, - мягко сказал Карл и подал мне руку. - Ты не ушибся? - спокойно спросил он. Я понял что, он не хочет задевать мое самолюбие и этот его иносказательный вопрос означает "Они тебя не успели побить?" - Ты появился вовремя, - сказал с облегчением я. - Вижу, - он поморщился. - Не стоило мне отпускать тебя одного. Эти молодчики любят развлекаться тут, побивая студентов. Вечный спор мозга с кулаком, - он хмыкнул. - Как ты их... - Настоящие приемы уличной драки, наш шофер научил. Не какой-то там бокс. Переночуешь у меня на Вессель-штрассе*, - решил за меня Карл. - Так будет лучше. Днем перенесем ко мне твои вещи. Мои слабые протесты Карл остановил жестом: - Я живу один в трехкомнатной квартире. С горничной. - Он засмеялся. - То есть не с ней, а держу горничную. И потом, ты мой паж и все равно должен выполнять то что, я тебе скажу. А если ты будешь поблизости, мне легче станет учить тебя уму-разуму. Ну что ты забыл у фрау Майер? Соскучишься по гусю с капустой - навестим ее. И он дружески хлопнул меня по спине, словно ставя точку во всей этой истории. * Реальное название улицы, на которой и жил реальный Карл.