Give us a little love

Нам всем чего- то не хватает. Кому- то недостает денег, кому- то здоровья. А мне вот, любви...       Что может быть лучше крепкого горячего чая после длинного дня? Конечно, только с этой мыслью я поскорее отвязалась ото всех «подружек», жаждущих рассказов и вопросов о парнях и личной жизни. Терпеть этого не могу…сегодня. Сделав музыку погромче, я ускорила шаг. Порой те, кто поют в наушниках - понимают больше в нашей жизни, чем окружающие. Поэтому музыка- это то, что нас связывает и бросает по разные стороны. То, что может развеселить или полностью поглотить все хорошее настроение, вызвав навязчивые воспоминания, связанные с той или иной мелодией. Так и у меня. Но в последнее время, что – то стало происходить. Музыка, которую слушала месяцами - вызывает только желание поскорей нажать кнопку на плеере, хорошее настроение бывает крайне редко. Усталость после работы, скажете вы? Может быть. Но никто не навязывал мне мою работу. Я - учительница. И я учу самого несносного парня на всей планете. Я учу Драко Малфоя.        Сразу после войны ( ну, той самой, где Гарри убил Волан де Морта, прыгнув с моста или чего-то там), мне пришлось искать работу. К великой моей радости, моя мать однажды сказала, что нашла ученика- парня из богатой семьи, который в виду обстоятельств не закончил Хогвартс и я могу помочь ему завершить курс. Дело в том, что школу я закончила экстерном ( да там такое бывало, не часто, правда, но случалось). Так получилось, что мой ученик был даже старше меня, правда, на два месяца, но старше. Я не знала, где жили Малфои, до тех пор, пока мне не пришлось впервые идти на урок к Драко. У меня было столько надежд и планов, которые сразу рухнули, когда я увидела того, кто открыл мне дверь. Нарцисса Малфой была очень рада мне, не могу сказать, что испытывала то же чувство. Конечно, их после войны оправдали, сам Гарри хлопотал насчет этой семьи, но я им не верила. Уж больно многих я потеряла из- за войны. Впрочем, как и все.       Наш первый урок прошел довольно странно. Мы оба как бы приглядывались друг к другу, оценивали силы и прикидывали наше положение. Сразу скажу - обращаться на «Вы» Драко отказался категорически. Мне нечего было делать – не ему же платят деньги. В конце концов, закончим программу и я свободна. После такого меня возьмут даже в горячие точки на работу! Так начались мои два с половиной месяца ада. Персонального ада с Малфоем - младшим.       Вечером, возвращаясь с занятий, я молила, чтобы кто – то пристрелил меня. Во всяком случае, это был бы достойный конец моей жизни. Иначе я бы просто убила себя в тюрьме. Как я туда попала бы? Хм, ответ прост: я задушила бы этого несносного человека собственными руками!       Малфой не упускал ни единой возможности, чтобы как – то подцепить, задеть за живое. Он злил меня, и эту злость я чувствовала всеми фибрами своей души. Он мог завести меня с полуоборота, да причем так, что однажды я набросилась на него с кулаками. Знаю, это глупо и как – то по- детски, но я не смогла удержаться. Представляю, какими бы были заголовки газет, если б Нарцисса зашла в тот момент в комнату, но, к счастью, их не было дома. Но у меня не было больше сил – он изводил меня с каждым днем все больше и больше. Вскоре и моя мать заметила, что мой тональный крем плохо справляется с задачей прятать синяки под глазами. Немудрено, я не спала почти все ночи, с тех пор, как начала преподавать. Как только я закрывала глаза, я видела его. Как он снова и снова придирается к каждому слову, вздоху, движению. Поэтому, в очередной раз, когда я встала утром, мама с заботой посмотрела на меня и, взяв на себя больше, чем смелость, отправила Нарциссе письмо, что я заболела, и некоторое время не буду заниматься с Драко, чтобы не заразить его. В ответ та прислала длинное письмо с сожалениями, что не увидит меня некоторое время и вдобавок ко всему, сова принесла мне огромный букет белых лилий с пожеланием скорейшего выздоровления. Конечно, это было мило, но совсем не обязательно. Я бы сказалась больной еще раньше, если бы знала, что это спасет меня от этого маленького тирана. Хотя, какой же он маленький? Он мой ровесник. Дам вам совет – никогда не преподавайте тем, кто одного возраста с вами или чуточку младше - ничего у вас не выйдет. Хотя, не все же учат этого паршивца.       С тяжелым сердцем я опять возвращалась в этот дом. Две недели, проведенные вдали, были наивысшим блаженством. Но все хорошее имеет одно свойство – оно заканчивается. Поняла я это, как только за мной закрылась дверь, и я оказалась в одной комнате с ним. -Ну что, мы начнем? Или так и будешь стоять, как Болейн в ожидании казни? -И тебе здравствуй, Драко. – Я, наконец – то взглянула на него. И не узнала. Темные тени залегли под глазами, брови сошлись на переносице и весь вид его был такой, будто он либо убьет меня, либо шлепнется в обморок. – С тобой все хорошо? -А что может быть со мной не так? Не я же шатался, не пойми где две недели. -Я не шаталась, я болела. -О, ну да. Теперь это так называется. Видел я, как ты болела. Особенно сильно ты болела в парке, с тем недоросликом. -Ты следил за мной? – Его выражение лица изменилось, но он быстро взял себя в руки, спрятав все мысли и чувства под маской высокомерия и эгоизма. -Мы начнем когда- нибудь занятие или нет? -Как вам угодно, мистер Малфой,- я еле сдержалась, чтобы не улыбнуться и открыла учебник. После занятия, попрощавшись, я отправилась туда, где он меня видел. Сейчас в парке было мокро, от недавнего дождя. В лужах плавали листья, сорванные с деревьев порывами ветра. Теперь ярких красок было больше. Желтые и багряные листья покрывали узкую дорожку, проходящую по самым отдаленным уголкам старого парка. Я опять слушала эту песню и вспоминала недавний сон. Самое удивительное: в этом сне Драко не измывался надо мной, а, скорее, наоборот. Он был милым, нежным и любящим. Да, в жизни его точно таким никто не видел. Снова и снова эта песня. И сон, прокрученный в моей голове тысячи раз. Лишь бы я не влюбилась в него. Кто угодно, но не Драко Малфой.

***