За гранью солнечного света.

С огромным трудом мне удалось открыть глаза. Все тело ломило так, словно я всю ночь провел на камнях, хотя это сразу прояснилось: старая раскладушка на Тисовой улице, которая вот уже как семь лет была на помойке. Резко подскочив, упав на пол, больно ударившись, и включив свет, я, отчаянно матерясь про себя, бросился к маленькому пыльному зеркалу, висевшему на непонятной конструкции. Из зеркала на меня смотрел одиннадцатилетний паренек. Надо сказать, выглядел он просто отвратительно: огромные мешки под глазами, волосы больше напоминали воронье гнездо, глаза, спрятанные за стеклами очков, лихорадочно блестели, кожа выглядела болезненно-бледной. Только через несколько мгновений до меня дошло, что передо мной стою я. Критически глянув на все это "великолепие", пришлось дать себе слово срочно менять внешность. Даже стало интересно, сколько мне осталось времени, на полное изменение. Это можно было выяснить только у Дурслей. Я спустился вниз и направился к кухне, с которой доносился отвратительный запах. Как оказалось, он исходил из огромного металлического бака, стоявшего в мойке. Я, испытывая жуткое чувство дежавю, подошел поближе. Бак был наполнен серой водой, в которой плавало нечто похожее на грязные тряпки. Чувство абсурдности происходящего накатило с новой силой. -Что это? — спросил-таки тетю Петунью, которая поджала губы, как делала всегда, когда племянник в моем лице осмеливался задать ей вопрос. -Твоя новая школьная форма. - Ну конечно! И как я сразу не догадался. Какое сегодня число? - Не дерзи. 24 июля, а что такое? -Тетя, я хочу поговорить с вами и дядей. -И что тебе от нас надо?- Тетя удивленно разглядывала меня, словно неожиданно вместо двух рук у меня их было как минимум четыре. -Не буду повторять по тысяче раз, поэтому дождемся дядю и пройдем в гостиную. Разговор будет долгим. В кухню вошли Дадли и дядя Вернон, и оба сразу сморщили носы — запах моей новой школьной формы им явно не понравился. Дядя Вернон, как обычно, погрузился в чтение газеты, а Дадли принялся стучать по столу форменной узловатой палкой, которую он теперь повсюду таскал с собой, как знак к его принадлежности к особой касте. Я выпрямился и абсолютно спокойно посмотрел на родственников. - Дядя Вернон, тетя Петунья, прошу вас пройти со мной в гостиную. Полагаю, что оттягивать неприятный разговор не выгодно ни вам, ни мне. Кроме того, вы же не хотите нарушать размеренность собственного существования, верно? Родственники удивленно переглянулись, но все-таки прошли в указанную мной комнату, так ничего и не сказав. Дадли потянулся было за родителями, но был остановлен моим ледяным взглядом, обещающим жуткие кары, если он посмеет ослушаться меня. -Дадли, будь так любезен и останься здесь. Я не имею ни малейшего желания причинять тебе боль. Что конкретно увидел на моем лице толстяк останется загадкой истории, только вот меня, молча, послушались. Я спокойно прошел в гостиную и плотно закрыл за собой дверь. Тетя и дядя стояли, просверливая меня взглядами недалеко от дивана, но так и не сели. Я с удивлением глянул на них, механически отметив, как оба нервничают: тетя теребила подол своего безупречного передника, а пальцы дяди жили отдельной жизнью. - Во-первых, как вы знаете, я волшебник. Пользуясь вашими словами: ненормальный, сумасшедший выродок. Именно так, тетя, я прекрасно осведомлен кем была моя мать. -Как ты узнал? Мы же старались …. – Женщина замолчала, скрывая шок и подбирая слова. - Скрыть этот факт! -Тетя, не так важно, как именно я это узнал, важно, что в школу для таких же «психов», я в любом случае поеду. Поэтому настоятельно советую вам стать моими союзниками, а не врагами. Вместе мы сможем минимизировать потери и сохранить вашу размеренную жизнь в неприкосновенности, так же как и нервы вашего сына. – Я жестко усмехнулся, чем вызвал предательскую дрожь взрослых. Разговор давался мне тяжело, я хотел верить, что может мы станем неплохими приятелями. Напряженное молчание длилось достаточно долго. Я стал потихоньку задумываться, а не в транс ли моя персона ввела прекрасных родственников. Неожиданно дядя задумчиво кивнул ему одному известным мыслям и посмотрел на жену. Тетя лишь только слабо улыбнулась ему и на некоторое время вышла. Когда она вернулась, в руках у нее было несколько конвертов, в одном из которых было письмо их Хогвартса. Она, все так же молча, передала их мне и снова села, теснее прижавшись к дяде Вернону. -Благодарю вас, тетя. Я хотел спросить. – Подняв глаза от конвертов, обратился я к новым соратникам. - За одиннадцать лет вы получили за мое содержание хоть один фунт? - Нет. Да и кто будет нам за тебя платить. У твоих родителей не было ни гроша, их дом превратился в руины, да и вообще… Мы были на самом дне, когда нам подкинули тебя. На содержание второго ребенка денег не хватало. Потом дела поправились, но…пресловутая сила привычки.… Да и вообще, ты не такой как мы. Ни тетя, ни я не можем любить тебя, как родного сына. -Говори за себя, Вернон.- Тихо сказала тетя, чем вызвала мое чрезвычайное удивление. - Тогда почему? –Спросил я глядя на нее. -Моя сестра. – Ответила та. – Меньше всего на свете я хотела, чтобы ты повторил ее судьбу. Я надеялась, что это чертово письмо не придет и я смогу, показать тебе, что очень люблю. Надеялась, что мы станем одной дружной семьей. Ты это все что у меня осталось от моей прекрасной сестры. Я не могу, слышишь, не могу потерять еще и тебя! Не хочу больше чувствовать боль. Я никогда не хотела относиться к тебе так плохо, но мы решили, что если ты поедешь ТУДА, так нам всем будет легче. – Вернон сжал руку жены, и я видел на его лице такую бурю эмоций. Этот мужчина больше всего на свете хотел защитить свою семью от потрясений. Даже странно, что я не понял этого раньше. На моем лице расплылась счастливая улыбка. Похоже, сегодня у меня появится семья. - Тетя, я не знал об этом. Простите меня. Наверное мне не удавалось вас понять и все что я мог- это бояться и осуждать. Обещаю, если мы все приложим усилия, то станем той семьей, о которой вы всегда мечтали. Полагаю, следующие новости вызовут у вас некоторый шок. На мое имя в магическом банке есть небольшой счет. Думаю, что вознаграждение в один миллион фунтов покроет все ваши расходы. Подобную благодарность тем, кто не выкинул меня на улицу и никогда не лгал, я могу себе позволить. Дядя Вернон с удивлением посмотрел на меня, после чего протянул руку, которую я, еще не совсем понимая, что происходит, пожал. -Вернон Дурсль, приятно принять тебя в нашу семью, дорогой племянник. -Гарри Джеймс Поттер, спасибо, дядя. Тетя улыбалась как сумасшедшая и неожиданно подскочила ко мне и обняла. Я чувствовал, что женщина плачет. Смущенно улыбнувшись, она повторяла как заведенная только одно слово: «спасибо».