В поисках счастья

Нажала «стоп» в телефонном будильнике и положила сотовый на стол. Семь утра. Пора вставать, но как же не хочется, особенно после таких выходных. Поход закончился, все разъехались по домам, и я не стала исключением, поэтому, как миллион других школьников, собиралась в школу, еще и стараясь не разбудить маму после ночного дежурства. Полчаса на то, чтобы умыться и одеться, поставить чайник и включить ноутбук, проверить аську и контакт, а заодно кинуть Ино пару артов Томоэ, а то забуду еще, и добрая подружка съесть мой мозг чайной ложечкой. Чайник успел закипеть, пока я умывалась, кинула пакетик зеленого чая в кружку и, прихватив шоколадный круассан, отправила это чудо в рот. Отключила компьютер и споткнулась об открытую, незаконченную вчера, книгу, валявшуюся возле дивана. О чем это она была? А, точно, "Керри". Ужастик и первый опубликованный роман Стивена Кинга. Главная героиня Кэрри - идеальная мишень и полная неудачница. Изгой общества, неуклюжая и некрасивая девушка, которую презирают и ненавидят абсолютно все. Но мало кто догадывается, что эта девушка обладает телекинетическими способностями и в состоянии ответить на зло, посеянное окружающими ее людьми. Довольно странное начало, но, ладно: Кинг писать умеет. Без двадцати восемь. Пора. Учебники, тетради, ключи, телефон. Ну все, можно бежать. Спустя десять минут я была уже в школе. Поднялась на второй этаж, зашла в еще полупустой класс и устроилась на своем месте, периодически поглядывая на Саске и уже собираясь к нему подойти, но блондинистый тайфун налетел на меня и потребовал немедленно рассказать все о походе. День протекал так же, как обычно, вплоть до окончания третьего урока, после которого была большая перемена. Сумка болтается за спиной, перекинутая через плечо, а в в руках пустой поднос, и неугомонная подружка сзади. Продвигаюсь в очереди и дожидаюсь своей порции - макароны с котлетой, чай с пирожком и суп по желанию. Ненавижу супы. - Кстати, Сакура, ты не забыла, что через неделю нужно уже сдать список с кружками, куда хотим записаться на внеклассные. У тебя есть предложения? Небольшое примечание: наша школа считается довольно престижной, но, увы, не потому, что в ней супер крутые учителя и гении-ученики, а лишь из-за программы. Новое введение, называющееся "Всестороннее развитие подростков за пределами школы", заставляющее всех куда-то записываться. Каждый школьник обязан состоять в каком-то кружке или клубе по интересам, и это не обсуждается. И теперь каждое первое октября мы должны сдавать списки с родом наших занятий. Благо хоть выбирать есть из чего. - Может, в группу поддержки? - Яманако, ты рехнулась? Я эту отвратительную форму никогда не надену, да и вилять задом не собираюсь. - Ты неисправима. Замолчав, мы начали обедать, думая о своем. Не могу судить о мыслях Ино, но, судя по кислой мине, ее размышления вновь занимал Канкуро. Вечно все не в порядке у этой парочки. То ссорятся из-за мелочи и на нервах разбегаются, устраивая ссору при всей школе, то вновь сходятся, приходя на следующий день в обнимку. И если многие уже привыкли, то их первое расставание стало легендой, которое передавалось и обсуждалось еще очень и очень долго. В тот день по школе прошел слушок, а точнее, конкретная сплетня, что старшего Собаку видели в кафе с какой-то девчонкой из другой школы. Красивая девушка с алыми волосами, которую звали то ли Тая, то ли Юя, уже и не вспомнишь, но факт оставался фактом: Канкуро подозревался в измене Ино, и об этом гудела вся школа. Если быть точной, то тогда Ино очень долго и упорно старалась игнорировать эту новость, но, когда в сотый раз услышала перешептывания за спиной и похихикиванье каких-то девчонок, ее нервы просто сдали, и она устроила разборку с парнем. Крики, упреки, воспоминания всех грешков и огромный скандал с расставанием. Сначала блондинка пережила первую стадию расставания - слезы, обиды и непонимание, потом решила что он ее не достоин и пошла приставать к Шикамару, и даже поцеловала его, правда, я так и не поняла зачем. Чтобы позлить Канкуро, доказать всем, что ничего не испытывает и не надо жалости, или же возможно просто свихнулась на почве любви? Не знаю, чего она добивалась, но с Канкуро они сошлись в тот же день и были вполне счастливы еще несколько месяцев, пока шатен не узнал, что Ино вытворяет в группе поддержки. Но это уже совсем другая история. - Что у вас там с ним? Поднимая на меня свой обреченный взгляд, Ино тихо прошептала, но для меня это прозвучало как крик, как человеческий крик о помощи: - Я вчера видела его в кафе. В том самом, где его в первый раз застукали с той девкой. А вчера... он с ней там целовался! Резко выдохнув, Яманако зажмурилась и сжала булочку до такой степени, что сладкое повидло потекло по ее пальцам и маленькая капля сорвалась на стол. И лишь в ту секунду, когда блондинка вновь открыла свои аквамариновые глаза, я увидела застывшие в них слезы. И просто поняла все ее чувства. - Иди ко мне, моя глупая блондиночка. - Сама ты дура, Сакура. Я обняла подругу. Ласково, от всего сердца и так, как это может сделать только девушка, на своем опыте познавшая все стороны безответности, которая готова понять и поддержать свою дурочку-подружку. - И что за обнимашки без меня?! А ну, идите сюда! И на нас набросилось голубоволосое торнадо, которое крепко сжало нас в объятиях и улыбнулось так тепло, так по-матерински, что невозможно было не послать улыбку в ответ. Возможно, это смотрелось странно, нелепо, да и просто смешно, но кого это волновало? Главное, что близкие рядом. Две лучшие подруги, которые понимают все без слов, поддерживают и готовы понять историю твоей жизни, и принять ее, лишь помогая перепечатать страницы. И я всей душой люблю своих подруг, даже больше чем любого из всех, потому что они поддерживают меня, любят, и всегда на моей стороне. И плевать я хотела на глупые суеверия о предающих своих подруг девушках! Так совсем не может быть, потому что я знаю: женская дружба самая крепкая, искренняя и теплая, словно лучик солнца. - А может, сегодня у меня? Мы с Ино одновременно обернулись и с удивлением посмотрели на Конан. - Девушка, поподробнее, пожалуйста. - Ну... там фильм посмотрим, побесимся, пообсуждаем мальчиков и будем заниматься прочей женской ерундой. А вот тут я уже многообещающе улыбнулась. Девичник, говорите? Ну что ж, я вполне готова повеселиться, и мы с Ино шаловливо перемигнулись, заставляя Конан понервничать, которая и решила прервать нашу идиллию. - А вы решили с кружками? К примеру, мы с Пейном решили пойти в театральный кружок, Кисаме на баскетбол, Сасори будет заниматься музыкой вместе с Дейдарой. Кстати, Акасуна хотел еще заняться фотографией, а Дей в литературный походить, так что присоединяйтесь. Заинтересовавшись, я хотела уточнить про кое-какую информацию, но даже рта не успела открыть, как блондинка меня перебила: - Дейдара? Тот парень с длинными блондинистыми волосами? Не знала, что он любит музыку. - Шутишь? Тсукури, по-моему, с рождения слушает рок и металл и даже музыкальную школу по классу гитары закончил. Ну а сейчас он пишет песни, играет и сам их исполняет, влюбляя в себя толпы девчонок. Да и Сасори можно в пикап-мастера записать. - Конан... а что насчет Итачи? Я неуверенно опустила взгляд и слегка покраснела, старательно делая вид, что с удовольствием рассматриваю крошки на столе, хотя в тайне очень желала услышать ответ. Глухой стук сердца колотил в висках, а молчание затягивалось, играя на моих нервах. Ну же?! - В общем, Сакура, он... точнее, они с Карин пошли на теннис. Карин... Карин?! Да какая, к чертям, Карин? Неужели она и правда думает, что сможет влюбить Итачи в себя? - Кстати, а вы куда намылились? - Вопрос голубоволосой слегка сбил меня с мысли, но ненадолго, так как я уже догадывалась, что отвечу - Мы еще не... - Теннис тоже. На меня уставилось две пары немигающих глаз, в которых читался шок, удивление и... понимание?Только жалости мне для полного счастья не хватало. - А действительно! Мне давно пора подтянуть фигурку, а тут такая возможность. А заодно и повод по магазинам пробежаться будет. И, улыбнувшись друг другу, мы с девчонками продолжили обедать, погружаясь в свои мысли и наслаждаясь воцарившейся тишиной.

***

День заканчивался. Его краски все бледнели и теряли ту яркую дневную окраску, размывая очертания дня. Солнце склонялось за горизонт и тоже постепенно исчезало в пучине облаков, где-то там, далеко-далеко, за горизонтом. Небо окрашивалось всеми цветами радуги, начиная от огненных и заканчивая приглушенным фиолетовым. Закат. Нежные лучики солнца, которые уже не обжигают и слепят, как днем, а мягко пригревают теплым вечерним светом. Природа замирает; почти не слышен гул машин и гомон людских голосов, растворившийся в тишине приближающихся сумерек. Диск солнца окрашивается в ярко-оранжевый цвет и теперь подсвечивает облака на небе снизу, и все приобретает легкий розоватый оттенок, но вот солнце касается нижним краем кромки горизонта, начиная вечерние сумерки. На другом крае неба проступает блеклый серпик луны, но закат окончен. Вся магия исчезает, небо становится серым, с темными силуэтами деревьев, домами. Небо еще светлое, но это ненадолго. Птицы уже скрылись, легли спать; каждая спит в своем уютном гнездышке. И где-то чудится убаюкивающий шепот вечера, открывая дверь в новую таинственную жизнь. - Ну что же, я вызываю вас на дуэль, Конан Хаюми! - Я принимаю ваш вызов, Сакура, и не ждите от меня пощады! И, бросив перчатку мне в лицо, эта сумасшедшая понеслась на меня с дуэльной шваброй. Раз - наши шпаги-швабры скрестились. Два - и я отскочила в соседний угол, ставя блок и прикрываясь. Три - мой жаждущий сражения дух вновь требует схватки и, повинуясь его зову, несусь вперед, обходя препятствия. В комнате, где два начинающих воина проводили этот вечер, в живописном порядке была разбросана куча одежды, в которой опознавались как деловые костюмы отца Хаюми, так и блестящие шмотки Конан. Вещи были везде: на полу, украшали мебель, и даже на полках. Страшно вспомнить, как мы учинили весь этот беспорядок, а, главное - зачем он нам вообще понадобился? - Харуно, ты непроходимая идиотка! Раздосадованный вопль Ино эхом прокатился по ванне и мурашками пробежал по моему телу. Разъяренная фурия просто вылетела из ванной и молча направлялась ко мне. Ища пути к отступлению, я и не заметила как натолкнулась на торшер, на котором сиротливо качалась клетка с питомцами Конан. И ладно бы она просто там висела, так нет же! Мы и над бедными зверьками успели поиздеваться. Пристанище хомячков было украшено конфетти и, судя по помятому банту, представляло собой чей-то подарок. И благодаря вот такому сюрпризику, я очень неудачно стукнулась об него и свалилась в гору одежды, с зажмуренным прищуром ожидая своей кончины. - Сакура, можешь и не надеяться на помилование. Ты хоть понимаешь, что этот чертовый маркер не оттирается?! Или ты и правда думаешь, что я прощу тебе вот это?! Задрав майку, Ино тыкнула пальцем в свой живот, где виднелось главное творение сего вечера. Живот подруги венчала красивая надпись, громогласно вещавшая о том, что сердце ее обладательницы явно занято. А именно: большими красными буквами были выведены слова «Люблю Канкуро», а чуть ниже красивое сердечко, проткнутое стрелой. - Говоришь, спиртовые маркеры легко оттираются? Одно движение - и пятна нет? Вот на тебе и проверим. Конан, тащи сюда этот чудо-фломастер. И, даже не дав мне прийти в себя, Яманако схватила какую-то блестящую кофту и начала привязывать мои руки к близ стоящей батарее. Сказать, что я была возмущена – это не сказать ничего. Я брыкалась и царапалась, пока Ино вязала свои морские узлы. И все-таки итог схватки был предрешен, когда Конан подала ей маркер. - Развяжи меня, свинина. Ты думаешь, что спасешься от моей кары,– злилась я, дергая свои путы. – Дай только освободится, и тебя не только такие татуировки украсят. - Нет, вы только послушайте этот розовый мухомор. Можно подумать, это я разрисовала каракулями свое тело. Ни стыда, ни совести у тебя, мымра зеленоглазая. Прими же с достоинством мою месть, – пафосно произнесла блондинка и, взяв в руки маркер, начала покрывать мое тело надписями. Холодный фломастер коснулся моего живота. Теперь я извивалась вовсе не от возмущения и злости, а от банальной щекотки. Никогда бы не подумала, что от обычного маркера бывает так щекотно. С усердием подруга периодически сдувала челку с глаза и старательно пыхтела. Я бы даже умилилась такой забавной картине, если бы только именно мое тело не стало мольбертом. - Только развяжи, и я убью тебя! Но было уже поздно. С довольной миной Ино критическим взглядом осмотрела свое художество и довольно хмыкнула. С опаской опуская глаза, я даже сначала не поняла, что за синий кружочек изображен на животе и, только присмотревшись, поняла, что этот вовсе не круг, а знак. Знак собственности. А вот под ним... - Ах ты, поганка белобрысая! Мой вопль заставил Ино отдернуться, а Конан вздрогнуть. Будущий труп осмелилась изобразить на моем бедном животике товарный знак собственности. И все бы ничего, если бы это был простой знак. Но нет: внизу, где по идее должно было быть название товара, виднелась надпись, складывающаяся в имя Итачи. Блондинка, скотина наглая, проштамповала меня как товар, да еще и "хозяина" решила указать. Волну гнева я ощутила почти физически и рывком освободилась от оков, разрывая этот узел. После разборок с подругой мы с Ино все-таки решили, что квиты и достойно приняли это наказание в виде несмывающегося маркера. В конце концов, что бы мы не написали на телах (пусть даже и такой бред про парней) это все равно было лучше, чем провести оставшийся вечер в одиночестве, так еще и за уборкой. И, собирая свои монатки, я и блондинка удрали от обиженной Хаюми, мысленно восхищаясь своей хитрожопости. И кто сказал, что женской дружбы не существует? Ведь я не смогла бы представить свое существование без подруги, ведь самая одинокая девушка - это та, у которой нет войска специального назначения в одном лице, готового прийти на помощь в любой точке мира; вместе с маркером, сладостями, слезливой мелодрамой и плечом, на котором можно поплакать. И лишь немногие знают все, на что способна лучшая подруга. Мы ведь с ней вместе... милые... красивые… счастливые… любим чупа-чупс… иногда плачем по ночам… улыбаемся… смеемся… Мы не предаем... Мы подруги... навек.