Записки рыжего толстяка

"Как много дней, которые приносят нам лишь одни разочарования..." - толстый рыжий кот с грустью смотрел в окно, с трудом пристроившись на узком подоконнике.- "Иногда, кажется, что жизнь твоя совершенно не имеет смысла, и даже несмотря на то, что ты всего лишь кот, тебе становится очень грустно. Хочется больше эмоций, ярких событий что ли?" - кот усмехнулся в рыжие усы. "М-да, и почему я стал таким любителем сетовать на жизнь? Неужели старею? За окном дождь, сырость, а я в тепле, уюте и при толстом животе». - при этой мысли он сладко потянулся, и в забывчивости чуть было не свалился. Однако, его размышления о жизни были прерваны криком с кухни: -Эй, Гарфилд, а ну живо спрыгивай с окна! Тебя же еле-еле выдерживает этот маленький подоконник! - молодой голос Джона звучал настолько строго и настойчиво, что Гарфилду ничего больше не оставалось, как послушно спуститься вниз, ведь ослушание могло грозить тем, что сегодня он останется без ужина. Хоть Джон и не был таким хорошим поваром, как те корейцы, что заправляют в ближайшем "Макдаке", который находился в нескольких кварталах отсюда, Гарфилд все же любил его стряпню, особенно если Джон готовил со свойственным лишь одному ему "огоньком". Этот неловкий долговязый парень всегда попадает в истории на лоне кухонных прерий, поэтому наблюдение за процессом готовки всегда доставляет Гарфилду особое удовольствие. Да, этот рыжий лежебока явно знает толк в настоящей пище, и думаю, что если бы выдалась возможность оставить его наедине с холодильником, полным продуктов, он бы точно не пропал с голоду. Однако, мы несколько отвлеклись. Спрыгнув вниз, Гарфилд почувствовал, как вместе с угрюмым видом из окна исчезли и его грустные мысли. Отправившись на кухню, он конечно же не преминул одарить хозяина взглядом, полным укора, поскольку он совершенно не терпел, когда кто-то прерывал его размышления. Казалось, что Джон не заметил этого взгляда, и еще больше расстроенный Гарфилд растянулся на ближайшем стуле. Из-за огромного живота он не смог целиком уместиться всего лишь на одном маленьком сидении. Однако, несмотря на то, что его лапы и хвост свисали подобно пушистым сосискам, Гарфилд был доволен своим расположением, так как Джон только что взялся за готовку вечерней трапезы, и ему достался прекрасный вид на все происходящее. "И снова салат…" - пронеслось в его голове, - «Лучше бы я остался без ужина, но на подоконнике. Создается ощущение, что он решил намеренно посадить меня на овощи, однако, не думаю, что ему это удастся так легко!" - и он зажмурился в предвкушении новой кулинарной промашки хозяина. Прошло десять минут, но Джон ни разу не ошибся. Высунув кончик языка для пущей старательности, он аккуратно резал шпинат. Но все-таки, так как это был Джон, не прошло и новых пяти минут, как вместо шпината, в ход отправились его пальцы, и тот, слегка подпрыгнув и уронив на пол все нарезанное, тотчас умчался в поисках пластыря. "Я так и знал, его умение готовить не увеличилось ни на йоту. Ну почему Джон не девушка? Они-то все, наверняка, первоклассно готовят! Я, конечно, люблю Джона, но и еда у меня далеко не на последнем месте. Быть может кто-то, услышав мои мысли сейчас, счел бы меня эгоистом, но тому я с легкостью смог бы ответить, что если бы Джон мог готовить, как следует, то это пошло бы на благо не только мне одному». И снова размышления Гарфилда были прерваны кряхтеньем возвращающегося Джона. Он шел такой нетвердой походкой, будто его рука была , как минимум сломана. Заклеив порез н-ным количеством пластыря, отчего рука его напоминала боксерскую перчатку, горе-повар приземлился на ближайший стул, стоявший рядом с Гарфилдом, и посмотрел на него взглядом, просящим сочувствия. Гарфилд и в правду посмотрел на него довольно участливо. Однако, его взгляд не выражал ничего иного как: "Ну и чего мы теперь сидим? А кто продолжит готовить?" Но Джон не понял того, что хотел ему донести кот. -И снова у меня все кувырком, Гарфилд, все кувырком! Я полнейший неудачник! Да что и говорить, я шпинат не могу нарезать! Посмотри за окно, видишь те счастливые лица, которые прячутся под зонтами? Там гуляют только самые счастливые люди, ведь они не одиноки. -Джон подошел к окну, -Посмотри на них, Гарфилд, несмотря на непогоду, они светятся счастьем, потому что каждый из них уверен, что сегодняшним вечером он не будет ужинать в одиночку, -голос Джона стал настолько грустным, что, казалось, он вот-вот расплачется. Смотря на всю эту жалостливую картину, Гарфилд надувался все больше и больше: "Один? А как же я? Мы же столько с тобой прожили, Джон!" Видимо, Джон почувствовал со спины этот полный негодования взгляд, поэтому, он подошел к коту совсем вплотную и принялся чесать его за ухом. -Ах да, дружище, как хорошо, что хотя бы ты рядом! Без тебя бы я вообще умер со скуки! Кот недовольно тряхнул головой и продолжал смотреть н Джона возмущенно и удивленно одновременно: "И все? Это твоя благодарность? "Умер со скуки"?! Да ты вообще бы без меня пропал! Эх, и ничего ты не ценишь, а все доброта моя!" - Гарфилд смягчился и легонько боднул головой руку Джона. На того этого подействовало вполне ободряюще, ибо он наконец поднялся со стула и обвел взглядом грязный пол: -Да, друг, теперь, как мне кажется, ужин в домашней обстановке отменяется! Пока я наведу здесь порядок, ты успеешь похудеть!-Джон усмехнулся, а Гарфилд снова насупился. -Собирайся, дружок, мы идем с тобой в пиццерию! Это волшебное сочетание слов заставило Гарфилда позабыть обо всех неприятностях на этот вечер, и несмотря на дождливую погоду на улице, он живо устремился к двери. Когда дверцы пиццерии раскрылись, то посетители увидели, как на входе появился парень странноватой наружности, с кем-то мокрым и взъерошенным, подходящим на рыжего льва. Эта странная парочка уселась в аккурат посередине кафе, поэтому все внимание было окончательно переключено на них, в то время, как они, напротив, не видели ничего и никого вокруг, кроме меню на столе. -Ну, что будешь друг? Снова любимая лазанья, я угадал? - по взгляду кота было видно, что тот совершенно не ошибся с выбором, и Джон, немедля заказал ему двойную порцию, в свою очередь, ограничившись одной. К тому времени, Гарфилд успел слегка обсохнуть, но его лапы и стул полностью оказались в луже, которая каплями скатилась с его макушки. Ради лазаньи, Гарфилд смог бы стерпеть все, если бы так предательски не скользили бы лапы по злосчастному мокрому стулу. Вскоре, лазанью принесли. Подслеповатая официантка Ирма с сомнением поставила тарелку перед Гарфилдом. Уже давно у нее была договоренность с Джоном по поводу того, что тот может приводить с собой кота, руководствуясь тем, что он не будет доставлять тех явных неприятностей, какие могут доставить любые животные, находящиеся в помещении. Уже давно заждавшийся, Гарфилд с жаром накинулся на еду, облокотившись на стол передними лапами. Однако он совсем не рассчитал того, что лужа воды на стуле стала гораздо больше, и окончательно заскользив, Гарфилд ударился лбом о край тарелки, отчего порция лазаньи, по эффекту катапульты отправилась прямиком на проходящую мимо девушку. На минуту все вокруг замерли. Девушка оцепенела, и принялась кое-как убирать с себя все остатки еды. Джон подскочил с места и, подбежав к ней, принялся вытирать ее одежду. Тем временем, в голове у Гарфилда царила полная неразбериха, то ли от того, что он едва верил в происходящее, то ли от того, что крепко приложился головой. "Не всегда же только одному Джону попадать в нелепые ситуации?" - он искал себе оправдание, - "В конце концов, это все мерзкий дождь, да и у меня осталась вторая порция лазаньи". Он уселся обратно, принявшись аккуратно облизывать тарелку. -Простите моего кота, он совсем не нарочно. Как мы можем загладить вину перед вами? - Джон на минуту поднял глаза и замер: жертва Гарфилда оказалась высокой черноволосой девушкой, впору подходящей ему по росту. Изумленные глаза ее смотрели на него с не меньшим участием. -Загладить вину? Боюсь, это будет гораздо сложней, чем загадить свитер, но, думаю, вы можете попробовать реабилитировать себя такой же порцией лазаньи, но уже на тарелке. Кстати, мое имя Лиз. -Я Джон, Джон Арбакл. - голос его скакал то вверх, то вниз. -Что ж, Джон Арбакл, тогда я жду вас завтра здесь же в это же время, но только без кота. Думаю, что второй свитер его уже не выдержит, - они переглянулись и коротко рассмеялись. До дома Джон шел, словно в забытье. Гарфилд боялся, что тот угодит в ближайшую лужу, но на улице все обошлось, однако, стоило раскрыться входной двери, так дом огласился ликованием: -Она просто чудесна, Гарфилд! Ты видел ее глаза? - он начал кружиться по комнате, мечтательно закрыв глаза, Ты видел, как она смотрела на меня? Мне кажется, я влюбился! Она, она... - не успев договорить, Джон рухнул на пол, запутавшись в собственных ногах, но, несмотря на все это, он продолжал улыбаться, - Ты заметил, как она хороша, Гарфилд? "Единственное, что я заметил, так это лазанью в ее волосах», - подумалось коту, "Да, вот и событие, словно по заказу. Мало того, что у меня просто был Джон, теперь у меня есть ВЛЮБЛЕННЫЙ Джон, а это значит, что теперь он точно не научится готовить.… Хотя постойте, если эта самая Лиз умеет делать лазанью, то еще не все потеряно! Но… Мне же придется делить с ней Джона..." С этими мыслями Гарфилд начал засыпать, а в голове его так и неслась лишь одна фраза: "Эх, бывают же дни, которые приносят нам лишь одни разочарования..."