Ангелы Полумны Лавгуд

      Время, собственно говоря, поджимало, а у Гермионы не было ни одной путной мысли, как поразить Малфоя в самое сердце, выиграть спор – это было очень важно для девушки – и встретить рождественские праздники вместе с ним.       И всё было бы замечательно, но слизеринец не мог не подпортить ей все планы своим глупым условием. Все идеи рухнули в одночасье, и вот сейчас девушка вышагивала вдоль одной из стен в своём огромном кабинете, желая найти выход из щекотливой ситуации. Где был её разум, когда она заключала это дурацкое пари?       Гермиона фыркнула себе под нос, прекрасно понимая, где гуляло её сознание. Каждый раз, при общении с Драко её мозги словно… Щёлк! ... отключались! Вот в чём заключается истина.       В тот памятный день, когда в списке идеального мужчины появилась запись о телосложении и росте, Гермиона, скрепя сердце, призналась сама себе, что во всём виноват Малфой. Ведь это именно он, важный как павлин, распушив свой хвост, прошествовал мимо неё, даже не думая хоть чуть-чуть прикрыть свои орешки ладонями. Вместо этого он словно выставлял их на показ, мол, любуйтесь, дамы и господа.       Вот Гермиона и любовалась, как самая озабоченная мартовская кошка. Стоит уточнить, что любовалась она не только орешками. Помимо всего «основного», девушка не могла не отметить то, как хорошо сложен Драко Малфой.       Она знала, что в школьные годы он был скорее тощим, чем стройным, никаких мышц, а о кубиках Малфою можно было только мечтать. Сейчас же тощий юноша превратился в красивейшего молодого мужчину. И дело было даже не в широких плечах, прессе или мышцах, а в том, что всё это великолепие смотрелось настолько гармонично, что было даже и придраться не к чему. Смотря ему вслед, она в полной мере оценила его спину, узкие бёдра, упругий зад и длинные ноги, как и многие другие девушки, что находились в этом же помещении.       Малфой показал себя в полном великолепии, и это не ускользнуло от окружающих.       Почти сразу после этого дня по офису стали гулять слухи об интрижках с участием Драко Малфоя.       Грейнджер это не понравилось, но зацикливаться на подобных мыслях совершенно не хотелось, поэтому каким-то образом ей удавалось избегать сплетен.       Если уж совсем на чистоту, то с появлением сплетен о мастерстве слизеринца в постели у Гермионы буквально руки чесались от желания внести в список идеального мужчины ещё пару пунктов, но… ей не хватало буквально капельки гриффиндорской смелости для этого поступка. Эти записи бы означали, что девушка задумывалась о том, каков Драко в постели, возможно представляла или даже желала… это означало бы тотальное поражение по всем фронтам.       Кажется, пока она просто не была готова к таким радикальным переменам в своих мыслях, не говоря уже о жизни.       Теперь же, после того, как пару дней назад она озвучила желание встретить рождественские праздники в компании Драко Малфоя, стоило серьёзно задумать о своём поведении.       Спрашивается, каким местом она думала, делая ему такое предложение? Хотя, как уже стало известно, думать в присутствии Драко ей было совершенно нечем.       Предложить встретить вместе такой важный праздник, всё равно что…       Мерлин!       Да если бы она объявила о своих чувствах к Драко Малфою в присутствии Риты Скитер, то последствия были бы гораздо мягче, даже не смотря на то, что журналистка наверняка бы раздула всё до гигантских масштабов. А сейчас Гермиона находилась словно на пороховой бочке, ожидая взрыва в любую секунду. С Драко никогда не знаешь, чего ожидать.       Скорее всего Малфой обо всём догадался и теперь думает, как бы посильнее нанести удар своей начальнице, а в прошлом и злейшему врагу. Гермиона даже не додумалась договориться с ним о том, чтобы весь этот спор оставался лишь между ними. А теперь, наверняка, уже весь офис в курсе. Остаётся лишь надеется на то, что сотрудники компании не будут делать ставки.       На некоторое время Гермионе удалось успокоить себя и не думать о сложившейся ситуации. Она смогла спокойно закончить работу, тем более что на этот день было назначено несколько встреч с важными людьми из министерства. Нужно было быть максимально собранной. Однако, почти перед окончанием рабочего дня Малфой решил заглянуть к своей начальнице и нарушить такой хрупкий покой, собранный буквально по крупицам. – Как продвигаются дела, Грейнджер? – с привычной ухмылкой на устах Драко прошёл вглубь кабинета и остановился возле большого окна во всю стену. – Хороший вид, кстати, – сказал он, глядя на Биг Бен. – Качественная иллюзия. – Я тебя не приглашала, Малфой, – недовольно ответила Гермиона, хотя внутри что-то трепетало от удовольствия лицезреть бывшего слизеринца. – Есть что-то важное, или ты пришёл сюда чтобы полюбоваться видом из окна?       Драко Малфой обернулся и посмотрел на девушку сверху вниз, буквально сканируя её от макушки до пяточек. Что-то отметив для себя, он слегка кивнул. – Ты всё о работе? Да сколько можно работать, Грейнджер? – чуть грубовато произнёс Малфой. – Хотя, чему я удивляюсь? Всё как обычно, – закатив глаза к потолку, нагрубил он. «Да, Малфой, всё как обычно. Ты так и не научился сдерживать свою высокомерность в моём присутствии», – подумала девушка, стараясь не показывать, как её задела грубость человека, который в последние дни буквально поселился у неё в мыслях.       Гермиона решила воспользоваться временем, которое у неё отнимает Малфой и полить в кабинете цветы. Она никак не прокомментировала замечание, адресованное ей, а молча встала из-за стола и прошлась от одного цветка к другому, поливая их или опрыскивая. Это занятие великолепно успокаивало, именно поэтому она предпочитала не пользоваться магией. – Ничего, скоро ты очень сильно удивишься, – ответила она максимально уверенно. В любом случае Гермиона рассчитывала на победу, не зависимо от того, что прямо сейчас у неё не было никакого плана, даже самого провального. В конце концов, у неё ещё полно времени. – Не удивляйся тому, что я очень сильно сомневаюсь в этом утверждении. Но если честно, мне даже в какой-то мере хотелось бы проиграть, – задумчиво пробормотал Малфой, словно что-то представлял в уме и наслаждался этим. – Но это не значит, что победа тебе дастся легко. – Уже представляешь, как будешь проводить со мной праздничные выходные? – с весельем поинтересовалась Гермиона.       Драко понравилось, как в глазах его начальницы появились задорные искорки веселья при упоминании совместно проведённого уикенда. Она раньше много улыбалась, смеялась и всегда была на позитиве, но потом началась Война. Постоянный страх за друзей, за свою собственную жизнь, скитание по лесам, отчаяние… Да много всего было, что могло сломить юную Гермиону Грейнджер. Но несмотря на всё произошедшее она выдержала и не сломалась, хотя от прежней радостной девушки мало что осталось.       А сейчас Драко Малфою удалось невероятное – она улыбалась ему. – Не совсем так. Я лишь думаю о том, что тебе придётся сделать, чтобы удивить меня, мисс Синий чулок, – он показательно приподнял бровь, подмигнул и нахально улыбнулся. Гермиона быстрым движением достала палочку, тихо что-то произнесла и после того, как она ею взмахнула, стул, на котором вальяжно сидел Малфой, покачнулся и опрокинулся назад вместе с мужчиной. Гермиона же удовлетворённо хмыкнула и, убрав палочку, вернулась на своё рабочее место. – Какого хрена, Грейнджер?! – Убирайся из моего кабинета, Малфой, и дай мне нормально поработать, – сухим голосом произнесла Гермиона, уткнувшись в какой-то документ. – Разговор окончен.       Драко выругался, отряхнул безупречно сидящий костюм, поправил галстук и вновь устроился в кресле напротив стола гриффиндорки. – Не стоит обижаться на правду, Грейнджер, – философски заметил Малфой, словно его не выгоняли из кабинета пару секунд назад, – она помогает совершенствоваться и становиться лучше. – Лучше для кого? – зло сверкнув глазами, Гермиона уставилась на Драко. – Уж не для тебя ли? – А хоть и для меня, я что, не мужчина, по-твоему? – не менее раздражённо ответил он.       Конечно, мужчина. Малфой до сих пор числился в списке идеальных. Но у него была масса отрицательных качеств, которые буквально выводили Гермиону из себя, обычно такую спокойную и рассудительную.       Что с ним не так, чёрт возьми? Почему нельзя вести себя нормально, не хамить, не злить и относиться хоть с каплей уважения к ней. Она что, не заслужила? Да что с ней такое? Почему она зациклилась на этом засранце? Вокруг полно н-о-р-м-а-л-ь-н-ы-х молодых мужчин, которые оказывали ей знаки внимания.       Должно быть, она помешалась.       Совсем мозги у девки переклинило. – Да и кто тебе, кроме меня, скажет правду? Поттер? – А что тебя в этом смущает? Гарри - мой лучший друг, а у друзей, – про друзей Гермиона нарочно фразу произнесла с нажимом, словно обращая на неё внимание, – принято говорить друг другу правду, пусть даже и не самую приятную. – Не смеши меня! – со смешком парировал Малфой. – Поттер на тебя как на женщину не обращает совершенно никакого внимания. Ты сама сказала, что он лишь друг, а дружить можно и с синим чулком, ничего предосудительно в этом нет. Дружить не значит заниматься сексом, влюбляться и строить семью, Грейнджер. В дружбе важны внутренние качества, а не внешние, уж ты то должна знать об этом побольше моего. – А ты значит обратил на меня внимание, как на женщину? – с толикой удивления и насмешкой в голосе поинтересовалась Гермиона, откидываясь на спинку кресла и скрещивая ноги. – Спасибо, но боюсь что в таком внимании я не нуждаюсь, Малфой. – Можешь льстить себе сколько угодно, только не забывай, что это лишь твои домыслы и бурная фантазия.       Они оба замолчали, уставившись друг на друга. Малфоя бесило, что она так демонстративно отказалась от его внимания, хоть он и не предлагал ей ничего подобного. Одна мысль об этом уже просто выводила из себя. Можно подумать, королева, мать его. Гермиона же задумалась о том, что Малфой в чём-то прав. Она практически перестала следить за собой, соблюдая лишь строгий стиль в одежде, как и подобает женщине с высокой должностью. А для кого стараться? После Рона она даже не задумывалась о романтике, любви и мужчинах. После окончания войны было слишком много забот, чтобы отвлекаться на такую ерунду. А ещё эта компания, которая требовала к себе очень много внимания и контроля едва ли не за каждым подчиненным.       Господи, да она же двадцатидвухлетняя девственница. Пусть с потрясающей карьерой и жизненными установками, но абсолютно одинокая и никому не нужная девственница. Раньше она не беспокоилась по этому поводу, наивно веря в сказки о том одном единственном, а сейчас, повзрослев, задумалась об опыте. Вот Малфой наверняка очень искушён в любовных утехах, имеет огромный и разнообразный опыт. Это, конечно, не самое лучшее качество, но ему уж точно не нужна девушка без хотя бы маломальского опыта. – В чём твоя заинтересованность, Малфой? – Гермиона вдруг смекнула, что Малфой не просто так завёл этот разговор. – Давать жизненные совету врагу? Это не в твоём стиле. Так в чём дело? – Вражда… – на секунду маска безразличия исчезла с лица Малфоя, обнажая его истинные чувства: грусть и сожаление. – Я давно уже не считаю тебя своим врагом, Гермиона. Жизнь, знаешь ли, меняет людей, и я не исключение.       Гермиона было собиралась ответить, как в камине появилась Полумна Лавгуд, которую она совершенно не ожидала увидеть в своём кабинете.       Они с любопытством уставились на гостью, которая стряхивала с мантии пепел и приводила себя в порядок. – Полумна? – Гермиона встала со своего места, чтобы обнять давнюю знакомую. – Что ты тут делаешь? – Ох, Гермиона, я так рада тебя видеть! – произнесла девушка, после чего заметила, что Грейнджер была не одна. – Здравствуй, Драко! Хорошо, что ты тут, а то я всё никак не могу отправить тебе приглашение. – Здравствуй, Полумна! – с искренней улыбкой произнёс Малфой, не обращая внимание на ошарашенную таким поворотом событий Гермиону. – Приглашение – это замечательно, но ты же прекрасно понимаешь, что я не пропустил бы показ в любом случае.       И они расхохотались, обмениваясь шутками и какими-то воспоминаниями, о которых Гермионе не было ничего известно, что заставляло чувствовать себя здесь лишней. Мало того, она была поражена тем, насколько легко общались между собой Драко и Полумна. Если углубиться в прошлое, то можно вспомнить, что в школьные годы мало кто нормально общался с чудаковатой девочкой, коей являлась Лавгуд, и уж тем более Малфой не относился к той категории людей. А сейчас Гермионе лишь оставалось молча наблюдать за Драко, искренне заинтересованного делами Полумны, и осознавать, что она совершенно не знает этого мужчину. У неё имелся лишь образ избалованного, высокомерного и наглого мальчишки со Слизерина, а сейчас перед ней был совершенно другой человек.       Как она это упустила?       Ей нравился Малфой, но скорее всего её привлекали лишь физические данные и умственные способности, чем сам он целиком и полностью. Она не знала, что ему нравится, чем он увлекается, почему решил работать с ней после войны, почему так изменился и ещё много различных пунктов, о которых Гермиона прежде никогда не задумывалась. И только сейчас она поняла, что хочет узнать его, разглядеть со всех сторон, понять его «тараканов» в его голове… "О господи, Герм, ему это не нужно". – Гермиона? – девушка резко развернулась к Полумне и Малфою, странно поглядывающего на неё, не сразу осознав, что она смотрела в окно уже довольно-таки продолжительное время. – Я ухожу, – коротко кивнув в знак прощания, Малфой направился к двери. – Подумай над моими словами. «Подумаю, но не прямо сейчас». – Какими судьбами, Полумна? – Гермиона вновь устроилась за столом, пытаясь привести свои мысли в порядок и переключая своё внимание на гостью. – У меня к тебе огромная просьба, Гермиона, и я надеюсь, что ты мне не откажешь.